Полумесяц

      Верёвка смыкается петлёй на горле. Уже не больно. И даже почти не страшно. Вот что значит «привыкнуть». Бань Юэ даже не задыхалась, не чувствовала ужас от надвигающейся смерти. За столько лет это стало обыденностью – бродить по пустым улицам крепости Полумесяца, а наткнувшись на давно мёртвых воинов быть повешенной. Раз за разом. Словно тряпичная кукла. Словно никогда не была живым человеком, необременённым ни Скорпионовыми змеями, что уже совсем не слушаются, ни этим убогим, вязким и чужеродным бессмертием.       То, что так отчаянно хочет жить нельзя убить так легко. Никак нельзя. Можно убить тварь хоть десять тысяч раз, но она восстанет вновь. Снова и снова смыкается петля на горле. Снова и снова Кэ Мо говорит со своими воинами, что небожитель запер в Яме Грешников. И Бань Юэ остаётся смотреть, вися на шесте.       Такова участь предателей. Здесь проводились нечеловеческие казни и пытки, здесь лилась кровь, от которой дожди до сих пор не отмыли землю. А на шесте вешали тех, кто провинился особенно. Сдирали одежду, вешали под солнцепёк, чтобы смотреть как человек медленно умирает от голода и жажды, смотреть как гниют и отрываются истлевающие конечности. Как труп предателя пожирают падальщики, а вороны выклёвывают глаза.       Предателей, которые не стоят даже того, чтобы умереть достойно. Для таких как она.       – Тебя снова он повесил? Не притворяйся мёртвой, я знаю, что это на так. Спускайся, милая Юэ-мэй. – Пэй Су, этот юнанец снова пришел. В этот раз принял облик человека. Глупая личина, едва ли отличается от лика людского. Чужеродное. Кривое. Воплощенное наспех, просто чтобы не идти небожителем средних небес.       – Не зови меня так. Опять привёл караван, чтобы скормить этим... – Отстранённо поинтересовалась, просовывая руки под верёвку, чтобы высвободить голову. Даже линии от петли не осталось. Совсем кожа огрубела. – Воинам?       Вести караван сквозь пустыню, чтобы натравить змей. Заманить напуганных и укушенных в крепость за шан юэ. Пэй Су отвратителен, но разве можно что-то сделать, когда собственные змеи скалятся в твою сторону. Но и слушать скулёж и стенания монстров, томящихся на дне Ямы, словно в котле, было тяжело. Когда-то живые. Жадные до жизни, жадные до крови. Обречённые на вечную смерть, вечно голодные, злые, готовые разодрать на куски любого, кто сунется туда. Уже не люди, даже на мертвецы. Не лишенные собственной плоти, но уже утратившие разум.       – Да. Привёл сюда ещё один караван. Всё же их нужно накормить.       – Голод они чувствовать не перестанут. – спокойно произнесла Бань Юэ, приближаясь.       – За то заткнутся наконец-то. Тебе не мешает их постоянный вой?       Советник прислушалась к звукам, исходящим со дна Ямы. Крики, хрипы, скрежет ломающихся когтей о гладкие, глинобитные, желтые стены. Вечное движение, вечное копошение. И немеряная ненависть.       – Почему ты до сих пор не убьёшь их? На совсем. Чтобы не мучать. – снова взглянула на небожителя.       – Мне их жаль. Их тела будут разворочены, смешаны с землёй. Не боишься, что они переродятся кровавой кашей? – Пэй Су засмеялся и не боясь ничего, сел на край ямы, будто рассматривая начинающих гнить тварей. Будто видел, что на их телах, с изодранными доспехами и одеждами уже никогда не заживут раны, что нанесли им в ту ночь, когда пала крепость.       – Но ведь ты их создал. Ты убил их и скинул в Яму. – Бань Юэ села рядом с ним, с печалью глядя на небожителя.       – Они не умерли. Поэтому сейчас я о них... Считай, что забочусь.       Забота. Вот какое значение оно принимает в его устах. Забота. Разве можно жертвовать уже несколько столетий столько людей. Что бы что? Чтобы накормить вечно голодных? Ненавидящих каждого, кто не родился в крепости Полумесяца?       – К тому же. – продолжил юнанец, переведя взгляд на советника. – Нужно удобрить траву шан юэ. Не составишь ли мне компанию?       – И чем же ты собрался её удобрять? – Бань Юэ подавила смешок. Встретилась с ним взглядом. На устах нежная улыбка, а глаза холодные как две льдинки.       – Плотью. Живым Человеком. – произнёс с довольной улыбкой, любуясь её отвращением. – Даже травам нужна жертва, чтобы они росли. Так что, присоединишься ко мне?       – Ты ведь не дашь мне выбирать, верно?       – Именно так. В этом и смысл. Полюбуешься вновь на то, насколько ты была глупым, наивным ребёнком, раз открыла врата крепости юнаньцам.       – Ты совсем не изменился. – Бань Юэ вздохнула, вновь взглянув на воинов внизу. Внутри заскреблось сожаление.       – Но разве ты не довольна этим? А, эрмэй? – Пэй Су взял её за подбородок, поднимая лицо. Хмыкнул, видя, как она поджимает губки. – Или мне лучше снова звать тебя советником Баньюэ?       – Какой же ты противный. – выдохнула она, покачав головой. – Столько лет прошло, а не изменился ни капли. Всё такой же противный, если не хуже.       – А раньше ты была обо мне иного мнения. – младший Пэй убрал прядку с её лица и почти ласково заправил за ухо. – Почему теперь мне грубишь?       – Потому что ты мне не нравишься. Стань хоть императором Верхних Небес как Шень У, хоть Непревзойдённым демоном, я не отнесусь к тебе лучше. Ты истинный ди-ди своего да-гэ. – нежным голосом произнесла Бань Юэ, всматриваясь в холодные глаза Пэй Су.       – Не сравнивай, в похоти мне не сравниться с генералом Мингуаном. – Пэй Су наклонился к ней ближе. От него пахло благовониями. – Или хочешь проверить?       – Тогда ты станешь вторым генералом, сломавшим меч. – проворковала она, улыбаясь. – Хотя, какая жалость, даже в этот раз тебе не стать первым. Не плохо живётся в тени своего да-гэ, правда? Голову не печёт, темно.       – Я же могу тебя столкнуть вниз. Не боишься?       – Я полукровка. На половину принадлежу крепости Полумесяца. – протянула она, зная, что как только пересечёт барьер, её разорвут на мелкие клочки и сожрут. – Что мне сделают это воины?       – Те, что вешают тебя каждый день? Действительно, что? – Пэй притянул её к себе ближе, смеясь. Погладил по спине. – Пойдём. Тебе понравится зрелище.       – А если нет?       – Понравится.

***

      Пэй Су утащил ещё в сторону от Ямы Грешников, в тень.       – Смотри. Нашли уже. – шепнул на ухо. Девушка почувствовала, как в груди появилась тяжесть, а кожа покрылась мурашками. Воины Кэ Мо вели связанных. Люди подчинялись в молчаливом ужасе.       Их не много. Всего четверо. Полукругом их окружили воины, не давая сбежать. Кэ Мо набрал в грудь воздух и испустил такой оглушительный крик, что заложило уши. Бань Юэ проглотила вязкую слюну, чувствуя, что пятится, но наткнулась на грудь Пэй Су. Бежать некуда.       Из ямы ответом ему был нечеловеческий крик в сотни голосов. Воины подвели к краю Ямы одного из тех людей. Был ли он купцом или нет, воином ли? Не видно. Человек кричал, но что сделает прибывший из центральной равнины против воина, что ростом в девять чи?       Он полетел вниз с глинобитной стены, где не видно дна. Следом отправился ещё один человек. Раздался нечеловеческий крик боли и отчаяния, звук, с которым разрывается горячая плоть, опаляя раскалённой кровью рты мертвецов. Бань Юэ почувствовала, как Пэй Су закрывает ей рот ладонью, чтобы она не издала ни звука. Девушка сжала его предплечье хрупкой рукой до побеления пальцев. Собственная рука дрожала.       – Теперь идём скорее, моя милая Юэ-мэй. – ласково прошептал Пэй Су, уводя её прочь.       Дорога до дворца показалась до омерзительного длинной. Она оглядывалась, ища взглядом воинов Кэ Мо. Снова в петлю не хотелось совсем. Эти улицы... Когда-то в них кипела и бурлила жизнь, носясь как сладкая кровь по артериям и венам огромного организма. Сейчас только тишина. Из-за жара солнца здесь высохли все деревья и травы. Осталась только голая, сухая земля, покрытая ранами трещин. Осыпался от времени известняк, крошилось, поедаемое жуками дерево. Вот всё что осталось от крепости Полумесяца.       В тени лежал ещё один человек. Связанный, а из вмятого виска шла кровь. У него безумные глаза и один расширенный зрачок, вытеснивший радужку.       – А его плотью я накормлю шан юэ. – прошептал Пэй Су ей на ухо и оставил её наблюдать.       – Господин!.. Прошу вас, Чжао-сяншен!.. Пустите меня, те воины... Молю, отпустите меня домой. Смилуйтесь!.. – пленник дернулся, вновь ударяясь головой о землю, но снова и снова дергался, стараясь подняться. И истошно кричал, умоляя.       – Ты так хочешь жить?       – Господин, очень хочу, прошу развяжите меня... – он-таки смог встать на колени перед ним и взглянул в глаза. Один из них стал красным, от крови, попавшей в него. – Прошу, сохраните мне жизнь!       – Нет, милый. – Пэй Су легко подхватил его за грудки и опрокинул о землю с такой силой, что образовалась вмятина. Наступил ему на грудь, вдавливая всё глубже. С треском сломались рёбра и прорезали кожу как ножницы шёлк.       – Как выберешься, так и пойдёшь домой. – Мягко произнёс, присыпая его землёй. Изо рта его шла кровь, смешанная с пеной, он заходился булькающим кашлем, хрипло вдыхая. Глаза закатились, явив взору белоснежные белки.       А губы складывались в молитвы. Должно быть, он перебирал всех небожителей, которых мог.       – Милая Юэ, ты совсем побледнела. – он подошел, взял её лицо в руки и наклонился совсем близко.       – Зачем ты мне это показываешь.       – Чтобы ты помнила. Всегда помнила, что предатели вроде тебя расплачиваются за ошибки всю жизнь. Даже если жизнь кончилась, а тебя вешают трижды в день, моя милая Юэ-мэй. – ласково говорил Пэй Су, нежно целуя её в лоб.       – Ты уже забрал у меня всё что мог. Под гром и вспышки молний этот генерал вознёсся на небеса. Даже змеек забрал. Они не повинуются мне больше. – она прикрыла глаза, улыбаясь и ластясь к рукам. – И жизнь тоже. Что же мне ещё сделать, чтобы этот генерал ушёл заниматься своими делами?       – Например, подарить мне танец? Что думаешь, советник?       – Не здесь.       – Понимаю. – Пэй Су легко подхватил её на руки и занёс во дворец. Его давно облюбовали птицы, а пролёты лестниц заросли толстым слоем пыли. Сюда не забредал даже ветер.       Пол усеяли осколки извести и птичьи перья. Когда-то красиво убранный зал превратился в песчаное крошево.       Пэй Су поддерживал её под бёдра одной рукой, удерживая её в вертикальном положении и не позволяя босым ногам коснуться пола. Кружился по залу с ней на руках, вглядываясь в уставшие, но такие прекрасные глаза полукровки.

***

      Замер уже вместе с ней у окна, пыль сохранила в себе воспоминания о них, следами обуви. Только одной пары, Пэй Су так и не выпустил её из рук.       Бань Юэ провела рукой по мягким черным волосам младшего Пэя. Легко улыбнулась.       – Мне проводить тебя до Ямы Грешников?       – Я хотела бы полюбоваться луной. Она столь прекрасна в это время года.       – Но ты прекрасна всегда. – Пэй Су на секунду задумался и рассмеялся, поняв, что она имела ввиду несколько иное. – Тогда может ли этот советник позволить полюбоваться и им тоже?       – Этот советник дозволяет этому достопочтенному любоваться им. – мягко отозвалась Бань Юэ, едва не смеясь.       – Вот и хорошо. – Пэй Су провёл по её волосам рукой. – А луна сегодня и впрямь прекрасна.       – Такая, что можно умереть?       – Хоть трижды. С благословением небожителей никакие запреты не ведомы. – поцеловал её в лоб, прикрывая глаза. – Но я всё думаю...       – О чём же?       – Когда тот мужчина станет нечистью?       – Почему думаешь, что он не умрёт? – Бань Юэ даже засмеялась.       – То, что так хочет жить – убить очень трудно. – Пэй Су вздохнул, улыбаясь. – Но... Что-то подсказывает мне, что меня скоро низвергнут с небес. Если это произойдёт, то... Смогу ли я спросить?       – Спрашивай. – Бань Юэ положила руки ему на шею, чуть улыбаясь.       – Если меня низвергнут с небес на землю. Смогу ли я придти и остаться с тобой? – спросил он, взглянув на неё ласково.       – Можно. Только не попадайся Кэ Мо. Иначе нас повесят вместе. – девушка засмеялась, ластясь.       – Пусть только попробует повесить. – бережно погладил её по спине, утыкаясь лицом в грубую шею девушки. Бань Юэ только легко поцеловала его в макушку и улыбнулась.       – О ай ни, Синь о де.       – И я тебя тоже.