Повтор операции

Годжо не успел этого обдумать. Может, он умеет за доли секунды уничтожать толпу измененных людей избегая обычных гражданских, но этот удар оказался слишком быстрым даже для него. Однако его тело успело среагировать. Телепортация. Одна из форм техники «Синий», с некоторыми поправками. Он также создает негативное пространство, но применяет к нему несколько правил, как к территории. В общем это «не допускать ничего и никого кроме него». Среагировать тело успело и начало технику, но только закончить не хватило времени. Сатору ощутил невероятную боль, горящую под его талией, а после вытекающую из него горячую кровь. Он думал. И надеялся. На то, что Сукуна падет, на то, что его ребята выживут. Хотя, несмотря на желание долгой жизни для его учеников, он может сказать, что и здесь неплохо. Светленько. — Ооой, да ладно! Какого черта! Вот же отстой! — Сатору шлепается на скамейку рядом с другом. — Ну что за грубость, говорить такое при виде чьего-то лица. — ласково-упрекающе тянет Гето. — Когда ты умираешь, ты один. Разве не это я всегда говорил своим ученикам? Надеюсь это плод моего воображения. — А что? И так, и так нормально. — Да нет, не нормально. Да еще эта тема с отцом… Ладно, Секо об этом позаботится, я попросил. — Что ж, ты был против самого короля проклятий. Ну и как он тебе? Обсуждать бой сильнейших со смертельным исходом как фильм? Годжо вспоминает свою детскую беззаботность. — Он каааапец какой сильный. И это он еще не на полную выложился. Не знаю победил бы я даже не будь у него техники десяти теней Мегуми. — Просто не вериться, что слышу от тебя нечто подобное. — Да, и об этом… Мне даже немного жаль. — он слышит заинтересованное хмыканье своего друга и продолжает. — Изначально я думал, что смогу понять его одиночество… Одиночество того, кто находится на вершине. Я люблю всех вокруг меня. Я не был одинок. Но в какой-то момент была проведена черта между мной и другими людьми. Или же скорее, между нами, как живыми существами. Цветку, что ты посадил, можно дать раскрыться, любоваться им. Но ты никогда не попросишь у цветка понимания. Я использовал все, закаленное тренировками тело, приобретенные навыки и отточенные чувства. Я воплотил самые спонтанные идеи и показал свое быстрое мышление. Все. Я хотел передать это все Сукуне. И хотел чтобы это его достигло. Было весело. Сукуна не использовал всю свою силу. Из-за этого мне жаль. — Пытаешься заставить меня завидовать? Но если ты доволен, то и я рад. — посмеялся Гето. — Доволен? Возможно, будь ты тоже там чтобы хлопнуть меня по спине… Я был бы доволен. Гето опустил голову вниз, посмеиваясь, но сказать было нечего. — Однако я рад, что меня убило ни время, ни болезнь, а руки того, кто сильнее меня. — Хм? Ты о чем это? Именно искреннее удивление Гето заставило в Годжо поселиться сомнению. — О Сукуне, конечно. Ты чем вообще слушал? Напряженные гляделки между ними прервал тихий смех Гето. — Знаешь, ты теперь точно должен умереть от времени. Что? Он не смог этого спросить. Пожелания. Это он слышал. Пожелания долгой и хорошей жизни от Гето, Хайбары, Нанами и даже директора Яги. Что у него во рту? — Извращенка Карин. — Я не извращенка! — А что с лицом? — Мне тяжело, вообще-то! Сам бы попробовал держать эту груду чистейших мышц-кровавую тушку и не глаз-дать ему раздавить себя! — А на земле ему не полежать? — А ну захлопнулись быстро, придурки! — Годжо услышал змеиное шипение, шелест и похрустывание костей. — Суйгецу, принеси его вторую половину, да поскорее. — Что, опять?! Я же уже говорил, что у меня гораздо лучше получается разрубать тела! — Давай, Суйгецу, а то скоро нечего будет присоединять! — Не знал, что тебе нравятся парни вдвое ниже тебя! — Вот ты гадина! Фу! Ну и мерзость! — Ага, как ты. Ой… — послышался удар о землю. — Я же говорил. Было больно. Сатору чувствовал все свои ранения, точнее, как он понял, только верхней своей части, пока что, но не мог никак этого показать. Внезапно, что-то холодное и чистое полилось в его рот с бóльшим напором чем раньше. Проклятая техника? Слишком чистая. Что тогда? Исцеляющая энергия распространялась по телу и вскоре он почувствовал как она снова соединила его позвоночник. И то, что вокруг него. Фу, ну и гадость. Сначала Годжо подумал, что можно было бы запустить обратную проклятую технику, но стал. Хотя бы потому, что уровень его собственной проклятой энергии сейчас слишком низок. Исцеляющая энергия, чем бы она ни была, не только восстанавливала повреждения, но и тонизировала его мышцы, дарила клеткам нужные им вещества, ускоряя их выработку и восполняла сырье для них. — Что такое, Карин? — Он направляет мою чакру. Как круто! То есть, какая наглость! Какая наглость! — Зачем мы вообще его спасаем? — Как это зачем?! То есть, да, зачем? — Бееее. — послышалось влажное хлюпанье. Годжо смог открыть глаза, но ничего не видел. Его лицо было напротив женской груди, маленькой, конечно, но обзор перекрывала. — Мне кажется ему не нравится вид. Девушка, рыжая, которая держала его на своих коленях, взвизгнула, отшатнувшись так, что повисла почти параллельно земле. Надо отдать должное, положение Сатору не поменялось. В его рту ее рука? После девушка резко выпрямилась и крученым ударом свободной руки повалила парня с огромным мечом. Сатору она все еще не пошевелила. Вау. Он похлопал бы, если бы мог двинуться. В его поле зрения оказался… Оказалась… Кто-то. Длинные черные волосы, бледная кожа, змеиные глаза со странными стрелками. — Добро пожаловать в мир живых. Меня зовут Орочимару. — Сейчас начнется профессиональная помпезная речь? Прикольное имечко, кстати. — девушка убрала свою руку, на которой Годжо заметил множество перекрывающих друг друга шрамов от укусов. Его зубы тоже остались следом, хотя он был уверен, что не повреждал кожу. Чакра, да? Ее исцеляющий поток прекратился, но Сатору еще не до конца восстановился. Девушка положила его на землю не найдя на что опереть и сделала шаг назад. Ему не нравилось, что этот Орочимару и двое неизвестных возвышаются над ним смотря сверху вниз, пока он не мог растрясти поток проклятой энергии, которая несколько рассеялась во время клинической смерти. — Кто ты такой? — Хм? Как ты можешь не знать об Орочимару? — беловолосый парень с огромным мечом выглядел действительно удивленным. Настолько, что Годжо даже задумался не слышал ли он о змееподобных шаманах. — Суйгецу. Помолчи немного и используй свое время, чтобы немного осмотреться. — парень начал оглядываться удивленно охая. — Ого! Карин, глянь на тот дом! Там же этажей двадцать, наверное! — Заткнись, ты выставляешь нас тупицами! — они начали бить друг друга, но это было похоже на перепалку Мегуми и Нобары, хоть и чуть более жесткую. Вроде бы мужик продолжил с опасным интересом оглядывая его. У Сатору было почти достаточно энергии просто для активации бесконечности. Почему-то казалось, что Орочимару знал, что что-то произойдет, наблюдал и ждал этого. — Для начала было бы вежливее представиться. На фоне того, что Сатору лежит неподвижный, недолеченный, только-только после смерти, да еще и пока без доступа к проклятой энергии, он опасался того, как ярче стали змеиные глаза. Его собственные сейчас находятся в неактивном состоянии, чего никогда не бывало за всю его жизнь. Ощущается неправильно. Он с самого рождения обрабатывал массу информации, поступающей в его мозг регулярно, но именно сейчас в его голове самая настоящая пустота. Смерть — дерьмо высшей пробы. — Сатору Годжо. Каковы ваши намерения? Ни за что не поверю, что такой как ты решил помочь из доброты душевной. — Я бы тебе помогла. — нежно проговорила девушка, но быстро начала отнекиваться после невпечатленного взгляда Суйгецу. Орочимару вздохнул и еще раз окинул его взглядом, что задержался на его глазах. Годжо чувствовал начало работы Шести глаз, так что, наверное, это проявлялось физически. — Видишь ли, я ученый. И моя работа пока не окончена, но что-то решило вытрясти меня и, по какой-то причине, моих учеников из моего мира. Так уж получилось, — с натянутой улыбкой развел он руками. — Что Сатору Годжо оказался рядом. Мне не хочется прерывать свои исследования только потому что не воскресил его. — Жуть, а не мир. Тут вообще нет чакры. — бормотала себе под нос девушка, пытаясь распутать после драки волосы. В этот момент Сатору почувствовал подходящий уровень своей проклятой энергии. Он запустил бесконечность, благодаря которой потребляемая для техник энергия бесконечно стремилась к нулю, а после активировал обратную технику. Если для Карин и Суйгецу то, что он встал было неожиданностью, то Орочимару смотрел с возросшим интересом. У Секо иногда был похожий взгляд, но он никогда не был таким интенсивным. Возраст или недавно сросшийся позвоночник, но спина у него хрустнула пару раз во время подтягиваний. Сатору почувствовал Сукуну рядом, как и своих учеников около него. Нужно было спешить. — Слушай, Орочимару, ты боевая единица? Может, подсобишь? — Годжо мог привлечь к битве кого угодно, но только лишь бы его ученики остались в живых. Хотя бы те, кто еще не умер. — У нас тут есть один сильный мужик, занявший тело моего ученика. Одолеть его не помешало бы и я никак не могу отказаться от помощи. — Годжо ярко улыбнулся, но улыбка стала довольно натянутой после ответа. — Не хочешь убивать своего ученика, чтобы победить? Может, ты поэтому и проиграл? Ладно, что ж, я кое что понимаю в переселении между телами. Но сначала проведи нам короткий экспресс-курс по способностям этого… Сильного мужика. — Стоп, мы тоже будем драться? Вот отстой. Хотя… — Суйгецу, на мгновение поникший воспрял духом и выхватил из ножен свой огромный меч. — Помахаться было бы интересно там, где ни у кого нет чакры. У этого парня много острых зубов.

***

Норитоши Камо. Или Кэндзяку. Имея возможность отслеживать запасы проклятой энергии внутри территорий он почувствовал возвращение энергии Годжо Сатору почти через пятнадцать минут после того как с помощью своих проклятий увидел его ополовиненым. — Ты был очень смешным. — улыбнулся Кэндзяку и наблюдая как Такаба отходит в мир иной. Он уже хотел достать смартфон, чтобы перепроверить камеры на проклятиях, но в следующий момент он видел занятое им тело без головы и кружащуюся цепь грязно-золотого цвета. — Ого! Это было быстро! — Окоццу Юта? Как он его не почувствовал? Такаба! Он не хотел, чтобы момент его смерти прервали и не позволил, чтобы Кэндзяку что-то отвлекло! А это кто? — Ничего, что ты мне это показываешь? Рядом с магом стояла рыжая девушка в очках. Из ее спины выходило четыре шипастых цепи, одна из которых сейчас втягивалась и зависла рядом с головой. — Это кеккей генкай, однако если ты это скопируешь я тебя даже больше не встречу. Но почему меня послали с тобой, я хотела смотреть на совершенство, а не на тебя! И уж точно не на это! — завопила девушка указывая на его голову валяющуюся на земле. — Как грубо. — у девчонки совсем нет проклятой энергии. Откуда же цепи? — Эх… А я ведь был на пол пути к… — взгляд наткнулся на Юту и лицо Кэндзяку исказилось. — Кое-кто может унаследовать мою волю.

***

Ураумэ увидел как шаман Кинджи Хикари оторвал руку, застывшую в глыбе льда и отрастил ее заново. Такой уровень владения проклятой обратной техникой действительно очень впечатлял. — Так, может продолжим. — шаман высокомерно смотрел на него сверху вниз, поправляя свою оборванную форму. Его напарник, кажется, Кашимо, выбрался из-под обломков льда, оставшихся после атак Сукуны-самы. — Не говори так будто меня здесь нет! — сразу после своей реплики шаман закашлялся кровью. Жалкое зрелище, он явно переборщил со своей техникой. Но зрению что-то мешало. Туман? Откуда?.. Пригнувшись на чистых инстинктах, Ураумэ отскочил от места столкновения с неизвестным. Он еле-еле избежал непрактично огромного меча с отверстием на конце и полукруглой выемкой у основания. — Ого. Мне казалось, что ты не мог почувствовать моего приближения. Что меня выдало? — искренне поинтересовался беловолосый парень с очень острыми зубами. Ураумэ и правда его не чувствовал, ни капли какой-либо проклятой энергии, но туман уже рассеялся будто по приказу. Глубокий вдох. — Морозный штиль. — выпуская морозный туман в сторону нового противника он создает большие столбы льда стремительно сковывающие ноги, корпус и руки парня, что в последний момент поднял меч в воздух. Но и его он вскоре уронил. Тело неизвестного расплылось и водой собралось на земле уже после этого принимая вид первоначального тела. — Так что меня выдало? Кстати, мне сказали, что тут шаман с белой башкой и красным пятном на ней, но я понятия не имею какого ты пола. Может поделишься? — Кто ты такой? — спросил Ураумэ сдерживаясь, чтобы не сорваться от такой бестактности. — Суйгецу! Мы тут типа подмога, так что лучше тебе понервничать! — Создание льда! — он вырастил множество кристаллов льда, запуская их в противника на огромной скорости. Тот, играясь, увернулся от части, но некоторые должны были попасть в тело. Несмотря на это, плоть в этих местах стала жиже и пропустила сквозь себя снаряды. Еще несколько оцарапали огромный меч Суйгецу и тот стремительно атаковал. Ураумэ несколько повезло со своим почему-то пробудившимся чувством опасности, так как осталась лишь царапина вместо обрубка его туловища. — Эээх, а мне хотелось повторить тот чистый срез. Половинкой ты был бы лучше. — Суйгецу пиищурил один глаз лезвием отмеряя половину Ураумэ, царапанный меч впитал в себя оставшуюся кровь и поверхность снова стала гладкой и будто отполированной. Видимо, Ураумэ придется стараться больше.

***

— Призыв: Рашомон! — Орочимару выставил перед собой руки и откуда-то выпали массивные демонические врата, перекрывшие атаку «Разрубание». Ремен Сукуна, провозглашенный Королем Проклятий. Орочимару был несколько разочарован, что по сравнению с владеющими чакрой, шаман одного клана не сможет воспользоваться техникой другого. Исключениями являются разве что Сатору или подобный ему Юта. Какая жалость. Радует, что чакра в этом плане более пластична в использовании. И эти условия техник. Нет, это хорошо когда у всего есть какие-то правила, но в техниках, как и в печатях, Орочимару считал, что простота это красиво. Сукуна же? Невероятно туп. «Разрубание» для органики и «Рассечение» для неорганики. Тратить энергию и время на то, чтобы запустить две техники одновременно, придумать способ настолько быстрого применения с бóльшей тратой своего проклятия и все это вместо создания отдельной третьей техники, которая бы кромсала все подряд? Орочимару может признать, что это достаточно мощно, чтобы призвать Рашомон, но способ применения грязный и некрасивый. Чувствуя себя несколько мелочным и может быть заинтересованным в реакции саннин решил применить технику ветра. Она низкого ранга, но в умелых руках все равно сильна. Еще не успели врата исчезнуть, как Орочимару складывает печати. — Фуутон: техника Великой Серповидной Ласки. — само дзюцу требовало веера или просто поверхности которым надо зачерпнуть некоторое количество воздуха, но у него достаточно контроля, чтобы создать чакрой плотную мембрану между пальцами. Создаются пересекающиеся потоки ветра, вакуумные карманы перерубают сначала земную поверхность, а после и сосуд короля Проклятий. Орочимару думал, что хорошо того разозлил, но король только стоял глядя с интересом. Интересно, а как работает обратная проклятая техника. Она «заживляет» или «обращает»? Может первое, если название дано благодаря изменению циркуляции потока энергии, но, возможно же, что у названия две причины? — Ну и к чему была эта техника? — Хм? — сыграл непонимание саннин. — Ты о чем это? — Хватит придуриваться, чертова змея. — да уж, сказано с силой. — Я применил «Разрубание», а ты взял и после применил похожую технику. — О, так для тебя они похожи? Как жаль. — с сожалением вздохнул шиноби. — Как только я узнал, что возраст у тебя свыше тысячи лет, то несколько проникся, думал, что мы, возможно, похожи. Однако нет, тут я ошибся. Ты мудр, но как в философии. Познания есть в определенных сферах, но… — покачав слегка кистью руки, Орочимару разочарованно бросил. — На практике нуль. Например, твое «Разрубание». Контроль хорош настолько, что ты можешь применить одновременно с «Рассечением», но это все еще не отдельная техника. Ты знаешь как работают техники, догадываешься о существовании возможных их ответвлений, но совершенно не понимаешь их правил. Да тут, как я понял, вообще никто не понимает, раз у вас нет какого-либо развития в сфере создания техник. Но! Твой противник, Сатору Годжо, напротив, пусть и неглубоко, но разбирается в этом вопросе. Это же так легко! Есть красный и синий — получаешь фиолетовый! Почему же до тебя свыше тысячи лет не дошло такой простой истины? — в этом плане Годжо Сатору понравился ниндзя намного больше. Та самая простейшая концепция с которой он все начал в этом мире сработала как одна из самых могущественных техник. Вот теперь Сукуну он разозлил. Орочимару почувствовал быстрый срез поперек своего тела. После мысли о том, что такое определенно понравилось бы Суйгецу, он применил личную технику подмены тела. Шиноби почувствовал свое новое тело и вылез из старого через ротовую полость. Наблюдавший до этого момента Годжо, согласившийся дать немного времени на пробный бой, решил, что все трое ребят, попавших сюда были интересными.