А ну, хватит болеть!

— Валь, потри еще сыра. — Хорошо, мам. Темноволосая курносая девушка взяла протянутый сыр и принялась натирать его в отдельную салатницу. Валя была такая хмурая, что ее мама не выдержала: — Что-то случилось? — Не то чтобы… — Хотела сначала отшутиться та, но потом сказала честно: — Помнишь Таню? Так вот, так получилось, что она одна осталась дома на Новый год. — Так пригласи ее к нам, вот проблему нашла на пустом месте. — Она сильно болеет. Я с ней созвонилась полчаса назад, так у нее высокая температура держится. Еще и ужасный кашель, насморк. Полный набор. — Та-ак, — мама Вали отложила нож в сторону и посмотрела на дочь. — Скорую вызвала? — Не хочет, упрямится! — притопнула ногой Валя в ответ и отложила от греха подальше терку, а потом жалобно посмотрела на маму: — Можно я к ней поеду? — Ох Валь… В кухне надолго установилась напряженная атмосфера, перебив праздничное настроение. На плите жарилось мясо и булькала картошка для салатов. Мама Вали перевернула лопаткой отбивные и посмотрела на дочь: — А как же гости? — Я их встречу и поздравлю, а потом поеду. Они ведь уже скоро будут тут… Мам? — Ох, я всё жду-жду, когда ты уже начнешь с кем-нибудь встречаться, а ты только в игры играешь, да к подружкам бегаешь. Я внуков хочу!.. Ладно, давай быстренько сделаем отдельно несколько салатов и я вам мясное положу. Сомневаюсь, что в таком состоянии Таня была в состоянии стоять у плиты. — Мама, ты лучшая! — взвизгнула Валя и, на радостях подскочив к ней, крепко обняла. — Аккуратнее, горячо! Давай уже, ускоряйся. Еще многое нужно успеть сделать. После полученного одобрения, Валя сразу повеселела, и работа закипела. В фоновом режиме мать с дочерью слушали новогодние фильмы и концерты, подпевая знакомым песням. Когда мама отвернулась, Валя заговорчески протянула отбивную заглянувшему на кухню отцу. Тот слишком боялся получить по руке лопаткой от супруги, вот и выпрашивал жалобными глазами у дочери вкусняшки. Наконец прибыли гости. Валя всех поприветствовала, отдарилась подарками и получила загадочные коробочки. Их она торжественно положила под елку, стоически выдержав испытание любопытством. Благо, что взрослые не стали ее удерживать, а наоборот, дядя решил ее довести, чтобы она не добиралась до подруги на такси. И вот Валя с двумя пакетами стояла под дверью Татьяны и жала на кнопку звонка. — Да иду я, иду… кх-кх-ка… — Таня открыла двери и удивленно уставилась на нее. — Валя?! — С наступающим! — радостно рассмеялась та в ответ, приподнимая пакеты повыше. — Как ты… да зачем… Ой, заходи, холодно же. — Спасибо. — Передала Валя пакеты и начала раздеваться. — Меня подвезли, так что я не успела замерзнуть. Да и погода просто сказка. Ты видела? Снег пошел! Ответом ей послужил затяжной кашель. Гостья охнула и поспешила забрать обратно пакеты. Получив разрешение хозяйничать, Валя тут же развела бурную деятельность. Заварив лечебный чай с медом, она отнесла его подруге. Та закуталась в одеяло и переписывалась с Крутом в болталке. На минутку Вале стало немного завидно, но при этом она честно порадовалась за подругу. И загадала маленькое желание: пусть у Тани и Ярослава все сложится, не смотря на расстояние, что их разделяло. Они хорошие друзья и достойны кусочка счастья в этом суровом мире. Послышалась мелодия дверного замка. — Ой, это соседи за стульями, — спохватилась Таня. Так и оказалось. Скоро в квартире не осталось ни одного стула, из-за чего хозяйка смутилась. Вале же не растерялась и предложила чуть-чуть подвинуть мебель. Скоро диван в зале переместился к окну, а елка в угол. По середине комнаты на ковер поставили журнальный низкий столик, благо тот был достаточно большой. На пол кинули подушки от дивана и пледы. Не разрешая Тане вставать, Валя успевала везде: на кухне готовить, накрывать на стол, чуть украсить комнату. Казалось бы, просто расставила мандарины и елочные игрушки на полке, повесила гирлянду на гардину. Небольшой столик быстро был заставлен вкусно пахнущей едой и прохладными напитками. Когда Валя выключила свет, комната оказалась освещена только огнями от гирлянды. — Как красиво! Таня согрелась и перестала так сильно кашлять, да и температура спала до приемлемой величины. Радостная улыбка больше не покидала ее лица. Еще и трансляция от Торри подняла им настроение. Подруги были рады за главу и их главного целителя гильдии. — Отлично! Налетай! Дзынь-дзыыыыынь — Может, снова соседи? — Пожала плечами Таня. — Ты сиди, я сама открою. Пока подруга пошла к двери, Валя решила спрятать подарок под елку. Она не обращала внимания на голоса в прихожей: пристраивала обратно отвалившуюся на коробке поздравительную открытку. — … но как же твоя… — Ни слова о ней больше, сестренка. Считай, что ее никогда не было. Когда Валя услышала обеспокоенный голос Тани, то стала прислушиваться. Это явно не сосед заглянул. Она успела вернуться на подушку у столика, как в зал зашли Таня и незнакомый ей парень, лет так двадцати пяти. — Знакомьтесь, это мой брат Костя и … кх-кха-кхааа… — Та-ак! Ты почему молчала, что заболела? Хоть недовольство и было направлено не на нее, но Валя неосознанно вжала голову в плечи. И при этом была мысленно согласна с той взбучкой, которую Костя устроил Тане. Вот всегда она так — о других беспокоилась больше, чем о себе. После воспитательного разговора все устроились у журнального столика на подушках. Поначалу разговор не клеился, но когда совместными усилиями Вале и Косте удалось уложить клевавшую носом Таню спать, они разговорились. Оказалось, оба любят рисовать. И вот уже вдвоем они склонились у подоконника, быстрыми и уверенными мазками рисуя под набат часов на найденном чистом альбомном листе. Разноцветные огни гирлянды и лунный свет служили единственными источниками света, но художникам это не мешало. Когда их пальцы случайно соприкоснулись, ребята замерли и посмотрели друг на друга, боясь спугнуть волшебство момента. Они были так близко, что казалось, было слышно, как стучит чужое сердце. На простой бумаге оказался удивительный в своей красоте пейзаж, отражающий мечты молодых людей на маленькое новогоднее чудо.