Розовые очки

      — Поттер!       — Малфой!       Белобрысый остролицый засранец, а по совместительству коллега, аврор Драко Малфой, сейчас презрительно сверлил взглядом Гарри, столкнувшись в узком коридоре Аврората. Плечо горело от внезапного удара, и Гарри машинально потёр его.       — Ты купи себе новые очки, что ли, а то эти, видимо, не справляются со своей функцией. Они нужны не для красоты, Поттер, а для зрения, — закатил глаза Малфой так, что они стали почти белыми, Гарри даже испугался: а вдруг обратно не вернутся?       Но Малфой уже продолжил иронично смотреть на него, изливая яд с ухмыляющегося рта.       — Или ты думаешь, Поттер, что очки делают тебя умнее? Хочу разочаровать: умнее ты не стал. Попробуй что-то другое.       — Может, ты попробуешь заткнуться? — резко оборвал Гарри, сжимая кулаки в ярости.       — А может, ты будешь смотреть по сторонам, а не врезаться своей массивной тушей в несчастных людей? — лицо Малфоя скривилось в кислую мину. — Компенсируешь низкий рост горой мышц? Член-то стоит ещё?       Гарри уже хотел было высказать всё, что думает о бледном дрище с тощей задницей, но помешал незнакомый парень в кепке.       — Мистер Поттер, вам посылка, — курьер — а это был он — всучил Гарри коробку, завязанную ленточкой, заставил поставить поттеровскую закорючку в бумажке и испарился.       Когда Гарри поднял глаза, Малфоя уже не было, лишь тонкий запах его удушающих духов остался в воздухе, сообщая, что их владелец недавно находился здесь.       Разноцветные гирлянды игриво поблёскивали, напоминая Гарри о том, как он одинок в эту новогоднюю ночь, да и не только в эту.       Кандидатов на роль его парня имелось предостаточно, но по иронии судьбы сердце Гарри было навечно отдано тому, кто в этом не нуждался.       Тому самому засранцу Малфою.       Работать бок о бок было невыносимо, после войны, казалось, Малфой стал ещё несноснее, хотя Гарри замечал, что с другими тот общался вежливо, без колкостей, и лишь с Гарри вёл себя как последний гондон; очевидно, его ненависть, тянущаяся со школьной скамьи, не знала границ.       А Гарри угораздило влюбиться — в ядовитую ухмылку, ехидный прищур глаз, и даже оскорбления распаляли его настолько, что потом член колом стоял.       И вовсе задница у Малфоя не тощая, а очень даже подтянутая и округлая, хотелось раздвинуть эти аппетитные половинки и…       Гарри больно ущипнул себя за предплечье, чтобы вырвать из бесполезных фантазий, и отправился в кабинет посмотреть, кто прислал ему подарок.       «Дорогой наш Гарри, шлём тебе скромный подарочек, последнее изобретение под названием «Розовые очки». Мы помним, что ты и так у нас очкарик, поэтому просто приложи новые стёкла к своим окулярам и наслаждайся. Пусть эта новогодняя ночь подарит тебе чудо.       Твои неизменные поклонники Дред и Фордж Уизли».       Гарри хмыкнул: никакой это не подарочек. Когда-то он вместе с крупной суммой денег дал своё безрассудное согласие пробовать на себе все новые изобретения братьев и теперь не мог отмазаться. Когда-нибудь его согласие не доведёт до добра.       Он вздохнул, распаковал коробку и достал два круглых стёклышка, поблёскивающих розоватым цветом.       Гарри снял очки и приложил к их стёклам подаренные, которые в ту же секунду засияли и слились с оригинальными. Он нацепил очки на нос и оглядел комнату. Ничего не изменилось, даже розовых оттенков не наблюдалось.       Он повертел ещё раз письмо, но никакой инструкции больше не нашёл. Очевидно, очки не сработали. Гарри пожал плечами и сел писать отчёт.       Через полчаса он закончил, сладко потянулся, разминая затёкшие мышцы, и стал собираться домой.       Не то чтобы ему там было чем заняться. Гарри планировал заказать пиццу и выпить шампанского ровно в полночь. Завтра всё равно выходной.       Он поднялся из кресла, стянул аврорский мундир, перекинул его через руку и вышел из кабинета.       Повернув к лифту, Гарри чуть было не застонал, увидев у двери Малфоя, нажимающего кнопку вызова. Он хотел уже позорно сбежать, но тот повернулся к нему и улыбнулся.       Малфой улыбнулся Гарри! Не ухмыльнулся, не изогнул уголок пухлых губ, а широко и приветливо улыбнулся.       Гарри застыл.       — Идёшь? — Малфой указал на открывшиеся двери лифта. Гарри машинально кивнул и на негнущихся от шока ногах переступил порог.       Когда двери закрылись, и лифт начал своё движение, Гарри повернулся к Малфою.       Тот смотрел на него открыто, губы ещё хранили тень улыбки.       — Отлично выглядишь, Гарри, — кажется, сказали эти губы. Кончик розового языка Малфоя быстро пробежался по собственной нижней губе, увлажняя её блестящей слюной, и Гарри чуть не подавился.       — Я… Хотел сказать, что у тебя отличная задница, а не тощая, — попробовал ответить комплиментом Гарри, который только смог придумать.       Кажется, Малфой смешался. Гарри готов был поклясться, что щёки порозовели, хотя, возможно, это свет так упал. Но дыхание точно участилось, и тот вновь облизал свои блядские губы.       — Спасибо. Хочешь её трахнуть?       — О, — у Гарри пересохло всё во рту. Он сейчас не ослышался? Малфой правда сказал это?       Свободные аврорские штаны вмиг стали тесными, сжимая вставший член до боли. Сумасшедшую пульсацию Гарри ощущал во всём теле. В лифте стало душно.       — Я не отказался бы выебать тебя здесь, — голос определенно принадлежал кому-то чужому, настолько хриплым стал от накрывшего с головой вожделения.       Гарри нажал кнопку, и движение остановилось, затем взмахнул рукой, демонстрируя свои способности беспалочковой магии, и запечатал лифт, одновременно сделав в кабинке свежее.       — Ты так и будешь пиздеть или займёшься делом? — слишком порочно произнёс Малфой, серые глаза похотливо смотрели из-под опущенных ресниц, и только от этого взгляда Гарри воспламенился, как факел.       — Да, — Гарри резко придвинулся ближе, вжимая Малфоя в стенку лифта и стирая губами самодовольную усмешку.       Неужели новогоднее чудо действительно произошло? Малфой тоже хочет его? Конечно, Гарри желал бы взаимных чувств, но секс тоже сойдёт.       Так он сможет быть ближе к своей недосягаемой мечте — Драко.       Пускай только тело будет принадлежать ему сегодня, но Гарри сможет довольствоваться и этим.       Драко точно хочет его, он ощущал его твердокаменное возбуждение своим бедром, от осознания этого жар разлился по телу, и Гарри сравнил себя с зажигалкой, когда та мгновенно вспыхивает от щелчка пальцев.       Он запустил руки под расстёгнутый мундир Драко и с наслаждением прикоснулся к мягкой коже. Тот застонал так похабно, так низко, врываясь языком в рот. Они неловко стукнулись зубами, очки больно впились в кожу, зажатые между их лицами, Драко раздражённо прервал поцелуй и содрал с носа Гарри ненужный сейчас предмет.       — Пожалуй, твои очки сейчас не понадобятся.

***

      Поттер всегда портил настроение.       Стоило Драко увидеть широкую спину, затянутую в аврорский мундир, то слюна буквально капала на пол. Вместе со слезами от осознания, что Гарри Поттер никогда не сможет принадлежать ему, бывшему Пожирателю, старому школьному врагу. И чтобы скрыть свою боль, Драко прятался за маской высокомерия, его рот изрыгал только оскорбления, но Поттер, к слову, и сам никогда не был к нему дружелюбен. Очевидно, он по-прежнему ненавидел Драко.       Лениво собираясь в свой одинокий дом, Драко никак не мог предугадать того, что Поттер столкнётся с ним у лифта со всеми вытекающими последствиями.       Драко нахмурился, готовя новые порции оскорблений. Но что-то пошло не так, Поттер застыл как вкопанный и вылупился на него из-под своих окуляров.       — Чего встал? Или заходи, или пиздуй пешком, — кивнул Драко на лифт, шагнув в него.       Поттер, на удивление, промолчал и молча зашёл в кабинку, по-прежнему пялясь.       — Ты что-то хотел сказать мне? Позабыл нужные слова из-за своего скудоумия? — решил поддеть Драко.       — Я… Хотел сказать, что у тебя отличная задница, а не тощая, — Поттер выглядел смущённым, и в то же время в его глазах вспыхнул вполне себе однозначный интерес.       Сердце замерло, Драко не контролировал себя, чувствуя, как щёки вспыхнули огнём, а по телу пробежалась волна возбуждения от того взгляда, которым одарил его Поттер.       Он выглядел восхитительно — мощные плечи, квадратная волевая челюсть, растрёпанные волосы, в которые хотелось зарыться пальцами, и сверкающие желанием зелёные глаза.       Драко облизал пересохшие губы, но постарался держать себя в руках.       — Ты охуел? — смог он выдавить из себя, надеясь, что Поттер не заметил, как на него подействовал столь примитивный комплимент-извинение.       Драко скользнул взглядом по Поттеру, как всегда делал это, совершенно автоматически, и его дыхание перехватило, стало душно — у Поттера явно встал.       На него. На Драко.       — О, — сказал тот низким грудным голосом, от которого поползли мурашки, а сердце застучало ещё чаще. — Я не отказался бы выебать тебя здесь.       Хищный взгляд, мягкая кошачья поступь, игра крепких мышц, заметная даже под одеждой; кажется, Санта решил исполнить сегодня заветное желание Драко и подарить секс с Поттером.       Хотя бы секс, хотя бы так урвать чуточку тепла.       Поттер, видимо, решил его добить, хвастливо демонстрируя беспалочковую магию, когда заблокировал лифт.       — М-м-м, не только горой мышц наш Золотой мальчик может похвастаться, — не смог удержаться Драко от подкола, в то же время изнывая от нахлынувшего возбуждения, глядя, как Гарри медленно сделал шаг к нему.       — Да, — сказал тот, толкнув его спиной в стену лифта и прижимаясь твёрдым членом к бедру.       Ого, нехило его природа наградила; Драко судорожно выдохнул, и его дыхание сразу же разделил Гарри, впиваясь в губы жадным поцелуем.       Руки Гарри забрались под мундир, прикасаясь к коже, — грубые, тёплые, но ласковые.       Драко позорно застонал прямо в поцелуй и перехватил инициативу, врываясь языком в желанный рот.       Поцелуй вышел неуклюжим, проклятые поттеровские очки вонзились ему в переносицу, и Драко, не выдержав, стащил их с носа.       — Пожалуй, твои очки нам больше не понадобятся.       Гарри не возражал, рывком сдирая с него мундир и брюки; послышался треск ткани, пуговицы рассыпались по кабинке, но Драко было плевать. Он, в свою очередь, поспешно раздевал Гарри.       Они вцепились друг в друга, словно изголодавшиеся звери, перемежая укусы с поцелуями, поглаживания с царапаньем, а стоны с рычанием.       Драко ударился затылком о стенку лифта, на секунду ловя темноту в глазах, но Гарри, извиняясь, осыпал щёки и губы трепетными поцелуями.       Было стыдно признаться даже самому себе, но Драко ощущал себя течной сукой рядом с Гарри. Когда горячие сухие, немного шершавые ладони трогали его кожу в чувствительных местах, даже пальцы на ногах поджимались, а волосы на теле эрегировали так же, как и член.       Подумать только, как из лохматого тощего очкарика получился такой охуенный мужчина, который сейчас собирается трахнуть его. Сказали бы подобное ещё в школе, Драко плюнул бы им в рожу.       — Знаешь, для чего мне, как ты выразился, гора мышц? — хрипло прошептал Гарри на ухо. — Всегда мечтал сделать вот так, — он сильнее вдавил Драко в стену, подхватил его левую ногу под коленом, поднимая вверх, а затем повторил то же самое и с правой.       Гарри держал его на своих руках как пушинку, несмотря на то, что Драко не был хилым — он знал, что выглядел великолепно с этими кубиками пресса на животе и подтянутыми ягодицами, — но с Гарри не мог соревноваться в силе.       — Если ты уронишь меня, я тебя прокляну, — пообещал Драко.       Гарри усмехнулся, в уголках глаз появились мелкие морщинки, придавая особенную теплоту потрясающим зелёным глазам, которые казались такими большими без очков.       — Не уроню. Я тебя никогда не уроню, Драко.       Гарри прошептал заклинания, видимо, чтобы ещё раз поразить Драко своей магической силой, и медленно вошёл в него.       Дыхание перехватило, будто кто-то затянул удавку на шее. Ещё никогда он не был таким открытым для кого-то.       — Всё хорошо? — спросил Гарри, войдя и останавливаясь.       — Продолжай, придурок, — сдавленно проговорил Драко.       Он не мог даже подмахивать бёдрами, находясь на весу и полностью в чужой власти.       — Хорошо, — снова морщинки в уголках любимых глаз. Закушенная губа и капелька пота на переносице.       Движение назад — разочаровывающее, но обязательное. Снова вперёд — таранящее, наполняющее до невозможности, разносящее по телу волны эйфории. Казалось бы, примитивно, но так приятно — вот где настоящая магия.       Драко обхватил Гарри за шею, всё ещё держа в кулаке его очки, и попытался резче опуститься на твёрдый член.       — В тебе так жарко, так тесно, — безумно шептал Гарри, вколачивая его в стену. Член Драко, истекающий предсеменем, ударялся о живот в такт толчкам, кабинка ходила ходуном, и Драко уже начал опасаться, что она рухнет вместе с ними.       Гарри ничего не опасался, он насаживал Драко на свой внушительный орган, шумно дыша, издавая громкие стоны и вызывая такие же в ответ.       Драко собирался оставить на шее Гарри в память о себе и этой, наверняка единственной, новогодней ночи крохотные красные капли, россыпь заметных брызг там, где чётко ощущается пульс — свои метки из укусов и слишком жарких поцелуев.       Без сомнения произошло чудо, и Санта услышал его, исполнив самое заветное желание — быть с Гарри.       Весь жар сосредоточился там, внизу. Драко извивался бы, если мог, но сейчас оставалось только следовать за Гарри, ощущать его власть над собой и растворяться в украденном моменте.       — Сильнее, сильнее, — бесстыже умолял он, и Гарри ускорялся.       — Глубже, — просил он, и Гарри был глубоко в нём — до боли, до всхлипа, до сорванного горла.       Тугая струя спермы оросила их животы, каждая капля ощущалась огненным кипятком на прохладных от пота телах.       — Драко, — простонал Гарри, и Драко почувствовал внутри себя горячую влагу, заполняющую его до отказа.       Ноги затекли в одном положении, промежность тянуло от принудительной растяжки, но Драко был счастлив и расслаблен, млея на волнах посторгазменной неги.       Гарри бросил Очищающие чары одним щелчком, так небрежно, что Драко чуть было снова не возбудился.       Бережно опустив его на пол, Гарри застегнул штаны и поднял разбросанную одежду с пола лифта.       Драко, протягивая очки, произнёс:       — Вот уж не думал, Поттер, что оскорбления тебя так возбуждают. Правда, не понимаю, почему именно сегодня ты решил не отвечать на них.       — Какие оскорбления? — почему-то удивился Гарри.       — Ты идиот? Я тебя почти послал на хуй, а ты меня трахнул.       Гарри, непонятно почему, нахмурился, задумавшись о чём-то. Драко это не понравилось.       — Что-то не так? Или ты уже пожалел?       — Ты первый начал мне улыбаться, — произнёс какую-то ерунду Гарри, ероша и без того лохматые волосы. — Вот я и не ожидал.       — Ты головой не ударился? Когда это я тебе улыбался? — Драко не мог понять, почему Гарри говорит такую глупость. Может, действительно уже пожалел и пытается теперь перевести стрелки? Мол, это Драко его соблазнил.       Гарри наморщил лоб и крайне заинтересовался своими очками.       Драко долго терпел, но, не выдержав, рявкнул.       — Что молчишь-то? Пожалел, Поттер? — он постарался, чтобы голос прозвучал ядовито, а не обиженно, но в груди уже начало нестерпимо печь.       — Прости, — улыбнулся Гарри, поднимая глаза. — Я не пожалел. Ни грамма. Ты нравишься мне, Драко, и я бы повторил вновь. А ты сам, не пожалел?       Жжение в груди прекратилось, и Драко почувствовал нереальное облегчение.       — Нет, Гарри. Я тоже повторил бы.       — Тогда, может, аппарируем ко мне? — подмигнул Гарри. — Встретим Новый год вместе.       — Хорошо. Надевай свои окуляры, сейчас дужку сломаешь, — усмехнулся он, кивая на очки, которые тот ещё теребил в руках.       — Ой, уже сломал, — неловко сказал тот, показывая обломок оправы. — Да плевать, пошли так.       Гарри скинул заклинания с лифта, и они поехали вниз.       Кажется, их ждала лучшая новогодняя ночь.

***

      «Дорогие Дред и Фордж, спасибо, что были моими Сантами. Очки ваши, конечно, говно, и могут привести к самым неожиданным и даже опасным последствиям. Но мне повезло. Так что убивать вас не стану. С Новым годом!»