Яблоня

      Люциэль лежал под широкой яблоней, на которой уже последние, за этот сезон, плоды стали дозревать. В руках Люц держал яблоко упавшее на него внезапно, отчего тот буркнул нецензурное слово, и думал съесть его или нет, ведь с одной стороны он был жутко голоден, а с другой, он не мог насладится нектаром яблока пока его не помоет. Поэтому встав уже с насиженного места, он прошел в дом, где на кухне уже что-то готовил Дио. По запаху Люциеэль предположил, что это было рагу. На нем было забавный розовый фартучек, что так странно выглядел на его массивной фигуре, а его волосы были затянуты в пучок.       Люциеэль не стал отвлекать своего соседа по жилью и прошел к бочке с водой, обмывая там упавшее яблоко. Запах вкусной еды вызвал во рту Люция слюнки, и, к великому сожалению, урчание в животе. Только он повернулся, как врезался в грудь, подошедшего к нему сзади Дио.       — И куда это ты собрался? Ужин почти готов, а по звукам которые я только что услышал, ты, видимо, очень голоден, — на лице Дио сверкала наивная улыбка, та, что так сияла на его лице когда тот был намного моложе, а точнее когда был подростком, и не таким массивным, а щупленьким и тоненьким отчего Люциэль боялся что он сломается.       — Я не голоден, — кинул Люциэль и попытался обойти его, но рука возлюбленного схватила его, ведя за стол, — Ты меня плохо услышал? Или мне тебя проучить? Ты ведь знаешь что я мастер в пытках.       — Лет 10 ты бы меня этим напугал, но не сейчас. Я тебя слишком хорошо знаю. Так что не капризничай и поешь, — Дио аккуратно усадил Люциэля на стул и отошёл на кухню. Эльф от понимания что ему не отвертеться, положил голову на стол, раскидывая свои длинные смоляные волосы по нему. Под столом он начал грызть вымытое яблоко, тихонько причитая:       — И зачем я его вообще с собой взял? Ах, да точно он ведь правнук моего злейшего врага, чтоб его. Слишком наглым стал, много я ему с рук спускал, а не наказывал, как это делал с другими. Нет, захотел оставить возле себя, и теперь вот жалею.       -Ты забыл добавить, что оставил меня подле себя, потому что ты во мне рассмотрел огромный потенциал, который не заметили родители, — услышал Люциэль голос своего человека, вместе со стуком тарелки об деревянную поверхность, — Да и вообще ты сам чуть не убил моих родителей, когда узнал что они со мной делали.       — Да как они вообще смеют относится к тебе так, как… — Люциэль вовремя прикусил язык, лишний раз не желая ворошить старые раны.       — Как к тебе когда-то? Ну, они у меня очень странные были, старший сын считали успешным, а младшего… Ты и сам знаешь. Но я уже давно с ними не живу, так что не надо о них думать, да и вообще поешь, а то как я погляжу, одним яблоком ты не насытишься — Дио за подбородок приподнял голову эльфа, убирая все его волосы, забирая остатки яблока и пододвигая тарелку, — если не поешь боюсь я приму меры и покормлю тебя.       — Ложечку мы уже проходили и ты видел, что с ней потом было — Люциэль откинулся на стуле. Краем глаза он замечает как губы его человека растянулись в хитрой улыбке. Это напрягло эльфа, но он сделал вид что ничего не видел.       — Я не только могу ложечку использовать, а ещё и язык и рот. Знаешь как птицы кормят своих птенчиков? — Дио подвигал бровями, явно имея под этим вопросом пошлым подтекст.       — Фу, как ты можешь такую пошлость говорить. Где тот тихий мальчик, что боялся мне и слово сказать.       — Вырос. Всё же дети рано или поздно выростают и меняются, дорогой мой. И давай ешь уже. Я ведь вижу как ты жадно смотришь на еду. Ах, да, точно, я великий Люциэль, гроза мира, тот кто наводил страх и ужас на всех людей, был заперт в зеркале и освобожден каким то мальчишкой, не буду есть только потому что уверен в том что могу спокойно прожить без еды, ведь бессмертен, но при этом жутко голодаю и желаю его утолить, но гордость не дает и желание быть неуязвимым. Все правильно я про тебя сказал? Ах, еще забыл упомянуть ту часть где ты влюбился в этого мальчишку, научил его своему искусству, а после лег под не..... — Люциэль заткнул Дио куском хлеба, прожигая того своими фиолетовыми глазами. Кончики его длинных ушей были красными, а сам он выглядел так, будто его только что отымели.       — А вот тут мог бы и промолчать. Да и вообще это вышло случайно. И если бы ты тогда не пострадал я бы вряд ли вообще показала тебе свои чувства — Люциэль отошёл от Дио, отвернувшись, и прикрыл глаза ладонью, большим и указательным пальцами протирая их, — Да и вообще я стар для такого.       — Но при этом, почти каждую ночь, просишь еще и еще, когда я натыкаюсь на ту самую точку, — проговорил Дио, жуя хлеб, что недавно в него так нагло засунули, — И раз ты настолько стар, почему не откажешься от захвата мира.       — Ты и так знаешь это. Быть единственным эльфом не так уж и прикольно. А это можно совершать в любом возрасте.       — Я знаю. Ну, а теперь все-таки сядь поешь, иначе ты уже знаешь что будет. Ну, или ты просто упадешь в обморок в какой-либо ответственный момент.       Неохотно, но Люциэль все-таки снова сел за стол, глазами намекая, чтобы Дио вышел. Тот буркнул что то из разряда «мы уже столько времени вместе а ты все еще стесняешься при мне есть», а после вышел, оставляя Люциэль наедине.       Закончив с едой, эльф отнес тарелку на кухню, которая была пуста. Забеспокоившись куда мог деться Дио, Люциэль вышел на улицу и заметил его одиноко стоящим возле яблони. Облегченно вздохнув, Люциэль подошёл к своему человеку и со спины обнял. Как бы он не скрывался за маской холода и ненависти, но ласку дарить умел. Дио почувствовав руки на своем животе, сразу смекнул кто это и мягко освободившись повернулся к Люциэлю, нежно поглаживая его плечо.       — Помнишь наш первый поцелуй? Он тоже прошел под яблоней, и наша первая ночь тоже кстати. — Дио протянул руку и сорвал яблоко, надкусывая.       — Не ешь его оно же грязное — Проговорил Люциэль куда то в грудь Дио, — а так конечно помню.       Дио на его нежны голос улыбнулся, приподнял его лицо и поцеловал, явно смакуя его губы. Люциэль не сопротивлялся, да и как сопротивляться тому кого он любит. Он лишь обнял своего человека за шею одной рукой, а вторую положил на его белые волосы, зарываясь в них. Ощущения были те же что и в первый раз. Яблоня, два существа человек и эльф, полностью противоположные друг другу, и вечерний закат. Хоть с того момента и прошло лет 5, но им казалось будто бы это произошло вчера. Тут Люциэль чувствует давление со стороны Дио, и второй роняет себя и своего эльфа на землю, держа Люциэля так чтобы он не ушибся. После чего свободной рукой, проводить по телу возлюбленного, мягко растëгивая одежду. Все как и в тот раз. И та же яблоня, что лишь безмолвно наблюдала за любовью этих двоих.