Ночные кошмары

             Непроглядная темнота повсюду охватила тело и казалось разум Достоевского. Ступить шаг было страшно, тело охватил дикий ужас, как будто перед ним был его главный страх. Позади послышались тихие приглушённые шаги, подходящие ближе, нагнетали тёмную атмосферу. Из-за спины вышла белая фигура в после и длинной косой с причудливой шляпой. Остановившись в пару шагах от Фёдора силуэт остановился. Просто стоящая в чёрной пустоте белоснежная фигура излучала слабый свет в то же время поедающийся злобной мглой. С уст Достоевского сорвался тихий хриплый крик знавший силуэт по имени. Гоголь повернулся. На его лице не было ни глаз ни рта и других частей лица. Просто натянутая на череп кожа с впадинами в районе глаз. Из плаща появилась рука направившая на Фёдора блестящий пистолет. "Подожди! Стой, не-" — не успев договорить бездыханное тело упало на чёрный, как и всё пространство пол, источая кровавую лужу из грудной клетки. Фигура опустила пистолет и окончательно растворилась в безликой тёмной пустоте.        Достоевский проснулся вместе с тихим криком и выставленной рукой в вверх, словно пытаясь украсть солнце. По его виску протекла капля пота. Сердце бешено колотилось, а дыхание сбиаалось с каждой попыткой вдохнуть больше — Снова кошмары?.. - послышалось рядом с правой стороны        Обеспокоенный состоянием партнёра, Гоголь не спал и присматривал за Федей. Он лежал смотря прямо на лицо растерянного Достоевского и пытался взглядом понять, как ему помочь — Да. - холодно отозвался тёмноволосый повернув голову в сторону собеседника        Гоголь протянул руку взяв того за подбородок. Нежно гладя Федю по щеке он с грустью смотрел в его глаза, прямо под которыми были ужасные серые мешки. Николай убрал тёплую, успокаивающую руку с лица любимого, что даже расстроило его — Я могу как-то помочь? Просто ты которую ночь просыпаешься от кошмаров и всё время молчишь отворачиваясь. Меня это печалит. Неужели я действительно ничем не могу тебе помочь? Может заварить чай? Я могу принести плед.. — От чая я бы не отказался - ответил Фёдор, чтобы не расстраивать ещё и Гоголя        Встав с кровати Коля поправил свою пижаму и накинув на ноги тапки потягиваясь побрёл в тёмный дверной проём растворяясь во мгле. Это сново напомнило Достоевскому тот страшный кошмар, который проследует его который день. Помещение и обстоятельства всегда менялись. Но неизменным оставалось одно. В каждом кошмаре его возлюбленный убивал его. Это иногда даже пугало, ведь в каких только страшных образах не предстовляет перед ним тёплый и приветливый силуэт, становившийся холодным и далёким        Решив не зацикливаться на кошмаре, Фёдор последовал примеру Гоголя и пошёл за ним на кухню, в которой уже во всю кипел чайник и на столе уже стояли две чашки, с пакетиками внутри. Под лампой на столе, которая заменяла потухшую люстру, сидел тревожный Николай и постукивал по чашке подушечками пальцев, напивая какую-то грустную песню м глубоким смыслом

***

— Федя, может тебе стоит сходить к психологу? Или хотя-бы купить какие-нибудь таблетки по типу снотворного - Гоголь явно волновался за любимого и пытался хоть как-то помочь. Зная характер Достоевского, он даже не лез с объятиями, чтобы не сделать хуже. Просто поддерживал присутствием. Но это всё так больно. Ты видишь, что дорогой тебе человек страдает, но ты не можешь помочь. Беспомощность поглощала Гоголя, а чтобы полностью не погрясть в этой пучине беспокойства и страха за партнёра он пытался разговориться с Достоевским. Он не разу не упоминал, что ему снится, всё время молчит, ходит как труп, вообще ни на что не реагирует и всегда задумчивый. Вполне себе обычное его состояние, но что-то не то Гоголь находил в его поведении. Что-то отстранённое и отталкивающее пугало Николая. Достоевский кажется отделялся от него и более холодно и грубо стало его поведение в сторону Гоголя — Коля, всё впорядке, это просто сны, которые на реальность влияния не имеют. Они ничего не знач- — Да как это не значат?! - выкрикнул Гоголь - П-прости, я просто волнуюсь за тебя. Тем что ты молчишь ты не мне ни себе хорошего ничего не делаешь. Давай будем честны друг с другом, давай решать все проблемы вместе        Гоголь потянул руку и взяв тонкие пальцы Достоевского он начал нежно трогать их, словно пытался согреть их. Рассматривая покрасневшие фаланги и выпирающие косточки он любовался ими, как в последний раз — Я понимаю, что тебе не приятно видеть меня таким и то, что ты пытаешься помочь вполне понятно. Но я не хочу говорить об этом, не хочу нагружать тебя этим грузом. Просто.. Просто будь со мной. Пожалуйста..        Гоголь замолчал и опустил взгляд. Он был опечален ответом партнёра. Николай надеялся на понимание и открытость Феди, но и без этих ложных надежд, было понятно, что он никогда полностью не раскроется. Но не это его печалило, страх потерять его был главной причиной этой безутешной печали, которая так безжалостно вцепилась в душу Гоголя        Спустя минуту молчания и тихого попивания чая и назойливого звона ложки о стакан, Коля встал из-за стола. Подойдя к Достоевскому он присел на корточки и лёг на его бёдра обхватив талию. Его длинные волосы раскинулись по всей спине и упали на пол. Достоевский был приятно удивлён этому жесту. Он положил холодную, но родную руку на голову Гоголя и медленно начал гладить его немного кудрявые волосы. Со стороны Коли послышался тихий всхлип, что заставил привлечь внимание Феди и опустить взгляд. Гоголь тёрся лицом об его штаны и на его ресницах были хрустальные капельки слёз, словно маленькие росинки на паутине. Маленькие капли потекли создав большие ручьи горьких слёз, которые устраивали между собой марафон, кто быстрее достигнет края лица — Федя, я люблю тебя. Я доверяю тебе всю свою жизнь, давай всегда будем вместе. Я готов всегда обнимать тебя. Я буду согревать тебя, когда будет холодно, согревать твою душу, когда тебе будет плохо. Всегда буду держать тебя за руку, я люблю тебя..        Фёдор непроизвольно улыбнулся краешком губ и убрав руку с головы Гоголя, он приподнял его заплаканную мордочку двумя руками — Пойдём в постель. С тобой мне никакие кошмары не будут сниться        Уже в кровати Достоевский демонстративно лёг поближе и лицом к Гоголю. Сразу поняв, что хочет Федя Коля ярок улыбнулся и кинулся я в сладкие ночные объятия, которые он так жадно желал. Прижав любимого к себе как можно сильнее, чтобы никто не украл его он окутал обоих одеялом и закрывать глаза пожелал спокойной ночи и сладких снов. Ответив взаимностью, Федя прижал голову к шее Коли и закрыл глаза, представляя лучшее будущее вместе с ним. Будущее, в котором нет места страданиям и боли, кошмарам и тревожным мыслям, а есть только забота, доброта, любовь и бесконечное понимание. Тепло которое оба чувствовали в этот момент согревало даже вечно холодные пальцы Достоевского. Заснув в обнимку Коля кажется улыбался во сне, то ли хороший сон, ти ли он даже будучи спящим ощущает рядом родного и любимого человека