На пути к возвращению домой

На кровати лежала женщина. Она была молода, но в волосах её местами терялась проседь. Она тяжело дышала, было слышно, как тяжело даётся ей новый вздох. Рядом с кроватью метались две чёрные тени. И рычали друг на друга. －Где хозяин, когда он так нужен, － скулила одна из них. － Этот хозяин давно позабыл про жену, вряд ли сейчас он явится, － прошипело второе существо. С кровати послышался тихий скулёж. Женщина уже не могла выдерживать боль. Её словно резали на части, живот разрывало изнутри, сил кричать уже не было. Тени остановились. －Мы сейчас ничем ей не поможем, она должна справиться сама, － спокойно произнесла чёрная тень. Вторая же всё ещё пребывала в панике: － Она почти ушла в тот мир снова, она может не пережить и никогда больше не выйдет,－ тень сорвалась на крик. － Она его уже любит, так как он часть хозяина, так что выживет,－ первая тень не собиралась продолжать разговор и развернулась к двери. Вторая же осталась стоять подле кровати. Она не пыталась поддержать хозяйку, нет, она просто стояла и наблюдала. Это была уже не паника, это была попытка выполнить своё предназначение: во время кончины хозяйки не оставлять её одну. Маленькая черноволосая женщина сидела перед мольбертом и игриво кусала кисть. Возраст ничуть её не испортил её красоту, наоборот лишь приукрасил. Вечно опущенные уголки глаз, теперь покрылись едва заметными морщинами, на губах играет ниспадающая улыбка, а движения её были также грациозны, как и двадцать лет назад. Перед ней сидел прекрасный молодой человек, судя по искоркам в его глазах, было видно, что ему нравится видеть маму за её любимым делом. Он так засмотрелся, что чуть не свалился со стула. － Дорогой, аккуратнее, так можно и сквозь землю провалиться,－ её бархатный голос заставил юношу рассмеяться. － Мама, если бы каждый раз я проваливался под землю, как только начинал падать,то мы бы давно у оказались у самого её ядра, － молодой человек не смог стереть усмешку и пригладил свои рыжие волосы, так как они немного растрепались от его недопадения. － Мам, я там хорошо получаюсь? Я же не зря тут уже третий час сижу? － в его голосе не читалось нетерпение, на самом деле он бы просидел тут до самого вечера, только бы женщина была счастлива. － Не волнуйся, уродца я бы не породила, － тихо захихикала женщина, словно бы не замечая, как с той стороны раздалось недовольное сопение. － Это она о картине или в целом сказала? － пробормотал он себе под нос. На улице тихонько колыхались листья на деревьях, сегодня был отличный солнечный день, впрочем, как и всегда. Молодого человека поначалу волновал этот вопрос, когда он был совсем маленьким, он прочитал книгу о студёной зиме и огромных ледниках на Севере, но почему-то у них всегда было лето. Странно также было, что некоторые предметы всегда возвращались на место каждым утром. К примеру однажды он разбил резную вазу в прихожей и сильно расстроился, что это может огорчить маму, поэтому закопал её осколки на заднем дворе. На следующий день она вновь целая стояла на том же месте. Много ещё странностей было, но лишь однажды задав вопрос об этом, он увидел, что мама нервно дёрнулась и попыталась перевести тему, поэтому с тех пор, он старался не обращать внимание на всё это и целиком посвятил себя матери. Юноша много читал. Больше всего ему нравились романы о рыцарях. Сейчас он с ностальгией вспоминает, как они с мамой по вечерам собирались у камина и обсуждали очередной роман. Сейчас женщина переживала тот период вдохновения, когда картины быстротечно выходили из-под её пера. В это время она засиживалась в мастерской до самой ночи, поэтому парню часто приходилось относить её в постель. Иногда ему составляли компанию Берт и Черныш, но это тоже было очень редко, так как Берт обычно не любил показываться на свет божий, а Черныш сказал, что обязан защищать территорию и обычно был в патруле. Казалось бы, какая угроза может их настичь. Мама всегда говорила, что их крепость настолько защищена, что сюда не то что войти, отсюда выбраться почти невозможно. Юноша никогда об этом и не задумывался. Ему было хорошо в этом уголке рая,так это место называла его мама. － Дорогой, ты снова ушёл в себя, － мягкий голос отвлёк его от мыслей. － Прости, что－то мысли набежали, － он увидел, как женщина немного приподняла уголки губ. － Надо же и тебя они иногда посещают, － её звонкий смех заполнил мастерскую, － А я то думала, почему это самый активный человек в этом доме, притих. Ничего, мне это на руку, тебя так рисовать легче, － улыбка не сходила с её губ, а в глазах мелькнули озорные огоньки, － Думай почаще. Парень просто закатил глаза, но остался позировать. － Я тут подумал...－ женщина лукаво приподняла бровь, － Ну мам, － иногда она становилась невыносимой в своих шутках, － Мы могли бы немного прерваться и прогуляться по саду. Я недавно прочёл одну книгу и мы могли бы её обсудить. － Что за она? － спросила женщина, но от портрета так и не оторвалась. － Вот пойдём и узнаешь,－ она кинула пристальный взгляд на картину, потом на сына, потом снова на картину, и глубоко вздохнула. － Экая месть, весь в мать, － хоть она и насупилась, но глаза её выдавали, она была большой охотницей до историй, особенно, если их рассказывал ей её сын. Всё же из него был великолепный рассказчик, ведь даже если он прочитал какую-либо повесть, то всегда старался её додумать, осмыслить, так что упустить такой шанс она не хотела. Она всегда знала, что Натаниэль именно её сын, и ничей больше. Он был так похож на неё, и его таланты к искусству было явно из её родословной, так что он стал её маленьким кусочком рая в этом поместье. Хоть при нём она и называла так только это место, но Натаниэлю знать не обязательно, что раем здесь был только он. Даже эти Кот и Собака не мешали ей им наслаждаться, хоть их дружбу она в тайне не одобряла, а тем более привязанность сына к этим животным. Поначалу она пыталась его оградить от их пагубного влияния, но, когда Натаниэль дал им «имена», то решила попросту не вмешиваться. Юноша вёл мать под руку, легонько помогая ей переступать высокие бордюры на мощёной дороге. Он пытался в красках рассказать ей прочитанную историю, изредка останавливаясь, чтобы перевести дыхание или покритиковать главного героя. － Я не понимаю жестокости к его подданным, она не могла появиться из ниоткуда, почему авторы не могут придумать нормальное объяснение... － парень размахивал руками, якобы выражая недовольство. － Дорогой, раз ты недавно начал думать, － женщина лукаво бросила взгляд на очередное закатывание глаз, － почему бы тебе не написать свою повесть, своих героев... － она не успела закончить, как юноша с жаром заявил: － Вот и напишу, подожди несколько дней, тогда и узнаем, могу ли я быть мастаком слова,－ парень аж нахохлился от вдохновения, а вместе с его рыжими волосами он так напоминал матери молодого петушка, что она не сдержала тихого смешка. Правда он утонул в раздавшемся шуме из дома. Юноша и женщина резко обернулись. Из поместья послышался грохот, земля под их ногами начала дрожать, словно кто-то пытался стряхнуть их с неё. Натаниэль поднял на руки мать и побежал, что было силы подальше от поместья. Мама в его руках дрожала, парень не медлил ни минуты, ещё мгновение － и он должен был оказаться у ворот, но землю снова тряхнуло и он чуть было не упал, как около его ног оказались Черныш и Берт, они поддержали его и не дали рухнуть на землю. － Что здесь происходит? Берт резко взглянул на него. － Кто-то прошёл через Ключника и пытается вломиться в поместье. －Ключника? － Натаниэль никогда о нём раньше не слышал, но что-то знакомое вертелось на языке. Женщина на его руках вздрогнула, она знала, знала, что когда-нибудь это случиться, но не ожидала, что так скоро. Юноша собрался, подхватил мать покрепче и что было силы понёсся к воротам, но что-то его оттолкнуло и он вновь оказался в пяти шагах от них, он пробовал снова и снова, но ничего не выходило. Нежная рука коснулась его щеки. － Дорогой, это неверный путь, － мама смотрела на него с нескрываемой болью, она махнула рукой в сторону их дома: － Нам нужно туда. Натаниэль ошалело на неё посмотрел. Здание дребезжало и покачивалось, заставляя сомневаться в рациональности этого решения. Мама уверенно на него посмотрела и он решился. Бежал он очень быстро, его друзья меньшие еле за ним поспевали. Как только они оказались в поместье, женщина тоненьким пальчиком начала показывать дорогу. В каждую секунду, казалось, что крыша над ними обвалится, поэтому Натаниэль пытался побольше нависнуть над матерью, чтобы в случае обвала, он прикрыл её спиной от обломков. Дорога всё не заканчивалась. Перед глазами показались двери подвала. Когда Натаниэль был маленьким, да и впрочем до этого возраста, мама никогда не позволяла ему туда входить. Он был весьма послушным ребёнком, поэтому никогда не перечил, незачем было. Вокруг столько всего интересного, так что обычный подвал не вызывал в нём любопытство. Сейчас же чёрные двери вызывали тревогу. Он чувствовал, что что-то идёт не так. За спиной послышался взрыв и начали раздаваться тяжёлые шаги. Недолго думая, юноша с ноги вышиб эту деревянную преграду и не медля ни секунды сбежал по лестнице вниз. Позади себя он услышал, как его верные друзья начали бойню с незваным гостем. Вокруг было темно. Мама спрыгнула с его рук, хлопнула в ладоши － и комната озарилась светом. Натаниэль был поражён: на полу были начерчены пиктограммы, на низких деревянных столах покоились книги и черепа с зажжёнными глазами, именно они и освещали комнату. Парень был в ужасе, как такое могло оказаться в их доме? Почему мама знала обо всём, но никогда не рассказывала? Он конечно замечал странности в их доме, но упорно не обращал на них внимания. Столько вопросов роилось в его голове, но он не задал ни одного, так как его взгляд наткнулся на маму, которая стояла около картины, что стояла поодаль. Юноша решил подойти поближе и узнал на ней их поместье. － Мама, － промолвил он. Её плечи дрожали, она плакала и смотрела на него своими грустными глазами. Нет. Нет. Нет. Он столько раз пытался избавить эти чудные глаза от этого взгляда, у него почти получилось. Почему же она так смотрит? Шальная мысль пришла в его голову, и он тут же её отбросил. － Мама, ты сказала, что мы можем выбраться, но здесь нет выхода, － он пытался не плакать, но губы предательски дрожали. － Картина － это выход, － прошелестела она. Звуки сверху затихли, так же, как и его сердце. Почему она говорит это так печально? Мы вместе выйдем отсюда и... И будем снова гулять, и будем рассказывать друг другу о прочитанных книгах. Правда же? － Они затихли, － Натаниэль уже почти плакал, он не хотел осознавать, что сейчас происходит: － Пошли, － он взял мать за руку и потянул к картине, но она не двинулась с места, － пошли, я умоляю тебя, － он бережно пытался подтолкнуть её, но она словно приросла к полу, － Мама, я прошу, － его голос был хриплым, комок в горле не давал нормально говорить. Она всё ещё смотрела на него этими глазами, словно у неё отбирали частичку сердца. На лестнице сверкнула чья-то тень － и нежные руки, что раньше гладили его по голове и нежно укачивали по ночам, когда он боялся темноты, толкнули его в бездну картины. Последнее, что он услышал было: － Малыш, я люблю тебя. Крик застыл в его горле, он плакал, метался из стороны в сторону. Но никак не мог дотянуться до неё. В хижине царила разруха. Все вещи были разбросаны, а на стенах были видны следы от проклятий. Старец в необычной для этих мест мантии чинно расхаживал перед домом. В его руках была непонятная палка, и он ей старательно размахивал, периодически что-то бормоча себе под нос. После послышался радостный вопль, и он,выставив палку перед собой, вошёл в дом. Перед ним предстала весьма интересная картина: рыжий малыш, отроду пару недель, лежал, укрывшись змеёй, словно одеялом. － Не удивительно для его потомка, － с отвращением пробрюзжал старец. Змея резко открыла глаза, но дедушка был не дурак и обездвижил её, как только нашёл,－ Я искал здесь только тебя,－ он посмотрел на Нагайну сквозь очки－половинки,－ но нашёл что-то куда более интересное. Старец, нехорошо сверкнув глазами, взял ребёнка на руки. － Здравствуй, Гарри Поттер.