Одиннадцатый постулат

Лу моргнула раз-другой, пытаясь сбросить наваждение и развидеть знакомое лицо. Да, вместо инквизиторского костюма на нем были черные джинсы и толстовка, но ошибиться она не могла. Девушка эмоционально выругалась. — Ого, — сказал Дэвид. — П-погоди охрану, Дэв. Я его знаю. — Того мужика в черном худи? Ты уверена? — Ага, на все сто. Пьяная сонливость слетела с нее, как пыль с байка на полном ходу. Соскользнув со стула, Лу нетвердой походкой пошла к Жонсьеру. Она сейчас не очень хорошо отдавала себе отчет и анализировала действия, но понимала одно: нужно увести его отсюда. Быстро. — Матис! — перекрикивая клубную музыку, позвала девушка. — Сколько лет! Инквизитор сделал глоток из бокала. — Кажется, вы обознались, — буркнул он, даже не взглянув на нее. Лу грохнулась на соседний стул и прошипела: — Это вы обознались с местом попойки, месье. Какого черта вы здесь делаете? Жонсьер вгляделся в ее лицо и удивленно поднял брови: — Рид? — Она самая! Послушайте, вам нельзя здесь находиться, вставайте… Девушка оглянулась: Дэвид подозрительно косился в их сторону, но пока к ним вроде никто не направлялся. Она попыталась взять Жонсьера под руку, чтобы поднять со стула, но он стряхнул её: — Посвященная Рид, что вы себе позволяете? Как обычно, слишком много на себя берете? — в нетрезвом голосе прорезались стальные дознавательские нотки. — Вас совершенно не касается, где я нахожусь и что делаю. — Да мне даром не надо, — разозлилась Лу, — просто не хочу, чтобы вас грохнули здесь! Вряд ли месье Мартен обрадуется. Марк ответил что-то явно недовольное, но она не расслышала из-за музыки. Устав перекрикивать колонки, Лу раздраженно уставилась на инквизитора; он, прищурившись, смотрел в ответ. Что ж, упрямство было одной из немногих вещей, в которых они были схожи. И тут Марк отвел глаза. Лу секунду праздновала победу в гляделки, пока не заметила, что он смотрит куда-то ей за спину. — Кто тут у нас? Девушка резко обернулась. Крэ-эп… За ее спиной стояли Шкафы — охранники бара, получившие прозвище за габариты: два метра в высоту, почти метр в ширину. — Чем могу помочь, месье? — спросил Марк своим обычным презрительным тоном. — Умоляю, молчите! — одними губами произнесла Лу. — Ты помоги себе убраться, — прорычал правый Шкаф. — Я слышал, не устраивают санитарные условия? — Дидье, — обратилась девушка к левому Шкафу, которого знала, — все в порядке, мы как раз собирались уходить. — Лу? — Охранник разглядел в темном свете бара лицо знакомой. — Ручаюсь за него, он свой. Просто перебрал чуток, теперь вот идем домой. Жонсьер недоуменно покосился на девушку, но промолчал. — Кажется, я его где-то видел… — хрустнул пальцами Правый Шкаф. — Да и шибко пьяным он не выглядит. Девушка лихорадочно соображала. — В Ле Лож бывал? Наверное, оттуда знаешь? Впрочем… — Нет. Не бывал. И он мне не нравится. — Могу понять, — виновато кивнула Лу. — Но он правда безобидный малый. — Она изобразила самую милую улыбку, на которую была способна. — Честно, не хотели проблем. Мы оплатим счет и спокойно уйдем, ок? Правый с сомнением посмотрел на Дидье. Тот неуверенно кивнул: — Ок, Лу. Но смотри, скажи своему другу, чтобы больше не появлялся здесь. — Поняла. Шкафы, метнув в инквизитора еще несколько угрожающих взглядов, удалились. Жонсьер, слегка пошатнувшись, оперся на стойку. Принесенный чек заставил глаза округлиться: он что, выпил весь коньяк в этом чертовом баре? Тем не менее оставив щедрые чаевые, Лу повернулась к Марку. — Уходим. Тот задумчиво смотрел куда-то сквозь нее и никак не отреагировал. Класс. Видимо, алкоголь наконец дал ему в мозги. — Месье? Вы идете? — Хм. Лу пожала плечами и пошла прочь. Если упрямый индюк хочет остаться — пусть. Она свой долг выполнила, завтра прочитает о его смерти в газетах с чистой душой. Или нет. Жонсьер, к её удивлению, шел следом, пока она двигалась самым безлюдным путем на выход и пыталась вспомнить, где согрешила в этой жизни. Не дай Единый кто-то узнает его. Не дай Единый… Однажды в «Утоконосе» уже видели инквизитора. В следующий раз, когда того увидели снова, голова лежала в отдельном пакете. Оказавшись на свежем воздухе, Лу почувствовала невероятное облегчение. Останавливаться, впрочем, не спешила: нужно выйти туда, где в такое время еще можно поймать такси (напиваться она не на байке приехала). Марк поравнялся с ней. — Зачем вы увели меня оттуда, Рид? Выглядел он при этом так, будто она лишила его вечеринки мечты по случаю его же дня рождения. — Зачем вы приехали в Термитник? — передразнила она его недовольный голос, — в Центре не хватило шикарных ресторанов? — В Центре меня бы узнали. — О, а здесь вы прям слились с толпой! Что за черт с санитарными нормами? — Вы видели их стаканы? Лу, моргнула, не зная, что сказать, плакать или смеяться. — Офигеть, я-то думала, что вы умный! Если бы вас узнали в Центре, то стали бы сплетничать, если бы узнали здесь — то убили бы! Вы понимаете? Дознаватель сделал глубокий вдох, но промолчал. Они вышли на главную улицу Термитника, которая вела прямо в Центр. Мимо пронеслась характерная желтая машина, не обратив на поднятую руку Лу никакого внимания. — Пытаетесь поймать такси? — Как вы догадались? — съязвила девушка, ругнувшись в сторону уехавшего авто. — Не казенную же машину вызывать. Жонсьер молча понаблюдал за безуспешными попытками остановить хоть кого-то, а потом заметил: — Статистика показывает, что привлекательную девушку подберут в девяносто восьми процентах случаев. Исключения составляют те моменты, в которых девушка либо выглядит очень подозрительно, либо если она не одна, а с мужчиной. Лу удивленно повернулась к Марку. — И что вы предлагаете? Идти пешком до Центра, или куда вам там нужно? — Меня нет нужды сопровождать, мадемуазель, вы не в моей охране. Я думал, мы ищем машину для вас. Лу закатила глаза. — Я живу в двух кварталах отсюда, пешком дойду. А вы? — А я направлюсь к Центру и уже оттуда позвоню своему товарищу, он меня подвезет. — Это минут сорок идти, давайте я… — Не нужно. Вдвоем к нам будет больше вопросов. Лу хмуро кивнула, признавая его правоту. Да и не то чтобы ей хотелось задержаться с занудным инквизитором подольше, просто будет обидно, если после того, как она увела Жонсьера из бара, того прикончат где-то на улицах Термитника. Что ж, в любом случае, это его выбор. Она отвернулась. На востоке уже начало светлеть небо — вот тебе и отдохнула, крэп. Завтра будет как вяленая рыба. — Рид! — послышался голос Жонсьера. Ну что ему еще?.. — Идите осторожно. Псионичка замерла. Кажется, это был второй раз, когда он сказал ей что-то нормальное. Первый был в Лаграсе после пожара. Ах да, еще это: «привлекательную девушку подберут в девяносто восьми процентах случаев…» Лу тряхнула головой и быстро зашагала прочь. Жонсьер задумчиво смотрел ей вслед.