Кто бы мог подумать

Васильев уже добрался до школы, оставляя пальто в раздевалке. Скрипящие, будто плачущие ступеньки, явно были тоже не рады сегодняшнему дню. Блондин направился в туалет. Подойдя к заляпанному зеркалу, он увидел ещё немного красные глаза и синяки под ними. *Жалкий.* — пронеслось в его голове, прежде чем он решил умыться. Хотелось немного развеяться и поднять себе настроение, поэтому он решил проверить, не пришла ли Соломина. Дойдя до кабинета, он заглянул в него. Девушка вновь стояла у дальнего подоконника, смотря вдаль. Андрей подешел к ней вставая рядом. — Привет. — почти шепотом начал диалог блондин. — Ага. — Что-то случилось? — Андрей переживал от холодного ответа. — Нам стоит прекратить общаться, хотя бы на время, иначе у меня будут проблемы. — протараторила она, даже не повернувшись в его сторону. Ком подступил к горлу, от чего слова выдавались с большим трудом. — Но почему? Я что-то не так сделал? Голос был жалким и тихим. — Ты здесь ни при чем, просто прими этот факт. Когда все более мене уляжется, я дам знать, а теперь тебе лучше уйти. Слезы снова начали скапливаться в уголке глаз, от дальнейшего позора, парень быстро убежал прочь, несясь обратно в туалет. Зайдя в одну из кабинок, он закрыл ее, скатившись по стене. Он больше не сдерживал слез. За последнее время, он слишком часто ревел, в его жизни все очень резко пошло подоткос. Вначале Марат, теперь Катя, а дальше что? Сейчас он остался один. Никто не придет и не успокоит его. Из-за сильного порока слез, с губ начали срывается громкие всхлипы, от чего пришлось больно, аж до небольшого синяка закусить руку. В таком состоянии он точно не заявиться учиться, поэтому встав на еле державшие ноги, Андрей пошел обратно в раздевалку. Сняв пальто с вешалки, он не надев его, вышел на улицу. Лёгкий морозец пробирался к коже сквозь одежду, от чего парень немного поморщился. Идти сейчас некуда, поэтому остаётся лишь бродит по пустым Казанским улицам. Марат в это время распивал чаи с мамой и Вовой. Хоть они не о чем не говорили, им было комфортно в компании друг друга. Без отца. Марат его ненавидел. Тот всегда ругал его и сравнивал с другими, даже с братом. «Вова во всем лучше тебя. Ну в кого ты такой никчёмный!» И так из раза в раз, из года в год. Ничего нового. Суворову очень хотелось набить ему морду, за все то, что он ему сделал. Он даже его детскую мечту поломал. Когда Марат хотел сестру, он сказал, что «О какой сестре может идти речь, если ты сам ведёшь себя как нюня?! Ты даже защитить ее не сможешь! А потом будем ее оплакивать, если не дай бог, что случится! Ни за что! Забудь о слове сестра навсегда и не действуй мне на нервы!». Встряхнув головой, отгоняя все плохие мысли, брюнет поблагодарил маму за завтрак и решил сходить прогуляться. Развеяться так сказать. На улице хорошо. Солнце красиво поднималось, распихивая облака. Затянувшись, Марат направился в правую сторону. В далике он услышал жалобный стон. Суворов решил пойти на его звук и узнать, что ж за бедолага там. Дойдя до места звука, он ужаснулся. На снегу лежал Андрей, весь в крови и очень громко плакал. Андрей продолжал спокойно идти, так же без пальто, но ветер решил усилить свой порыв, поэтому он решил все же одеть его обратно. Он уже не плакал, погода принесла за собой умиротворённости. Слезы превратились в кристаллики льда, скопившихся на щеках. Резко толчок в спину. Андрей неудачно упав разбил нос, от чего из него хлынуло не мало крови. — Слышь, фраер. — начал первый разворачивая Васильева к себе. — Чего один тут ходишь, еле ноги волочишь? — Деньги есть? Андрей отрицательно помотал головой. — Ну раз так, то пиняй на себя. Не малый кулок прилетел в глаз, оставляя за собой сильную боль. Дальше получился и второй незнакомец, пиная его в грудь, от чего дыхание в лёгкий сжалось, не давая пройти дальше. Парни били его куда только можно. В нос, в грудь, пинали ноги и руки, что те уже легонько треснули, будто сломались по полам. Пнув блондина ещё несколько раз, первый незнакомец сказал: — Теперь знай, что лучше носить с собой хотя бы мелочь. Похлопав парня по спине они удалились, громко гогочя. Андрей лежал в собственной крови, и задыхался от слез, и адской боли. — Боже! Андрюша, милый мой, что с тобой произошло?! — Марат кинулся к блондину, кладя его голову на свои колени. Он ужаснулся, увидев разукрашенного Андрей полностью. — Мой маленький, мой мальчик, прости меня, прости, я во всём виноват! Я настоящая тварь! Суворов аккуратно убирал засохшие от крови пряди волос, целуя лоб Васильева. После поцеловал кровавые щеки и нос. Андрей уже умирал от потока слез. — Солнышко моё, пожалуйста не плачь! Я спасу тебя, подожди, ты только подожди! Прошу Андрюша, не засыпай! Не оставляй меня одного! Пожалуйста! — Марат уже сам еле сдерживал слезы, ему были очень больно, не меньше Андрея. Андрей медленно сомкнул глаза, а дальше было все как в тумане. Перед его глазами, будто вся жизнь пронеслась. Солнышко. Это единственное слово, которое он помнил. Оно было такое нежное и ласковое, будто мама будя тебя маленького в садик, целовала в лобик говоря «С Добрый утром, солнышко.» Это сказал сам Марат, он, именно он назвал его солнышком. В своем сознании блондин улыбнулся. Какие-то смешанные, но чувства, у него к этому парню есть, но пока, он не сони не хочет их принять. Белый свет. «Неужели я умер?». Резко распахнув глаза он увидел обеспокоенную и всю на нервах маму. Та плакала, держа его за руку. Напротив нее сидел Марат, его руки были сложены в замок, а голова отпущена. — Марат! Маратик! Андрей проснулся! Суворов тутже поднял голову, смотря на Андрея, не веря своим глазам. Из них текли слёзы? Вот это очень удивило Васильева, как такой грубый парень, может плакать. Суворов мягко улыбнулся ему, немного трепя рукой волосы, а после выглянул в коридор. — Врача! Тут человек очнулся. — Мам, а сколько я спал? — устало спросил Васильев, глядя на мать. — Около пяти часов, сынок, если бы не Марат, я б не знаю, что бы могло с тобой произойти, женщина все ещё немного плакала. Марат вернулся обратно, сев на стул. — Андрей, ты так меня напугал. Голос брюнета был хриплым и тихим, но Андрей его услышал и совсем немного улыбнулся. В палату уже вошёл врач и начал проверять состояние пациента. — Ему нежен отдых, поэтому можете идти домой, можете завтра прийти и наведать его. Светлана Михайловна вышла из палаты, перед этим ещё много раз благодаря Суворова, за спасение сына. Пока врач ненадолго отлучился, Марат подешел к Андрею и наклонился к нему, шепчя на ухо. — Ночью жди меня, я обещаю, что приду солнышко. После чего мигом покинул палату, чуть не хлопнув дверью. К щекам прилил румянец от «Солнышко». От смущения блондин повернулся на другой бок, решив снова лечь спать. В это время Марат шел к своим друзьям, ведь сейчас он хотел найти тех людей, которые избили его возлюбленного. Они должны поплатиться. Сегодня все собирались в гараже, поэтому открыв тяжёлую железную дверь, брюнет прошел внутрь. — О, Маратик, здарова! — поприветствовал его Вахит, пожав руку, после чего это сделали все остальные. — Дело одно есть, — начал брюнет, окинув всех взглядом. — Валяй, чо там такое. — сказал Кашей. — Тут на районе братишку моего забили, чуть ли не до смерти, отомстить надо. — Ну брат, за тебя горой. — сказал Вова улыбнувшись ему. — Опа! Я в деле, давно кости хотел размять, да в качалку что-то забывал ходить. — говорил Кашей, хрустя костяшками рук. — Я тоже за, негоже братишек обижать. — поддержал Валера, викидывая бычок в мусорку. Все остальные также согласились помочь Марату, поэтому они выдвинулись на место избиения. — О! Смотрите что нашел! — сказал Кирилл протягивая Вове красную шапку «Спорт». — Ну такая на районе только у Кишки и Серого есть. — Совсем что-то берега в последнее время попутали. — сказал Ералаш ударив кулом в ладонь. — Ни чо, ща наведаемся к ним, смелость свою сразу в жопу засунуть. Кащей довольно улыбнулся и все компания направилась в сторону дома Серого и Кишки. Те сидели на лавочке у подъезда, щёлкая семечки. «Как бабки, бля ей богу.» Пронеслось в голове парней, глядя на них. — Ну здарова, шапку случайно не потерял?! Вова протянул Серому его шапку, после чего хорошенько ударил тому в нос. — Да бля, за что?! — вступился за друга Кишка, после чего так же получил в нос. — А будете знать, как наших трогать. — грубым голос сказал Турбо оставляя фонари под их глазами. Тем досталось не хуже Васильева, от чего парни лишь хмыкнули, говоря, что «Это вас ещё повезло.» Вернувшись в гараж они начали распивать пиво. Теперь они квиты, пусть те двоя только попробуют ещё раз братков их избить, будет ещё хуже. — Маратик, ты теперь давай, когда дружок твой поправиться, с нами его зови, познакомишь. Сказав это Кащей залпом выпил пиво. — Без проблем. Сколько там уже по времени? — Почти десять. — ответил брюнету Зима. — Ладно, пацаны, я погнал тогда. — Давай, бывай. — сказали пацаны хором, прощаясь с Маратом. Он в это время уже держал свой путь к больнице. Зайдя во внутрь, его встретила Наташа, невестка Вовы. — Привет, Наташ, извини, я немного приаозднился. — почесав затылок проговорил он. — Ничего страшного Марат, иди давай, только тихо. На носочках Суворов направился к палате Андрея, в ней он лежал один, что было очень даже хорошо. Тихонько закрыв дверь, Марат присел на край кровати. Андрей спал сладким сном. Во сне он немного причмокивал губами, чем очень умилял брюнета. Ну уставши перед таким, он чмокнул их, сразу же отстраняясь. Затем он и вовсе забрался на кровать и стал нависать над Андреем, опаляя его кожу теплым дыханием. От этого Васильев недовольно засопел, а его брови стали домиком. Вновь чмокнув Андрей в губы, он проснулся. Такой сонный, и не понимающий, что вообще происходит. — М...Марат? Что ты делаешь? — говорил он осипшим голосом. — Я же обещал прийти, я пришел. Те двое парней получили по заслугам, никто не посмеет больше обидеть тебя, я обещаю. — последние слова он говорил в самые губы, после чего накрыл их смяная в нежном поцелуе. Этой ночью явно стоит отдаться чувствам, отключая голову. Хотя, может потом об этом ты сильно пожалеешь, но это потом. Сейчас только ощущения, чувство и любовь.