то, что можно спасти

      Тихая ночь, слабый звук из динамиков, тёплый чай - то, что сопровождает его практически каждый вечер.       Его жизнь в последнее время полна непредсказуемостей, смешанной с ноткой одиночества. Ночи одним никогда не были такими... Пустыми. Ноги скрещены на кровати, подбородок на ладони, локоть на колене, а его взгляд устремлён в экран на котором один за одним меняются картинки. Просмотр аниме или другой азиатской, как выражался Саша, 'фигни' уже было привычным занятием для Лёши. Но чего-то будто не хватает, будто он упускает что-то важное.       Чай с каждой минутой становится всё холоднее, пока не остывает полностью. А Лёша всё ещё пялит в экран. Его рот слегка приоткрыт, будто он спит с открытыми глазами, а очки медленно, но верно спускаются всё ниже и ниже по его носу.       Ниже, и ниже, и ниже... Пока они не спадают с его носа на подбородок с лёгким ударом, заставляя его дёрнутся и придти в себя. Погодите, а что он смотрел?       Невольно хмыкнув и пробормотав что-то себе под нос, он натянул очки обратно, вздыхая. Его взгляд плавно перемещается на окно, что было настежь закрыто, не хватало ещё больше холода в и так прохладной квартире. Лёша потянулся к чаю, пытаясь найти немного тепла, вспоминая о холодных улицах Омска за окном, и попробовав жидкость на кончике языка, он быстро отодвинул чай от себя. Который чай за последние дни так и не были выпиты тёплым?       Лёша уже хотел материться, но сдержал себя, нахмурив брови. Человек вышего класса же. Он медленно встал, проходя через всю тёмную комнату к двери, после чего выглянул в освещённый коридор. Его глаза быстро поднялись на часы, что показывали пятнадцать минут одиннадцатого. В комнате по соседству был слышен слабый храп, единственное, что напоминало, что кто-то в его доме всё ещё живой.       Если так подумать, судьба маленького мальчика Лёши была довольна проста. Любящая мама, которая буквально прощала его за все его ошибки, и Сашу любила, как своего родного сына, кормила, поила, дома на ночёвки без препрёков оставляла. И в целом была и есть прекрасной и красивой женщиной. Лёше точно повезло с ней, принимая своего сына таким, какой он есть. Даже его папа, хоть и мужчина строгий, по лбу даст, если вывести из себя, но являлся лучше, чем половина среднестатистических отцов в Российской Федерации. За хлебом с молоком пока не уходил, и шутку пошутить может, и с семьёй съездит куда-то. Были моменты, конечно, когда папа Лёши пытался воспитать 'настоящего' мужчину из мальчика, но он сдался, после того, как увидел его сына к разными заколками на волосах. Его родители принимали его. И он был счастлив. Счастлив...       А был ли он по правде счастлив? Был ли он счастлив, будучи не слишком сильным парнем, ранимым и в принципе слишком простым натурой? Нравилось ли ему, что он не выделяется из толпы, вообще задрот и выглядит, и является, тихоней?       На удивление, его устраивала такая жизнь. Его устраивало жить в своём маленьком мирке, пока все, кем он дорожил, были рядом.       Но ведь не все были рядом.       Лёша быстро проскочил на кухню, выливая чай в раковину только на половину. С этой же кружкой он подошёл к чайнику и осторожно коснулся его тыльной стороной руки. Уже холодный? Но вроде бы он недавно его заваривал...       С громким вздохом возмущения за то, что ему придется потратить больше электричества и своего свободного времени, он поставил кружку рядом с чайником и включил его, после чего плюхнулся на стул. Как на зло, телефон он забыл в комнате, а возвращаться туда было слишком лень. Лёша выглянул в окно опять, на улицу на которой он...       ...Лёша сглотнул, после чего повернулся к столу. Понадобились лишь секунды, чтоб воспоминания вспыхнули в голове. Как он вместе с Сашей бесился на этой кухне, слабый смех. Даже как они пытались раз приготовить какой-то рандомный Доширак из Пятёрочки по скидкам, используя наилучший рецепт из интернета, но в итоге чуть не спалили квартиру потому, что Саша был слишком... Плох на кухне. Как Саша случайно нашёл запрятанные Лёшиной мамой ключи и бегал по всей квартире от Лёши. А он вообще вернул эти ключи в итоге?       Лёша сморщился, как он вспомнил разговор с его мамой за этим же столом. Как он отчаянно пытался объяснить маме, что, похоже, совершил ошибку. Что Саша ведёт себя странно. Что он никак не может помочь. Он плакал без слёз, пока его мама заварила его любимый чай и своим нежным голосом пыталась успокоить своего единственного сына. Но Лёша никогда не мог рассказать всю правду. Не мог объяснить, почему он всегда играл холодного и отвращённого одним лишь Сашиным присутствием. Или почему его сердце билось чаще, а его щёки непроизвольно краснели, и мозг просил дотронуться до руки высокого и заносчивого парня, который проводил слишком много времени с 'простым' и 'ранимым' парнем, нарушая его чрезвычайно большое личное пространство, не позволяя никому, кроме мамы с папой и свинки, подойти ближе, чем на десять метров, и буквально прижимая Лёшу к себе. Всё было как в сказке, Лёша мог каждый день подолгу говорить со своей наилюбимейшой морской свинкой по имени Мони, делясь всеми тайнами и секретами по поводу Саши, нервно смеясь со своей же глупости. Возможно, из-за этого его мама настолько понимающе на него смотрела, когда он рассказывал о своих проблемах? Может поэтому она говорила, что 'лучше, чтобы он знал о его чувствах'. Он понимал, что его точно когда-нибудь услышат. И он не был против, если это его мама. Но Лёша всё ещё чувствовал себя не в порядке. Он слишком переживал за друга... Больше, чем друга. После того, как Лёша признался ему в любви. Это вышло неожиданно, буквально по переписке, буквально тогда, когда Саша как всегда шутил. И Саша буквально ответил взаимностью. Так что, мать твою, пошло не так? Почему Саша отстранился? Он соврал? Пошутил? Почему...?       Из его долгих раздумий его вывел громкий щелчок электрического чайника, заставляя Лёшу, что буквально до дрожи ненавидит резких звуков, дёрнутся так сильно, что тот чуть со стула не упал. Лёша вздохнул, даже как-то радуясь, что его вывели из маленького транса. Ну, или просто флэшбеков.       ...Он бы соврал, что не хочет вернуться в то время.       Лёша быстро встал и подбежал к чайнику, заливая свою полупустую кружку чая, давая остывшему чаю второй шанс на жизнь. "Так-то лучше, можно и дальше анимешки смотреть", Лёша подумал про себя и глотнул уже более тёплый чай, хоть и не до конца горячий, после чего так же тихо вернулся в свою комнату. После яркой кухни темнота собственной комнаты выглядела по настоящему жалко. Медленно в его голове всплывало всё больше моментов с Сашей. Как они веселились, как они засыпали, как они устраивали ночной марафон аниме, на которых Саша сразу засыпал, как правило, на плече Лёши. Но уже ничего не вернуть, наверное... Или так думал сам парень.       Он пытался отвлечь себя как мог: говорил со своей морской свинкой, игрался с ней, пытался рассказать одну из тупых Сашиных шуток... Опять он. Затем Лёша стал пить чай, как выпивал, бежал за новой кружкой пока вода еще тёплая в чайнике. После трёх таких кружек он случайно вытащил пакетик чая, который когда-то приносил Саша, со словами 'Ты лучше чай в жизни не попробуешь!' Хоть чай и вкусный, но снова этот Саша.       Лёша смотрел аниме, как он попал на серию, что больше всего ненавидел Саша. Он сходил в туалет, только вспоминая, как Саша чуть-ли не ломился каждый раз к нему. В конце концов, бедный Лёша бился головой об стенку в своей комнате, пока Мони смотрела на своего хозяина как на умолишённого, медленно кушая свой капустный лист, который она наверняка запрятала с обеда. Умная свинка, ничего не скажешь.       Лёша глядел на Мони несколько секунд, медленно протягивая руку и гладя её, немного улыбаясь.       - Хоть ты меня понимаешь... - Лёша прошептал, хоть и не понимал сам, что именно Мони понимала, после чего он посмотрел в окно ещё раз.       ...На улицу, на которой даже посреди холода, Саша согревал его. Саша и вправду не стыдился ничего: то за руку возьмёт, то начнёт греть Лёшины руки своим горячим дыханием. В такие моменты, когда Саша был таким спокойным и ласковым, когда снег падал на его коричневые волосы, а глаза были лишь слегка приоткрыты, Лёшино сердце билось слишком быстро. Такая сторона Саши была для него слишком, слишком...       Резкий топот по крыше. Лёша дёнулся от такого звука вновь, глядя на потолок. "Кто в здравом уме сейчас лазит по крыше?" подумал парень про себя, его глаза метнулись на электронные часы в другой стороне комнаты. Почти одиннадцать вечера.       Лёша отчаянно вздохнул, отодвигаясь от стенки к столу. Ему бы спать пойти, но не пока кто-то шумит на крыше. Он взял свой телефон, быстро набирая номер 'Попипопипо', что являлся номером его мамы. Он правда не хотел отрывать такую занятую женщину в часы своей работы, особенно зная, как она дорожит её с отцом бизнесом, пока второй всё ещё спит в соседней комнате.       Три долгих гудка и светлый, хоть и уставший, голос его мамы заставляет Лёшу успокоиться. Всё хорошо.       - Мам. Там опять кто-то по крыше ходит. Вдруг опять полицией закончится? - Лёша спросил свою маму с наиболее спокойным голосом, который он мог из себя выдавить, вспоминая ту ситуацию. Буквально две недели назад какой-то алкаш пробрался на крышу, думая, что это небоскреб, и чуть не спрыгнул вниз, считая, что внизу не снег, а море из белого сухого вина. По всем знаниям Лёши об алкоголе, он не был сильно уверен как можно было спутать снег и жидкое вино, но ситуация всё ещё пробирала до мурашек. Даже если он не был там, всего несколько секунд, и какой-то человек бы убил себя из-за своей тупости. И со своей ранимой натурой, он сидел и грустил весь день, жалея бедного, чья жизнь не задалась...       Его мама лишь вздохнула и сказала спуститься к главной по подъезду на втором этаже, может у неё есть дубликат ключа, так как свой она потеряла ещё два месяца назад. Лёша нервно взглотнул, и лишь поддакнул маме. После маленькой паузы, мама сказала, что лучше будет остаться дома, но 'Лёша знает, что надо сделать'.       После коротких гудков, говорящих о конце звонка, он глянул на потолок опять. Всё затихло... Может и не идти?       Лёша издал последний вздох и погладил свою морскую свинку напоследок, такое чувство, что ему это понадобится. Не предупреждая папу, он тихо вышел из комнаты в коридор, прихватывая свою куртку, ключи и телефон. Он глянул в последний раз на телефон, где увидел на обоях его фотографию с Сашей. Количество того, сколько он думал сегодня о парне начало настораживать его самого.       Не думая ни о чём больше, он покинул квартиру, медленно закрывая входную дверь, чтоб случайно не разбудить спящую красавицу на диване в гостинной. Он быстро спустился на второй этаж, одновременно поправляя очки и заколки на его слегка расстрёппанных волосах.       Мягкий свет ламп подъезда, жгучий холод и тишина - то, что сопровождало его в этот вечер.       ...Второй, третий звонок подряд - но никто так и не вышел. Возможно, главная по дому спит? Возможно, это она на крыше? Лёша стиснул зубы - он не хотел туда идти. Крыша всегда казалась ему слишком страшной, но вдруг кто-то в беде?       Лёша побежал обратно по лестнице. Один пролёт, второй. Ноги не болят. Третий, четвертый... Отдышки, на удивление, не было. Он усмехнулся. У Саши точно бы была. Ещё несколько пролётов, и Лёша перед дверью своей квартиры. Он задумался, а надо-ли ему это? Он мог вернуться домой, укутаться в одеяло и продолжить свой сеанс аниме и разрушить свой режим полностью.       Но он завернул на следующий пролёт.       Всего два пролёта, и он на этаком 'шестом' этаже его дома. По правде, просто выход на крышу, сделанный слишком модно и пафосно... И с каких пор тут так много вещей валяется?       Лёша глубоко вздохнул, даже он удивился тому, сколько раз он это сделал за день. А, точнее, за вечер. Он приподнял глаза к двери, замечая, что она и вправду открыта. "Что эта женщина может делать на крыше в такое время? А точно ли это она? Может опять кто-то дверь взломал? Или..?"       Сердце Лёши заколотилось не на шутку, он буквально подбежал к этой двери, открывая её со всей силой. Его глаза округляются, ноги подкашиваются.       ...В такие моменты, когда Саша был таким спокойным и ласковым, когда снег падал на его коричневые волосы, и повёрнут он был лишь спиной, Лёшино сердце билось слишком быстро. Такая сторона Саши была для него слишком, слишком...       ...Слишком пугающей.       Он наблюдал, как его некогда лучший друг медленно двигается к краю, его куртка на снегу. Лёша был напуган. Чертовски напуган. Что делать? Почему он не может сказать и одного слова? Почему так? Саша умрёт на его глазах?       Чем ближе Саша к краю, тем сильнее хотелось Лёше просто убежать, закрыться в своей комнате и молиться, что то, что он видит, его больная фантазия. Что это сон. Но когда Саша был уже в шаге от края, Лёша потерял все чувства самосохранения.       Он не помнил, как перелез через ограждение за секунду, он не помнил, как тянулся к Саше, он не помнил, как на глазах наворачивались слёзы. Он не помнил, как упал. Как холодный снег перемешивался с теплом. Он лишь хотел удержать то, что ему ценно больше всего сейчас. И он держал.       Его дыхание рваное когда он сел, опираясь на ещё не тронутый снег своей голой рукой. Ему уже было наплевать на холод. Одной рукой он держался за рукав того, кто чуть-ли не умер на его глазах. Он смотрел в глаза того, кого любил.       И Саша делал то же самое. Его глаза слегка блестели лунным светом из-за слёз в его глазах, что стекали по его щекам. Никто ничего не говорил. Лишь их дыхание было слышно. И лишь холодный снег чувствовался сквозь их одежду, слишком непригодной для таких сидений и лежаний на заснеженной крыше.       Саша выглядел красивым для Лёши, лёжа на снегу с растрёпанными волосами, его дурацкий хвостик, его тёмно-серые глаза выглядели намного ярче сейчас...       ...И Лёша выглядел красивым для Саши, с его заколками, что почти спадали с его волос, небрежно надетой курткой и глазами, полные слёз.       Саша потянулся своей рукой к лицу Лёши, но второй будто опомнился от транса и шлёпнул рукой руку Саши, беря того за шиворот майки и начиная трясти.       - Ты совсем дурак, блядь?! Ты что творишь?! Умереть вздумал? Умереть...? - голос Лёши был наполнен гневом, злостью и страхом. С каждым новым словом его голос тише, а слёзы льются больше, - Ты... Почему?       Саша молчал, смотрел на лицо Лёши несколько секунд и тихо засмеялся, наконец садясь и смотря на парня с очками. Лёша мог увидеть по глазам насколько сильно он нервничает.       - Я должен плакать, а не ты, - шутливо сказал Саша, в своей обычной манере. Как будто ничего никогда не менялось. Лёша сдерживался из-за всех сил, чтоб не дать подщёчину брюнету.       - Ты и так плачешь, - глаза Лёши невольно закатились сами, на что Саша лишь засмеялся сильнее, вытирая его слёзы. Привычная для них атмосфера, могла бы быть, но вина перебивала всё это. Саша выглядел слишком уязвимо. Даже больше, чем Лёша. Парень с очками укусил свою губу. "Расспрашивать сейчас будет бесполезно..."       Лёша набрал в лёгкие воздуха и осторожно, будто боясь ранить, обнимает Сашу опять. Мягче, чем когда он вытягивал его от края, но всё так же тепло и знакомо. Он мог чувствовать, как дыхание Саши участилось, а руки сжимали куртку Лёши сзади. Лёша всегда так успокаивал Сашу, просто обнимая в тишине. И он надеялся, это сработает сейчас.       Тихие всхлипы от Саши, его отчаянные и негромкие 'Прости', 'Я не хотел', 'Я устал'. Саша окончательно сломался, отдался чувствам, прося о помощи сквозь неразборчивые слова. Лёша никогда не мог до конца понять чувства людей, что страдали суицидальными мыслями, но, похоже, он наконец понял. Через ужасный опыт. Через опыт, он надеялся он никогда не пройдет. Через опыт, что на счастье закончился с наилучшим концом. Если бы он опоздал всего на секунду, если бы не дотянулся...       Он знал, что этот вечер девятого января они не забудут никогда.       Саша сжал Лёшу крепче, боясь отпустить. Боясь потерять. Лёша знал, что им неизбежать разговора, но не сейчас. Сейчас он должен привести это большое недоразумение в порядок. Он не может долго злиться на него. Саша прошёл через многое, он сам знал, он сам видел, но ничего не делал. Пора наконец-таки что-то сделать. И первым делом...       - Вставай, увидишь Мони. Она соскучилась, - Лёша сказал немного сухо, возможно потому, что его горло пересохло? Или потому, что холод наконец пробился сквозь этот эмоциональный момент, заставляя его слегка дрожать, а пальцы леденеть? Медленно вставая со снега, парень почувствовал, как его пижамные штаны насквозь промокли. Осознание, что придёться их менять, возникла моментально в голове. Эх, а это любимые штаны Лёши. Ох, и ещё помыть ботинки Саши надо. Уж больно они грязные.       После пары секунд молчания, парень с заколками всё-таки предложил свою руку Саше, чтобы тот мог встать.       Глаза Саши округлились, слегка поджимая свои губы, он мягко взял руку Лёши попутно хватая свою осеннюю куртку со снега. "Ха... Даже сейчас, его руки слишком тёплые", подумал Лёша, смотря на маленькую невинную улыбку Саши. Возможно... Всё будет хорошо. Возможно, Саша больше не боится рассказать ему всё. Возможно, Лёша услышит все его слова вслух.       - Хей, Лёш? - Саша сказал даже слишком невинно для его нынешнего состояния, его будто подменили. Лёша почувствовал как его руку сжали чуть больше, такое родное ему тепло, что согревало его в холодное время, - Я люблю тебя. ... Три секунды молчания. Медленный вздох и закрывающиеся дверь на крышу. - ...Я тебя тоже, дурак.