Не снимай гриллзы...

- Стоп! Снято! - голос режиссера в наушнике произнес заветные слова - Ребята, можете отдыхать. Первый изнурительный день подошел к концу. Отснятого материала, наверное, хватит на целый фильм, а никак не на трехминутный клип, мне так кажется. Откидываюсь на сидении и запрокидываю голову назад. Усталость охватывает мое тело, держа в напряжении каждую мышцу. Дышу глубоко и медленно. С гриллзами каждый выдох звучит иначе — звучно, томно, пикантно. Эти украшения на зубы не позволяли смыкать плотно губы, от чего весь съемочный день Хонджун не сводил с меня глаза. О, поверьте, я знаю, какие мысли посещали его голову, каждый раз, когда он задерживал взгляд на моих пересохших приоткрытых губах. - Хва...- теплая ладонь ложится мне на щеку, поглаживая ее большим пальцем. - Мы же не упустим этот шанс? Голос Хона звучит тихо, гипнотически, заставляя меня открыть глаза и посмотреть в его сторону. Мы оба прекрасно знаем о чем идет речь, это то на что мы подсели вдвоем со времен трейни, то что помогает отключиться от всего мира, создавая свой собственный, построенный на необъяснимой химии, запахах, звуках и ощущениях. Свободная рука Капитана уже расстегнула ширинку, освободив напряженную плоть. Кольцо из большого и указательного пальца придерживает ее под основание, чуть покачивая. - Ну, же... - Рука Хонджуна переместилась на мой затылок ненавязчиво, подталкивая вперед. Картина, представшая передо мной заставляет плотоядно облизнуться. Перевожу взгляд снизу вверх. Он улыбается, как ребенок, ожидающий подарок. Боги, как он мастерски сочетает в себе брутальность и поистине детскую непосредственность. Этот контраст всегда будет сводить меня с ума, всегда будет самым лучшим афродизиаком. Склоняюсь к нему ближе, пальцами касаясь украшения, чтобы снять его со своих зубов. - Не снимай гриллзы, - запрещает и скользит большим пальцем по губам, грубо раскрывая рот шире. - Высунь язык. Он снова поменялся, теперь он ведет, теперь я жду подарка. Того, что пульсирует в его пальцах. Покорно высовываю язык со скопившейся на нем слюной. Она соскальзывает и падает прямо на его джинсы, а я смотрю на него снизу вверх. Запах его разгоряченного съемками и возбуждением тела сводит с ума. Он напоминает мускатный орех. Хочется вдыхать его снова и снова, но это позже, сейчас у меня есть занятие поинтереснее. Я хочу его вкус: на губах, на подбородке, на языке и в глотке. Он нетерпеливо качает бедрами, а я перехватываю его член у основания и прижимаюсь щекой, словно кот, что просит ласки и внимание хозяина. Хонджун треплет меня по волосам в знак одобрения и внимательно следит за всеми моими действиями. Попеременно сжимаю пальцы на стволе, захватывая его в плен ладони. Чувствую, как под тонкой кожей пульсирует кровь, как вздуваются венки от моих прикосновений. Он становиться тверже, а головка, освобожденная от крайней плоти оголяется, тем самым открывая мне заветное место. Из уретры выступила небольшая прозрачная капля, поблескивая в тусклом освещении, что оставили после съемок. Широким движением языка, не торопясь, слизываю ее, едва задержавшись на ней кончиком. Обвожу головку по кругу, пока рука продолжает выдаивать его жадно и нетерпеливо. Хон кусает нижнюю губу и шипит, подаваясь бедрами навстречу. Пальцы сильнее сжимают мои пряди на затылке, растрепывая прическу, на которую нам обоим сейчас наплевать. И вот он час икс, шире открывю рот, вбирая его член в себя. Гриллзы едва задевают нежную кожу, но партнер зажимает рукой свой рот и закатывает глаза. То, что нужно! Сжимаю чуть-чуть сильнее и опускаюсь ниже и ниже. - Блять, Сонхва… Прекрати дразнить! - Рычит Хонджун и грубо вбивает свой член мне в глотку. Издаю гортанный звук, пока привыкаю к ощущениям и привкусу крови на языке, но Капитану не терпится. Он двигает моей головой, регулируя ритм, который я с удовольствием подхватываю, плотнее смыкая губы на его члене, принимая его в самое горло. Жадно насаживаюсь и собираю всю влагу языком, вслушиваясь в его сдержанные, но такие глубокие стоны и схожу с ума. Резко заставляет отстраниться. - Хочу окрасить тебя. Облизываюсь и улыбаюсь, открывая рот и высовываю язык. Несколько быстрых движений ладонью по его члену и изливается мне на лицо с громким выдохом. Покорно замираю, благоговейно любуясь им, пока он изгибается в оргазме. - Твой рот, Сонхва — это преддверие рая, - тихо смеется, беря мое лицо в руки и слизывает капли с щеки. - Поехали домой. Хочу проникнуть в рай полностью. С этими словами запечатлевает на моих испачканных губах жаркий поцелуй. Будет еще жарче!