утро

Конец мая. Впереди зачетная неделя второго семестра. Тихон и Ваня плелись по пустынной улице в 4 утра, шаркая ногами и громко смеясь. Всю ночь они пели и пили в съемной квартире Тихона, в прочем как и три ночи до этого. Гулянку пришлось прекратить, так как мама Янковского начала требовать сына домой, чтобы следить за его подготовкой к учебе. Парни дошли до Ваниного подъезда и прошли к лифту. Ваня нажал на кнопку вызова, Тихон быстрым движением отвел его в темный угол и обнял крепко-крепко, будто в последний раз. - Я походу твоей матери не нравлюсь, - пробубнил Тиша в темную макушку. - Не нравишься это мягко сказано, - Ваня покрепче ухватил его в ответ, - Говорит, ты оказываешь на меня плохое влияние. Успеваемость у меня там скатилась, на пары не хожу, пропадаю непонятно где… - Мы слишком молоды, чтобы такой фигней заниматься, понимаешь? – Тихон слегка отодвинулся, взглядом оглядывая всего Ваню, - Ты это, засосы замаскируй, не сдавай меня. - Нам попадет поровну, если вскроется, что вы, Тихон Игоревич, меня насильно держали, поили, непристойностями заставляли заниматься, - Ваня хитро улыбнулся, поглаживая рукой боевое поле на своей шее. - Ах это я значит во всем виноват, - Тихон наклонился ближе к его лицу, кусая за ухо. Ваня ойкнул и начал хихикать. Их идиллию прервала выходящая из лифта женщина, сонным взглядом окидывая парней в темном углу. Они быстро отпрянули друг от друга, пытаясь не засмеяться. - А вот собственно и мой транспорт приехал, - сказал Ваня, проходя в глубину лифта. Тихон пошел за ним, но в лифт не зашел, пару секунд смотря на растрепанную и довольную рожу Янковского. У Тиши в голове созрел гениальный план. Он пальцем поманил парня, и Ваня на шаг подошел ближе. Кудрявый успел поцеловать друга буквально за секунду до того как двери лифта закрылись. Ваня с мечтательным выражением лица смотрел, как Тихон растворялся в уменьшающемся просвете подъезда. Только через мгновение он осознал хитрый план Тихона – половина кнопок в лифте горела красным, хитрый лис успел их нажать, пока бедный Ваня думал о поцелуе, - Ах ты ганд-! – только и успел услышать Тихон, наблюдая за тем как лифт едет выше. *** Довольный и помятый Тихон шел обратно к себе домой, на улице было уже совсем светло. Кучерявый лыбился до ушей, смотря на просыпающийся город. Дорога домой от Вани была изучена вдоль и поперек, ведь это был их не первый и (Тихон искренне надеялся) не последний раз. Мимо аллей и гаражей, мусорки, ларька, где немолодая женщина улыбалась, продавая Тихону сигареты и прощая ему недостающий рубль уже раз семь. Мимо сочно-зеленых шелестящих кустов и деревьев, розового горизонта и лавочки у Тишиного подъезда, где половина окурков принадлежала им. Замерзший Тихон завалился в свою квартиру, стараясь не будить соседей по комнате, Диму и Сережу. Но это было и незачем – они уже сидели на кухне, так же как и Тихон не спали всю ночь. Кучерявик быстро окинул их взглядом, выдул два стакана воды, и, предвещая все вопросы, быстро окликнул их. - Извините, я спать! Побеседуем потом. *** Проснувшись, Тихон увидел сообщение от Вани. Меня мама застукала, отругала пиздец На ближайшие две недели никаких попоек, даже не надейся Тихон усмехнулся. Такое сообщение он получал не в первый раз и точно знал, что скоро они проведут еще одно утро вместе.