All is well in the Afton family

Солнечный свет пробивался сквозь шторы в твою комнату, в ней по-прежнему был бардак, в котором можно было найти все что угодно, кроме того, что нужно. Первые мысли после пробуждения были не из приятных, воспоминания о вчерашнем вечере, как лезвие по венам, хотелось зарыться в подушку и плакать без остановки. С кухни донёсся звон бутылок, отец видимо тоже проснулся и решил, как всегда, похмелиться. -Сука! — послышался звук развившегося стекла, а за ним матерное слово, сорвавшейся с губ отца. Желание лежать и плакать ушло на второй план, когда отец ворвался в комнату. -Все дрыхнешь? — голос отца был грубым, прокуренным и мерзким, а лицо помятым с огромным синяком под глазом, отвечать на его вопросы никогда не хотелось, не то, что вести целый диалог, но если не ответить ему, по лицу прилетит звонкая пощёчина, след которой, будет сходить ещё пару дней. -Нет — нехотя ответила ты, пытаясь скрыть отвращения от запаха перегара. -Нужно сходить в дом Афтонов и отнести инструменты, которые у нас забыл Вильям, поэтому собирайся быстрее, а то я знаю тебя, вечно хуйней страдаешь по утрам — сердце забилось сильнее, после всего произошедшего идти в этот дом снова.. Хотелось послать отца куда подальше и не выполнять его просьбу, но страх последствий взял вверх над гордостью. -Хорошо, 5 минут — поднимаясь с кровати ты направилась в ванную, на удивление лицо было практически без отеков, несмотря на то, что пол ночи ты билась в истерике из-за случившегося, вместо них была другая проблема. Кожа на руках была похожа на борщ, кровь засохла, а под ней можно было увидеть не только мясо, но и кость. Ты часто причиняла себе боль раньше, более жестокими методами, постоянно страдали плечи и бедра, которые были изрезаны лезвием от старой бритвы, раны зажили, но неприятные белые следы, называющиеся шрамами, остались. Сейчас оставалось только промыть руки и перевязать бинтом, его было достаточно, ведь отец постоянно приходил в ранах и ушибах, которые приходилось не раз обрабатывать. Через 5 минут ты стояла в прихожей, обувная ботинки, взгляд отца был пронзительным, даже спиной его можно почувствовать, он прожигал тебя глазами, видимо рассматривая перебинтованные руки. -Что с руками? Куда ты вляпалась уже? — да, его "забота", вызывает уж точно не радость, а страх, ведь обычно это заканчивается словами: "Такая же шлюха, как твоя мамаша". -Та так, упала вчера — отмахнувшись, ты взяла коробку с инструментами и вышла из дома. -Мы ещё поговорим с тобой — отец снова отпил пиво и закрыл дверь. Ты направилась к дому Афтона, надеясь, что дома никого не будет и ты сможет просто оставить коробку и исчезнуть, но к сожалению подходя к входной двери, ты заметила включенный свет. Прекрасно. Стук в дверь вышел тихим, ты надеялась, что никто не услышит и ты сможешь спокойно уйти, оставив инструменты, но за дверью послышались шаги. Тревога нарастала, как же ты не хотела сейчас видеть лицо Вильяма, щеки снова загорели, а ноги превратились в вату. Дверь открыл Майкл, даже не знаю, хорошо это или плохо, ведь с ним тебе ещё более некомфортно находиться, чем с Вильямом. Майкл, явно был не рад тебя видеть, тем более в такую рань, на нем были надеты одни штаны, тело Майкла стало более мускулистым, все мышцы прокачаны в меру, вены на руках так и привлекают к себе внимание, он становился похожим на своего отца не только лицом, но и телом. -Отец просил передать — ты сунула Майклу в руки коробку и начала разворачиваться, чтобы двинуться прочь, но тебя оставил томный голос бывшего друга. -На чай зайдешь? Отец говорил, что ты зайдешь и приказал пригласить тебя на завтрак — ему явно не нравилась эта идея, читалось в глазах, как он хочет, чтобы ты свалила, та и тебе не особо то хотелось, снова находиться в этом доме. -Спасибо, но нет — отказ вышел грубым, как и приглашение. -Не ломайся, заходи, отец сказал уговорить тебя в любом случае и быть джентльменом — последнее слово он сказал перекривляя интонацию отца, его взгляд был по прежнему холодным и незаинтересованным, он жестом пригласил тебя зайти в дом. -Ладно, так уж и быть, а то получишь пизды — сложив руки на груди, ты зашла в дом, соглашаться на это не хотелось, но ты знала, что Майкл не отстанет, если отец сказал, что-либо сделать. Майкл, взъерошил и без того растрёпанные волосы и расслабленной походкой направился на кухню, тебе пришлось последовать за ним, ноги все ещё были ватными, из-за переживаний и навязчивых мыслей. Ты села за стол, смотря, как Майкл заваривает чай, его руки действительно были очень накачанными и ты бы сказала, сексуальными, если бы это был не Майкл. Через несколько минут чай стоял на столе, а Майкл сидел напротив, осматривая помещение, будто видит его впервые, иногда переводя незаинтересованный взгляд на тебя, но что-то все же его заинтересовало. -Что с руками? — взгляд Майкла был прикован к твоим забинтованным рукам, только сейчас ты заметила, что бинт был испачкан кровью. -Не твое дело — ты убрала руки под стол, опустив взгляд на чай, который теперь уж точно не хотелось пить. -Я спросил, что с руками? — Майкл повторил вопрос громче, его взгляд из безразличного, превратился в злобный. -Знаешь, я пойду, скажи отцу, что ты был душкой и я это подтвержу, пока — ты резко встала со стула и направилась к выходу, пытаясь блокировать вспыхнувшие эмоции из-за такого тона. Не успела ты дойти до двери, как тебя резким движением развернули и прижали к стене. Майкл нависает над тобой, держа за плечи, его до этого злой взгляд превратился в напуганный и тревожный, глаза были широко распахнуты и искали ответ на вопрос. -Это сделал твой отец?! Он снова поднял на тебя руку? — голос Майкла срывался на крик, заставляя съежиться, от таких громких звуков. -Идиот, что ты творишь! Какого хрена, ты вообще меня трогаешь? Я просто упала — ты оттолкнула Майкла, боясь, что за криками последует удар по лицу или куда похуже. -Тебе действительно лучше уйти — Майкл отошёл от тебя подальше, давая пройти, он знал, как ты относишься к повышению тона, но все равно позволил себе это сделать. -Придурок — Ты выбежала из дома, лишь бы не видеть гримасу Майкла, который в очередной раз причинил тебе боль. В кого он такой? Почему Вильям вырастил такого выродка, который ничего из себя не представляет и спокойно может кричать на девушку. Он напомнил тебе твоего отца, который вел себя точно так же, нет, это не забота, Майкл видимо хотел поиздеваться над тобой. Майкл, закрыв за тобой дверь, направляется на кухню, чтобы налить воды, надеясь, что она сможет привести его в чувства и вернуть здравый смысл, но вместо этого стакан с водой летит в стену, разбиваясь в дребезге, звонкий звук заполняет всю комнату, заставляя барабанные перепонки пульсировать ещё сильнее. Майкл трет виски, как будто пытаясь наладить поток мыслей. -Блять, я мудак — шепчет Майкл, самому себе. Майкл, действительно слетел с катушек после смерти младшего брата, последний год кошмары мучили его каждую ночь, заставляли просыпаться в холодном полу, глотая воздух. Страх навредить ещё кому-либо, заставил его оттолкнуть и тебя и сестру, как можно дальше, заставить тебя ненавидеть себя, было его целью, но Майкл никогда не хотел причинять тебе боль, а уж тем более вести себя, как твой отец, напугать тебя — было его главной ошибкой. Майкл, никогда не рассказывал тебе о своей семье, говорил только то, что известно всем: "Мой отец прекрасный человек, заботливый папа и идеальный муж", в детстве прекрасно получилась внушить это и себе, но после ухода матери, глаза стали постепенно открываться и видеть уже не отца, а монстра: Теплый летний вечер, после встречи с Норой, Майкл довольный идёт домой, зная, что его ждёт очередная порция гнева отца, из-за позднего прихода, к которой он уже привык, за последние 7 лет, отец постоянно прессует старшего сына, мало того, что Майкл — объект для выплеска негативных эмоций, так ещё и груша для битья, которая постоянно подвергается домашнему насилию. Проходя возле пиццерии, Майкл замечает фиолетовую машину отца, которая припаркована возле входа. Страх перед отцом был сильным, но на улице, он уж точно его не ударит, ведь статус "идеальный отец", ему никак не хочется терять. Подходя ближе, Майкл замечает отца, который склонился над маленькой девочкой, забившуюся в угол от страха. Этой девочкой была малышка Чарли, дочь лучшего друга Вильяма Афтона — Гении Эмили. -Пап, привет, все нормально? — Майкл подошёл ближе к отцу, стараясь рассмотреть в полутьме его лицо. -Майкл, сынок, ты можешь подождать меня у машины, я обещал, маленькой леди подарок — Вильям с безумной улыбкой смотрит на сына, заставляя того сглотнуть и отойти в сторону. На людях Вильям всегда зовёт Майкла - сынок, но дома он слышит, каждый божий день - выблядок и отпрыск. Майкл стоит у машины, ожидая отца, который в это время тянется в карман рукой. Майкл замечает блеск острого кухонного ножа, который в ту же секунду врезается в детское сердцечко Чарли. Майкл, теряет весь здравый смысл, в голове происходит ураган из непонятных ранее эмоций и чувств, в глазах темнеет, а ноги перестают держать, Майкл пытается удержаться за машину, но и это не помогает, он падает коленями в лужу, смотря на безумного отца. -Твою мать.. — взгляд падает на безжизненное тело девочки, которое пару секунд назад было живым, кровь стекает по ее маленькому тельцу, заставляя сердце разорваться на маленькие кусочки, психика не выдерживает и паническая атака не заставляет себя ждать. Вильям, смеясь, в пол оборота смотрит на Майкла боковым зрением, его серебряные глаза светятся безумием и неадекватной властью, а его и без того всегда страшная улыбка превращается в дьявольскую, заставляющую перестать дышать, она внушает не просто страх, а самый настоящий ужас. Смех Вильяма Афтона становится все громче, будто сам сатана смеётся. -Сынок, тебе понравилось? — внезапно Вильям обращается к сыну, все ещё улыбаясь во весь рот. В прошлом году произошел случай, который заставил Майкла почувствовать себя не просто ублюдком похожим на отца, но и точной его копией. Майкл, несмотря на проблемы дома, все ещё пытается жить полноценной жизнь, гулять, развлекаться и даже баловаться алкоголем, а иногда и чем похуже. Одним словом оторва. В день рождения младшего брата, Майкл решает уйти из дома, чтобы наконец-то опробовать заветную марихуану, которую достал его друг. Под действием наркотиков, Майкл и его друзья, решают поздравить братишку с днём рождения, завалившись обдолбанными на детский праздник. Маленький мальчик стоит возле сцены, испуганно глядя в глаза аниматронника Фредбера, которого он так боялся. -Эй, братишка, чего киснешь? — шатаясь, Майкл подходит к младшему брату и подхватывает его на руки. -Майкл, я хочу домой, папочка куда-то ушел и мне очень страшно! - мальчик при виде брата, начинает плакать, чувствуя себя все так же в опасности. -Э, мелкий, не ной, сейчас твой ахуительный брат устроит тебе праздник — Майкл опускает мальчика на пол, чуть ли не падая, от головокружения — Сейчас вернусь. -Э, ты куда? Блевать что-ли пошел? — послышался возмущенный голос одного из друзей. Через пару минут Майкл, вальяжной походкой подходит к друзьям и раздает маски животных из пиццерии. -Ща, бро, будем тебя веселить — в заключение Майкл надевает свою любимую маску Фоски, которая от старости начала облазить. -Майкл, прошу, я хочу домой! — мальчик, чуть ли не в истерике от масок подростков, его глаза наполнены ужасом, а слезы текут по щекам не останавливаясь. -О, Майкл, может он хочет поцеловать Фредбера? Тогда и перестанет бояться, как говорится, прикосновения - сближают, хаха — один из друзей решает предложить интересную авантюру, которая понравилась всем парням, в особенности обдолбанныму Майклу. -Семми, ты гений, погнали! — Майкл подхватывает младшего брата на руки, шатаясь подходит к аниматроннику, который зловеще смотрит в пустоту. -Нет, Майкл, пожалуйста, не надо, не надо!!! — Майкл, грубо пихает голову младшего брата в пасть робота, заливаясь смехом, смеется не только он, но и все подростки, находящиеся в помещении, один даже снимает это на пленку, крича: "Вот это я понимаю, романтика!". Слезы мальчика не прекращаются, он сжимается и брыкается, в надежде, что старший брат перестанет издеваться над ним и опустит его на землю, но случилось совершенно другое.. Щелчок. Пружинные механизмы внутри робота срабатывают, из-за скопившейся влаги, заставляя челюсть робота сомкнуться. Тишина. Майкл услышал оследующий удар сердца ребенка, младший брат уже не кричал, не плакал, не дёргался.. Он безжизненно весел в пасти Фредбера, с прокушенным черепом.