Прости

– Сань, я уже дома.– крикнул Олег, закрывая входную дверь. Но ответа он так и не услышал. В горле встал ком, мысли о том, что с Сашей уже что-то случилось с каждой секундой становились всё больше. Дышать стало тяжело, кое-как сняв обувь он отправился в спальню. В голову успели прийти уже все страшные мысли, но они мигом ушли как только младший открыл дверь. Где увидел спящего, негромко посапывающего братца. Из под одеяла выглядывала только голова с взъерошенными волосами. – Саааш, хватит спать, уже три часа дня. – сказал Олег залезший в кровать где спит брат. – Ну Саш, хватит дрыхнуть. – поцеловав в лоб любимого произнёс медиум. Уткнувшись носом в тёмные волосы, он вдохнул их аромат и будто переместился в другую реальность. Вроде Саша их мыл обычным шампунем, но они пахли особо. Кажется этот запах он слышит в первый раз, но он слишком родной. – Ну Саш, вставай давай.– Олег начал щекотать брата, запустив руки под одеяло. Саша рассмеялся пытаясь отвернулся от этого, а в итоге грохнулся с кровати. – Ой. – смеясь сказал медиум младший. – Что случилось. – сонно протянул старший. – Хватит спать, я уже в мастерскую сгонял и в магазин по пути. – Чë? – в полудрëме, открыв рот сказал Саша. – Вставать пора. – тихо рассмеявшись ответил Олежка. – Можно я ещё пол часика посплю? – тихо-тихо спросил старший, залезая обратно на кровать После того как забрался на кровать, он снова укутался в одеяло. Олежка залез под одеяло к любимому. Следом он крепко обнял обнажённый торс брата, начиная целовать шею своего возлюбленного. – Олеж, ну куда ты в постель в одежде залез? – постанывая сказал медиум старший. На что младший просто снял с себя футболку и перешёл на впалые щëки брата. Тот в свою очередь поглаживал двумя руками спину младшего. Олега ждал десерт – губы брата. Они были на вкус как сладкая черешня в начале лета, как запах асфальта после дождя и шоколадная сигарета. Он посмотрел в Сашины глаза цвета летнего пасмурного небосвода — увидел в них Вселенную, увидел дозволение — и прижался губами к его губам, увлекая в поцелуй со вкусом июня. Языки сплетались, ласкали друг друга, боролись. В это время младший ловко справлялся с шортами, оголив любимого полностью, он начал гладить его мягкую кожу бёдер. – Как же я тебя люблю... – прошептал старший, вырвавшийся из поцелуя. Сразу взяв быстрый темп, Олег отчаянно задвигал бёдрами. Ему было жарко, узко и космически хорошо. Комнату заполнили стоны и звуки шлепков. В свою очередь Саша обхватил его ногами и поглаживал. Оргазм вышел мощным. Олег прижался к брату, а тот стонал впившись ногтями в спину любимого. На постели остались мокрые следы пота и семени. – Олеж, мне в душ надо. – Хорошо. – отпустив родного из объятий сказал Олег. Через час на кровати была постеленна новая белая постель, а братья успели принять душ. – Что приготовить покушать? – спросил Саша. – Блинчики! – Хорошо, – рассмеявшись сказал старший. – ты же мне поможешь? – Ага. – Алиса, включи музыку которая мне нравится! – крикнул Саша. Заиграла песня «Планы» Клявина (на то время Саша ещё не записал с ним кавер на эту песню). Братья не сдерживая себя запели эту песню частенько переглядываясь: – У меня на тебя есть особые планы Будем вместе лечить душевные раны У меня ведь тебя никого нету ближе Опускаемся, но вместе, ниже, ниже, ниже! Через тысячи холодных дней Мы с тобой прорвёмся, слышишь? Просто посмотри в мои глаза И ты в них всё увидишь Будем словно дети под дождём Мы с тобой ещё смеяться Ну же, подожди совсем чуть-чуть Ведь нам нельзя сломаться У меня для тебя есть секретные метки Выдох, вдох, шаг вперёд, вылетаем из клетки От тебя до меня никого нету ближе Пристегнись, мы на взлёт, выше, выше, выше! Через тысячи холодных дней Мы с тобой прорвёмся, слышишь? Просто посмотри в мои глаза И ты в них всё увидишь Будем словно дети под дождём Мы с тобой ещё смеяться Ну же, подожди совсем чуть-чуть Ведь нам нельзя сломаться. – пели очень красиво, попадая во все ноты, наслаждаясь голосом друг друга. – Саня, блять, тут дым! – закричал Олег, когда старший отошёл ответить на звонок. – Ну ничего страшного, первый блин комом. – выкидывая чёрный, сгоревший блин, сказал Саша.