Мальчик с темными глазами

Эдит проводила Эйдена в кабинет, где его уже ожидали знакомые лица, если не считать Нормана Кэдуса. В центре комнаты, на кресле сидела Элеонора. Слева от нее сидел Норман, а справа — Маркус и Саймон. Между ними стоял низкий стол, сделанный из дерева. На Эйдене была одежда, предназначенная для пажей Зеленоглазого королевства: светлозеленая рубаха, темно-зеленые шорты и коричневая обувь. Эти вещи – единственное, что удалось найти во дворце подходящего размера для мальчика. "Ну и зрелище. Темноглазый в зеленом одеянии. Да еще в одежде прислуги" подумал про себя Маркус. Саймон, глядя на Эйдена, ухмыльнулся. Похоже, и ему ситуация показалась несколько забавной. В Зеленоглазом королевстве преобладал зелёный цвет в одежде, отражая оттенок глаз его обитателей. Это было не только модой, но и частью культурного идентичности всех зеленоглазых. Одежда других оттенков тоже была допустима. Даже, несмотря на политическое напряжение между зеленоглазым королевством и соседними государствами кариеглазых и златоглазых, можно было носить одежду коричневого или желтого цвета. Однако, был закон, согласно которому, на каждом жителе Зеленоглазого королевства должен был быть хотя бы один элемент одежды зеленого цвета, будь то перчатки, будь то плащ. В Зеленоглазом королевстве также ценился и белый цвет. В принципе белый цвет был любимым цветом для многих народов, включая и темноглазых. Несмотря на то, что темноглазы были причастны к геноциду белоглазых, они все равно высоко почитали этот цвет. Поколение темноглазых времен первого императора Тенебриза Великого имело кожу более бледного оттенка по сравнению с их потомками из эпохи Архелая. Именно из-за этого они с особым уважением относились к белому цвету, хотя и сохраняли презрение к народу белоглазых. Однако, у темноглазых было условие: белая одежда должна была быть украшена черными фиолетовыми линиями, символами или иметь монохромный цвет. Без этого можно было получить штраф. После Великой войны, эта практика сохранилось среди небелоглазых. Но на острове Смарагдос белый цвет в чистом виде был редкостью из-за дороговизны. В основном люди носили одежду салатового цвета либо белую с зелеными оттенками. Тем не менее, были цвета, которые вообще запрещено было использовать в одежде. Такие цвета как темно-черный, фиолетовый и синий, ассоциировались с угнетением и были официально запрещены не только в Королевстве зеленоглазых, но и во всех странах Союза Островных Государств. Единственный цвет, который разрешался носить на Смарагдосе полностью и без ограничений кроме зеленого, был серый. И это не было без причины. В один из периодов правления Империи, темноглазым императором и Сенатом был введен запрет на ношение одежды, соответствующей цвету глаз, (запрет не распространялся на темноглазых и синеглазых жителей). Этот закон был целенаправленно разработан против очуденцев — так темноглазы прозвали иноглазых жителей, не принадлежащих к числу темноглазых или синеглазых. Главной целью было превратить всех очуденцев в безликую массу, потерявшую свои культурные и этнические корни. Такое решение вызвало бурю возмущения среди иноглазых. В некоторых городах даже происходили открытые выступления и мятежи. Однако, темноглазые быстро и жестко подавляли любое сопротивление. Позже, осмыслив последствия своего решения, темноглазые властители пошли на уступки иноглазцам. Темноглазы сняли запрет, но при этом они сделали так, что покупка одежды подходящего цвета для очуденцев стало затруднительно. По указанию имперского правительства, темноглазые магнаты, контролирующие производство одежды, повысили цены на национальную одежду. А для иноглазых владельцев мануфактур были введены более высокие налоги. В результате этого стоимость национальной одежды резко возросла. Это решение быстро получило народное название — "Налог на цвет". Большинство жителей-очуденцев, в особенности бедные, не могли позволить себе купить одежду, соответствующую цвету их глаз. Поэтому люди были вынуждены носить дешевую одежду серого цвета. По сей день можно было встретить на Смарагдасе достаточно много людей одетые в сером одеянии. – Так это он, тот самый темноглазый? – спросил Норман, оглядывая худощавого юношу. – Он самый, – ответила ему Элеонора. Саймон едва не произнес что-то на грани резкости, но Маркус своевременно дал ему знак молчать, толкнув локтем. – Ну что, Эйден? – улыбнулась Нора, рассматривая его. – теперь, когда ты чист и опрятный, выглядишь совсем иначе. "Да, синяки его стали более заметны. Надо было бить эту гадину еще сильнее, когда была возможнось" пронеслось в мыслях у Саймона. – Тебе не стоит волноваться, Эйден, – мягко сказала Элеонора. – Отныне ты мой паж, и не простой, а воспитанник. Здесь тебе не придется быть слугой. Некоторые поручения тебе, конечно, придется выполнять. Но в основном ты будешь обучаться контролировать свою силу. Твои родичи использовали магию во зло, а ты будешь использовать её на благо общества. Надеюсь, ты понимаешь о чем я говорю? Мальчик молчал и смирно стоял перед королевой. Даже после ванны он чувствовал себя сильно уставшим. Да еще и голодным. – Ну что молчишь? Язык проглотил? — сказала королева, поддразнивая Эйдена. – Я... я просто хочу домой, – наивным голосом прошептал мальчик. – Хочешь домой? – сказала Нора с саркастической усмешкой – О, Эйден, мы все здесь мечтаем вернуться домой. Вернуться на наш континент, в наш родной город. Но благодаря твоему "великолепному" вождю, путь к нашему дому закрыт. – Вождю? – переспросил мальчик с недоумением. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вступил мужчина с бородой в возрасте около шестидесяти лет. На плече у него весел мешок, который он придерживал рукой. С уважением склонив голову, он поклонился. – О, Вердантис, вы прибыли как раз вовремя. – обратилась королева к этому старику. – Ну и где он? – спросил Вердантис, оглядывая комнату. Королева молча кивнула в сторону Эйдена. Вердантис подошел к мальчику и приподнял его подбородок, чтобы лучше рассмотреть его глаза. – О, Отец звезд! Ну не чудо ли? Настоящий темноглаз! Хотя волосы коричневые. – Его мать синеглаз – пояснила королева. – Ну, тогда все становится ясно. Как тебя зовут, юноша? – Эйден. – Рад знакомству, Эйден. Мое имя Прокл Вердантис. Эйден почувствовал, что старик пытается быть к нему доброжелательным. Что-то в его манерах и взгляде напоминало мальчику его дядю. – Уважаемый Вердантис, я поручаю этого мальчика к тебе на обучение, – сказала Элеонора. – Прежде всего, я хочу, чтобы ты научил его колдовать. – Колдовать? Ваше величество, я владею многими знаниями о магии темноглазов и о самих темноглазых в принципе, но, как вы понимаете, я колдовать не умею – с некоторым замешательством проговорил Вердантис. – Я в курсе. Но вы же самый умный человек в нашем королевстве, – начала королева – уверенна вы справитесь с обучением этого темноглазого мальчугана. У вас же есть вроде книга о воспитании темноглазых детей, да и руководство по магии тоже должно быть у вас. Я то знаю, что у вас много запрещенных книг и вещей темноглазых, которые вы от меня так сильно скрываете. Я же правильно говорю? Ученый, уловив подтекст в ее словах, лишь кивнул в ответ. "Если бы Вердантис не был Вердантисом, он бы уже давным-давно гнил в тюрьме за хранение таких книг. Саймон ему бы это обеспечил" подумал Маркус. – Будет мальчик капризничать или не слушаться, то сразу же сообщите мне, – продолжила королева – хотя, он вроде как спокойный, так что я думаю он не создаст вам никаких проблем. – Не, не думаю. Он тот еще грубиян. – язвительно вставило свои слова Эдит. Проигнорив слова Эдит, Элеонора сказала Вердантису: – Мальчишка утверждает, что он сын покойного Тиро Симула. Вроде я слышала это имя, но вспомнить не могу кто это. – О, знаю — произнес Вердантис, щелкнув пальцами. – Это был темноглазый ученый-историк, написавший труд о Гражданской войне темноглазых. Она у вас в библитеке есть. Симул писал довольно много, но увы многие его работы были сожжены. И если я не ошибаюсь, он пережил преследования со стороны Теобальда Ужасного. А с того момента, как Архелай взошёл на трон, его публикации стали, увы значительно реже. – Думаю вы быстро найдете общий язык с сыном такого ученого – сказала Элеонора Вирдантису, а потом посмотрела на мальчика – верно, Эйден? – Да, Ваше Величество. – ответил Эйден. В этот момент Саймон заметил мышь, бродившую по кабинету. – Опять эти мыши, - пробормотал Министр безопасноти, поднимаясь. Подойдя ближе, он ловко схватил её. – Учебу его начнем дней через десять. Пусть пока адаптируется. – сказала Элеонора – О, кстати Вердантис вы принесли то, что я просила? – Да, принес – ответил Вердантис и из своего мешка он извлек банку на дне которой, была темная субстанция. Он положил банку на стол перед всеми. – Нора, зачем он принес слизевика? – спросил Норман с недоумением. – Я хочу проверить одну теорию,– ответила Элеонора. Затем королева посмотрела на мальчика и сказала: – Эйден, подойди сюда и дотронься до этой жидкости. Не бойся, ничего не случится. Вердантис пытался возразить: – Ваше Величество, может не стоит так спешить, я не на все сто процентов уверен, что ... – хотел сказать Вердантис. – А я уверена, – перебила его королева и снова обратилась к Эйдену – делай то, что я сказала или ты трус? – Я не трус, – промолвил Эйден, хотя он был явно напуган. Мальчик чувствовал что, с этой черной слизью что-то не так. – Так докажи, – настаивала Элеонора. Эйден протянул руку к банке и слегка прикоснулся слизи. Она по ощущению была холодной и липкой. – Молодец, теперь коснись её всей ладонью, – сказала Элеонора. Он осторожно приложил всю ладонь к странной субстанции. Жидкость была холодной и липкой на ощупь. – Видите? – произнесла Элеонора, обращаясь ко всем присутствующим. – Слизевик не реагирует на Эйдена, потому что он темноглазый, — подчеркнул Маркус. Вердантис, медленно поглаживая бороду, задумался. Его предположение, что темноглазые исчезли не вследствие проклятия Архелая подтвердилась. Но тот факт, что Эйден жив, разрушал и его теорию. Он был убежден, что именно гибель Архелая и Великой сущности привела к гибели всей расы темноглазых. Он не сомневался в смерти Архелая – он видел его мертвое тело своими глазами. Но существование Эйдена поднимало новые вопросы. Возможно, Великая сущность выжила, или же силы темноглазых не были так тесно связаны с ним. Но если темноглазы и выжили, почему они скрываются? Почему не атакуют острова? А может быть Великой сущность лишь сказка, чтоб оправдать божественное происхождение темных императоров. Или же все темноглазы действительно вымерли, а Эйден - просто аномалия. Сколько вопросов, а точного ответа для Вердантиса пока не было. – Вот именно! Темноглазы невосприимчивы к проклятию, – объявила Элеонора – Можешь теперь убрать руку, Эйден. Эйден быстро высунул руку из банки и обнаружил, что странная слизь не прилипла к его коже. – Тебе повезло, малец, – с ухмылкой произнёс Маркус, – Если бы теория не подтвердилась, ты бы сильно пожалел, что тронул эту тварь. – А что случилось бы? – спросил его Эйден. – А вот что, – Саймон с мышенком в руках подошел к банке. – Господин Грэно, стойте! – хотел остановить Вердантис Саймона. Но было уже поздно. Саймон отпустил мышь, и она упала прямо в банку с слизевиком. Мышь, ни о чем не подозревая, шагнула на слизь, как вдруг темная субстанция ожила, схватив животное и втянув его внутрь. Затем из слизи выросли острые черные шипы, которые пронзили несчастное существо, вызвав его писк от боли. Через несколько секунд писк прекратился. Эйден вздрогнул от увиденного. А Вердантис явно был опечален смертью мыши. Он не любил когда с животными так жестоко обращаются. – Эдит, отправь его к кухарке, пусть она его накормит, а потом отведи его в покои для гостей – велела Элеонора, заметив, как Эйден испугался. – Как скажите, Ваше Величество, – сказала Эдит беря за плечо Эйдена. А про себя подумала: "Прекрасно, я видимо скоро стану его личной служанкой." Эдит увела мальчика за дверь. Вердантис в свою очередь убрал банку с темным слизевиком в свой мешок и повесил его на плечо. А потом он обратился к королеве: – Мне идти можно, Ваше Величество? – Пока нет. Во-первых, в ходе обучения Эйдена следите за тем какую информацию вы ему подаете, – твердо сказала Элеонора – Он еще слишком юн, неразумен и характер его еще не сформировался. Такой ребёнок легко поддается заблуждениям. Вы же меня понимаете? – Да, конечно – кивнул ей ученый. – Я говорю серьезно. Я хочу чтоб этот мальчик от ног до костей был предан нам. Это важно для нашего светлого будущего. И не забывайте одно, он - темноглаз. – продолжила королева. – Да, госпожа Виридис. Я буду аккуратен в своих высказываний. – Во-вторых. Мне нужна та самая книга по воспитании темноглазых детей. – Там больше о дворянских детях, но да, она вам пригодится. Книга тоже находится в вашей библиотеке. Я вам её год назад передавал. – А ну отлично. И в-третьих, мы через пару часов идем в Большей совет, сообщить о находке. Вам придется с нами пойти. Нам нужен , скажем так научный специалист. ***********************************************