Остаться

Формально эти двое, конечно, не вместе. Никто не назовёт их парой, никто не скажет, что они круто вместе смотрятся, что подходят друг другу. Так получилось, что приходится глупо прятаться и от других друг друга прятать. Делать вид, что не знакомы почти, что отношения между ними приятельские, что их связывают только разговоры без камер да пара проектных недель. Даша приезжает в полночь. К чёрту звонки и предупреждения, к чёрту смешные фразы и разрешения. Кристина точно знает, кто именно может прийти к ней в такое время. Открывает быстро, обнимает резко, на руки подхватывает легко, веса не замечая. Целует, к стене прижав, так, как только она умеет. Во всяком случае, Даше кажется, что так никто никогда её не целовал. Собравшись с мыслями и девушку наконец поставив на пол, Кристина спрашивает неловко: – Будешь чай? Даша бросает быстрое, но уверенное "потом" и Кристину целует уже сама. Мягче, нежнее, трепетно и неспешно, заставляя колотиться измученное неопределëнностью сердце. Поцелуева не боится казаться наглой, когда прижимает Захарову к стене, по-хозяйски стягивая всё, что мешает, кусая открытые участки кожи. Ей не хочется думать о том, как всё это Крис будет прятать. Может, и вовсе не будет – девушка смелая. Только смелость её куда-то исчезает, когда младшая целует ключицы, к груди медленно спускаясь. Кристине кажется, что от каждого прикосновения под бледной кожей плавится сильное тело. Ибо как иначе объяснить то, что через несколько минут становится сложно даже стоять? А потом они пьют чай на кухне, и Кристина аккуратно пододвигает к Даше тарелку с чем-нибудь вкусным. – Не ешь ничего, – ворчит мило, подливая кипятка в дымящуюся кружку с какими-то супергероями чёрт знает какой вселенной. А потом добавляет тише: – Ты ведь останешься, правда? Даша кивает, делая глоток. Она уедет ранним утром, не попрощавшись, но пока об этом Захарова не думает, глядя совершенно влюбленно и чувствуя себя самой-самой счастливой.