- Не забудь выключить свет в библиотеке, Огнева

— Не забудь выключить свет, Огнева, когда выйдешь из библиотеки, — беззлобно ухмыльнулся Рок и закрыл за собой дверь в книжное царство. Василиса не могла сидеть в своей зеленеющей комнате уже который день, посвященный работе и учебе. Учебники, лекции, чертежи, планы, расчеты, карты, книги, Клубки — весь этот набор не давал ей ощущения покоя и уюта в комнате. Девушка не чувствовала себя там комфортно, не могла отдохнуть. Поэтому приняла решение учиться не в теплой постели, а в библиотеке. Сейчас Время гостевало в Змиулане у Рока и Юсты, которые пригласили их остаться у них на время проведения международной конференции, где поднимались вопросы о новых реформах и установления содружественных отношений между государствами. Ну и конечно, как же без небольшого отдыха после такого мероприятия. Фэш отдавал дань уважения зАмку, в котором вырос, получил свои знания, и его нынешнему хозяину. Отношения Рока и Фэша значительно улучшились. Уже будучи взрослыми мужчинами, братья делились друг с другом опытом и обсуждали личные дела, помогали друг другу в сложных ситуациях и, что было несвойственно Року, иногда устраивали проделки над девчонками или друзьями, а затем вместе получали по голове за них. Василиса не разделяла любви к этому замку. Ассоциации здесь до сих пор витали не самые лучшие, как бы троица Драгоциев не пыталась это исправить. Единственное место, куда она шла с удовольствием поесть вкуснейший шоколадный бисквит — кухня Жан-Жака, показанная Захаррой в первый же день после назначения Рока хозяином Змиулана. — Я больше не могу. Скинув все бумаги в сумку, девушка положила руки на стол и уронила на них свою рыжую голову. Черный свитер мялся в ее напряженных пальцах, толстая коса съехала в бок, спина то и дело напрягалась и расслаблялась на несколько секунд. За окном лил дождь. Ноябрьский беспросветный всесокрушающий ливень, между капель которого изредка вспыхивала молния, сопровождаемая оглушительными раскатами грома. Складывалось ощущение, что погода пыталась показать всей Остале, что происходит в душе этой молодой, но уже такой взрослой девушки. Возраст до 30 — возраст не из лучших. Вроде нужно радоваться молодости и бесконечным возможностям, но в то же время хорошо бы уже обеспечивать себе место в будущем. Время делать всевозможные ошибки — и нельзя показываться людям безбашенными детьми. Это время для полного веселья и непосредственности — но и для того, чтобы брать ответственность за себя, свои действия, личные вещи и последствия поступков. Время принятия того, что в скором времени может не стать людей, возраст которых уже преклонен и чье здоровье не будет вечным. И кого ты любишь. «Как же я от этого устала...» — Хэй Мигом подняв голову от неожиданного звука, Василиса увидела тихо идущего к ней парня. Того, с кем делила свою жизнь уже несколько лет бок о бок. Он повзрослел — стал выше, крепче. Почти черные волосы мягкими волнами струились по затылку. Заострились черты лица, которое украшала проступившая немного щетина. Его спортивное тело подчеркивал белый бадлон, а классические черные брюки и туфли с заостренными носками придавали ему деловой стиль, хоть сейчас иди выступай на пленарном заседании послов и министров. Не менялось одно — глаза. Льдисто-голубые с хитрой искоркой так и остались с ним с самого детства. — Как ты? — парень присел на угол ее стола и вцепился взглядом в Огневу, словно хотел считать ее эмоции и мимику. — Ничего. Разобрала 3 Клубка, в которых было 11 сложных точек, прикинула, как можно исправить без больших последствий. Создала карту вероятностей, сделала прогноз дальнейших и приоритетных действий. Также сделала задание от Зодчего Круга, помнишь, насчет… Она говорила на едином дыхании, что брови Фэша взлетели вверх от такого количества слов за 1 минуту. Пока она говорила без остановки, он слегка коснулся ее руки, медленно освобождая зажатую ладонь и свитера в ней, и крепко сжал в своей. Только сейчас Василиса остановилась говорить. Ее дыхание сбилось. Только она сама не поняла, от быстрой речи или от касания. Она до сих пор приятно вздрагивала, когда он касался ее. Большим пальцем он мягко гладит ее тыльную сторону ладони, будто успокаивая. — Ты молодец. Столько всего сделала, — невесело усмехнулся он. — Но я не об этом спросил. Ты сама как? Василиса не знала, что ответить. Не хотелось ни строить из себя вечно сильную девушку, но и жаловаться на усталость она тоже не желала. Поэтому, решила ответить нейтрально: — Мне стало бы лучше, если бы мы пошли вместе и провели остаток дня только вдвоем. Без этой макулатуры, — кивнула она в сторону своей сумки, бумага из которой буквально вываливалась на пол. Он прекрасно ее понял. Он знал ее, а она его. Ему не нужно было догадываться или говорить, что она устала. Он это видел. Под синими омутами, в которых он терял себя, залегли такого же цвета синяки. Лицо вместо мягкого фарфорового сияния стало отдавать нездоровой бледностью. Сколько раз он ругался на нее, что она забывала поесть, порой даже спать. Поэтому часто действовал сам — приносил еду, приходил к ней вечером, чтобы убрать из-под ее веснушчатого носа надоедливые тетради и чертежи. Но он не мог делать этого вечно. Частые отьезды Короля по работе на Эфлару тоже вносили свои коррективы. Да и что греха таить, уставал он не меньше неё. Взяв потертую винтажную кожаную сумку рыжеволосой с учебным бардаком в ней, Фэш слез со стола и, не расцепляя свою ладонь с ладонью Василисы, потянул за собой. «За что мне досталось такое сокровище?» — подумала про себя девушка. «Он тоже устал, но успевает и обо мне заботиться. Надо бы пересмотреть свой график работы…» Каждый со своими мыслями, они почти вышли из библиотеки, пока Драгоция вдруг не остановили. — Нужно выключить свет. Забыла. Теперь библиотеку освещали только редкие вспышки молнии за окном, в то время как в Главной башне пришедшие двое молодых людей в комнату одного из них мирно посапывали в крепких и теплых объятиях друг друга.