Сансет

      Остров Сансет. Площадь около 8 000 км². Прекрасное место. В первую очередь конечно в глаза бросается огромная гора Оргот. Она знаменита тем, что в ней просто огромные залежи различных металлов: золота, свинеца, железа и меди. Также на острове, а точнее в его восточной части, хорошо развито земледелие. На западе же всё куда скуднее, в основном там зарабатывают как раз таки шахтёры, добывающие безграничные запасы горы Оргот. Также имеют место быть охотники и лесорубы, так как там гораздо больше густых лесов, чем на востоке. Подобные различия поспособствовали тому, что восток оказался гораздо развитее, чем запад, а это в свою очередь создавало раздробленность знати. Почти все богатые помещики проживали на востоке, поэтому там было гораздо меньше различий между богатыми и бедными.       Столица Сансета находится в Грелесе, этот город расположен на южном побережье в центре острова. Нынешний король, Август VI, является вассалом Северной Империи (большое государство на севере материка, которое является объединением всех народов севера, от чего такое название) на континенте, как и многие короли до него. Подобные связи позволяли Империи торговать с островом на более выгодных условиях. Данный вассалитет длился уже 200 лет на протяжении всей династии Моргенбургов. Остров не смог бы прожить в условной блокаде долгое время, поэтому не предпринимались попытки получить независимость. Рыба в приемлемых количествах водилась только в Сансетском заливе, который был между двумя городами, столицей Грелесом и самым восточным городом Неллесом. А животноводство было слабо развито на самом острове. Если говорить о земледелии, то картина вырисовывается ещё хуже: восток усеян различными полями, но выращивают там в основном несъедобную продукцию, такую как лён, конопля и шёлк. Эти факторы не позволили бы прокормить 100 тыс. людей, проживавших на острове. По причине данной критической слабости остров был вынужден подчиняться.       На дворе 658 год. В стране всё больше людей остаётся за чертой бедности. Герой нашей истории — Томас Рид. Он проживает в столице Грелесе. Он выходец из среднего дворянского рода. На гербе изображена жёлтая роза. Том хорош в фехтовании и езде верхом, но никогда не участвовал в огромных сражения, он бывал лишь на дуэлях, которые он зачастую устраивал в силу своего вспыльчивого характера.       Сегодня 28 мая. Совсем скоро лето, та пора, которую люди любят больше всего, в которую всегда тепло и комфортно. А у Томаса как раз в этот день выпускной из Академии. Он проснулся около полудня. Встав с кровати, Том направился в уборную, где он умылся и привёл себя в порядок. Там же он надел на себя новенький костюм, за который его отец отдал огромные деньги. Он был сделан из высококачественного шёлка. В итоге Том выглядел очень красиво: чёрные туфли и сюртук, которые отлично сочетались с его волосами такого же цвета, сложенными набок, белые длинные носки и белая рубашка с пышным воротником хорошо гармонировали с остальным костюмом, а изюминкой было ожерелье с большим сапфиром, который идеально сочетался с голубыми глазами Тома. В общем он был готов к балу. Он уже знал кого пригласит на танец — красавицу Лили, в которую был влюблён.       Том направился в обеденный зал. Ел он в одиночестве, лишь иногда перекидывался словами с Тётей Мэг, единственной горничной в доме, которую он называл более фамильярно из привязанности, ведь она работает здесь ещё с тех времён, когда Том даже не родился. Отца дома не было, он работал в администрации города и с утра его не бывало дома. Матери же у Тома не было, она умерла при родах. После приёма пищи он направился в город, где на выходе его ждал близкий друг Майкл. — Том! Том! Я здесь! — Кричал с другой стороны дороги парень в зелёном костюме и цилиндре, скрывающем его русые волосы. Он махал рукой усердно и казалось, что он уже вспотел. — Что ты орёшь?! Я что слепой по твоему? — Подошёл к нему Том и обратил внимание на зелёный костюм своего друга. — Во что ты вырядился? — Как во что? Это мой костюм на бал. — Активно жестикулируя и с каким-то наигранным выражением произнёс Майкл. — Был бы ты рыжим, подумал бы, что ты Лепрекон какой-то… — И действительно, Майк отдалённо напоминал сказочного персонажа из древности, что одевались в такую же зелёную одежду. — Ладно уж, пошли. — Тебе легко говорить! Я то из не богатой семьи! Этот костюм носил ещё мой дедушка, тогда мода другая была… — Возмутился Майк, не сводя глаз с Тома, да так, что чуть не врезался в прохожего. — Поверь, для того, чтобы стильно одеваться нужны не только деньги, но и вкус, как я вижу у тебя ни того ни другого нет. — Сказал Том кокетливо. Всё же глумился он над другом незаслуженно, а его высказывание легко можно было парировать, но Майк не стал. То ли из-за бесполезности этого действия, то ли от банального отсутствия красноречия. Том спустя пару секунд, не услышав возражений, снова заговорил. — Но давай сменим тему, ты уже выбрал кого пригласишь на танец? — Эх, хотел бы я пригласить Мадонну или может Елизавету, но не думаю, что у меня есть шансы… — Не будь так самокритичен. — Ага, только что унизил меня, а теперь говоришь не быть самокритичным?! — Повысил он тон, Томас же в ответ только улыбнулся, ведь Майк был абсолютно прав.       Они шли вдоль торгового квартала, разговаривая на разные темы. В это время суток город бурлил жизнью: бесконечное течение толпы, гул и бесчисленные разговоры. Где-то сапожник, уронивший молоток на ногу кричит, пополняя словарный запас детей, где-то группа выпивших мужчин заливается смехом. Но ребята пробыли там не долго, Том и Майк уже вышли к большой набережной длиной в несколько километров. В этот момент они замолкли. В отличии от всего остального города здесь было тихо, не считая конечно шума волн. Они наслаждались тишиной, ведь вновь они её услышат не скоро. Погрузившись в это спокойствие они не заметили, как уже пришли на причал. Напротив парней стоял корабль. Они должны были направиться на остров Ричарда Прекрасного. Именно там должен проходить бал. Важно сказать, что это место на протяжении всей истории Сансета было местом, где проводили различные пиршества и балы аристократы. Это сильно возвышает ранг всех, кто будет на выпускном, а также показывает престиж Академии Святого Патрика, в которой и учились Томас и Майкл.       Поднявшись на паром, Томас сразу же заметил группу девушек, а среди них Лили, ту самую, в которую он был по уши влюблен. — Ну что, Майк, пора знакомиться с девушками, особенно тебе. — С ехидной улыбкой намекнул Том, после чего он словно потащил Майка к ним. — Дамы. — Поприветствовал их Том, после чего сделал широкий поклон. Майкл неуклюже за ним повторил, поправляя при этом костюм, даже в тех местах, где всё было и так в порядке. — В эту пору очень приятно встретить компанию прекрасных девушек, а особенно хотелось бы выбрать себе спутницу на сегодняшний бал. — Обращался Том явно к Лили. — Вы очень милы, сударь. — С улыбкой проговорила Лили, её красивое, чуть-чуть пышное светло-голубое платье развевалось на ветру, приоткрывая красивые тонкие бритые ножки, на которые были надеты элегантные белые туфельки. Корсета она не носила, он ей не требовался, её фигура не давала спускать с неё глаз. Но самым главным в ней было конечно же лицо: гладкая белоснежная кожа, карие глаза и прямые длинные коричневые волосы. — А вы весьма проницательны, госпожа, и такая проницательность не должна оставаться без внимания. — Льстил Том. — Я хочу, чтобы именно вы были моей спутницей. — Вы правда очень милы, но к сожалению я уже занята. — Сказала она с какой-то злодейской улыбкой. Удар последовал из самого неожиданного места. Это порушило все планы Тома. — И кто же этот счастливчик? — Через скрежет зубов проговорил Том. Даже самый невнимательный заметил бы его злость по нахмурившемуся лицу. — Он прямо позади вас. — Её улыбка увеличилась. Девушка явно злорадствовала.       Том обернулся. Позади стоял высокий блондин с зелёными глазами. Его взгляд говорил о том, что он никого не ставит себе вровень, а чистый белый костюм показывал его чрезмерно высокий статус. Том сразу понял кто это. Это принц Георг, нынешний наследник трона. Том был вспыльчив, но у всего были границы, и именно здесь она и проходила. Он не мог и слова сказать принцу, ведь знал какие последствия могут у этого быть. Томас медленно отошёл, лишь бросив неоднозначный взгляд. — Лили. — Наклонившись на колено он взял её руку и легонько поцеловал. — Всё в порядке? — Да. Просто этот сударь немного опоздал с предложением… — Объяснила Лили. Глаза Тома в это время пылали яростью, но он не мог ничего сделать. Майкл потянул его за плечо и повёл прочь, чтобы он не устроил ничего, о чём мог бы пожалеть. Они отошли в другую часть корабля. Прислонившись к поручню, Том думал и думал много. Это надменное лицо, этот взгляд, а также беспомощность самого Тома — всё это вызывало настоящую злость. Теперь то он всё понял. — Поверить не могу! Как же так совпасть могло?! Что именно этот… Почему именно он?! — Уже не мог держать свои мысли при себе Том. Он был зол на Лили, которая как только получила к себе в спутники лучшего мальчика, сразу стала злорадствовать и пытаться удовлетворить своё самомнение за его счёт, вызывая зависть как у парней, так и у девушек. Он был зол на Георга, которому вообще ничего нельзя сказать, а его взгляд, пренебрежительный и безразличный, вызывал у Тома нервный тик. Том понимал, что Георгу плевать на всё это, он лишь проявляет вежливость, которую заставляют выучивать аристократов ещё с детства. — Том, тише, на нас люди смотрят… — Попытался успокоить его Майкл, сгорая со стыда. — Пусть смотрят! Мне плевать! — Том уже себя не контролировал. — И так всегда Майк! Всегда! — Да, ты прав, но только тише, прошу… — Уже молил его Майкл. И к счастью для него это сработало и Том перешёл на более тихий тон. — Понимаешь, Майк? Помню, как один учитель нагрубил ему, так того сразу же выгнали из академии. Или пару лет назад, когда он пригласил на танец Лолу Вьюмер, которая ему в итоге отказала, так сразу после этого у неё сразу же ухудшилась успеваемость, а через год её вообще отчислили! — Засыпал он Майка словами. — Ему никто не может перечить, когда об нас, а в особенности об тебя вытирают ноги! — Майк просто слушал. Подобный «приступ» случается уже не первый раз. Сам по себе Майк был простым парнем, он не задумывался о таких вещах, как несправедливость или социальное неравенство. — Я помню, как тебя задирали и унижали на протяжении учёбы лишь за то, что ты беднее их, так мало того, обо мне ещё стали пускать разные слухи, когда я стал с тобой общаться. Повезло, что ты не язвил и не перечил… Уверен, что они превратили бы твою жизнь в ад… — Ты преувеличиваешь… — Думаешь? Каждый раз, когда я бываю на окраинах города или, помню, мы ездили в Крону или другой какой-нибудь городок, так там всегда люди боятся и слова неправильного сказать… — Действительно ли тебя так волнуют эти самые бедняки? — Внезапно задал вопрос Майк. — Или просто ищешь оправдание своей злости? Просто мне вот кажется, что ты просто накручиваешь себе лишнего. — Думаешь я такой эгоист? — Вспылил Том, но всё же задумался о его словах, ведь в некотором роде Майк был прав, но признать этого Том не мог в силу своего эгоизма. — Ладно, хорош ныть. Давай лучше поговорим о прекрасном виде, который ты упускаешь! Всё же мы не часто плаваем! — Сменил тему Майк, очень никудышно и посредственно.       И правда, вид был прекрасен: яркий солнечный день, лёгкие волны, где-то вдали из воды выпрыгивают дельфины, а, глядя ещё дальше, можно увидеть Сансетский залив, ограниченный архипелагом островов, один из которых — пункт назначения, куда они и плывут. Вид завораживал, да так, что время неслось быстрее некуда. Привычных для ночи сверчков не было слышно, как и чаек, лишь разговоры других людей в другой части парома доходили до ребят в виде неразборчивого шума.       Спустя небольшое время они наконец прибыли. На выходе их ждал не менее прекрасный вид: красивый небольшой пляж, далее приличная аллея с красивыми расписными фонтанами, а в конце на небольшом холмике стоял огромный особняк, над воротами которого красовался герб королевской семьи, на котором было изображено золотое солнце, и который одновременно был гербом государства.       В общей сумме было около сотни выпускников, все по очереди выходили на платформу. Так называемый гид повёл всех за собой в поместье, расхваливая всё, что можно было хоть как-то описать. Отворились ворота, и толпа вошла внутрь. Там их встретили множества угощений и дворецких, Том и Майк отправились в более укромное местечко, в углу, где было слабое освящение и пара стульев. Парни выглядели как изгои. Том сидел с угрюмым выражением лица, для него вечер был испорчен. Он пытался себя отвлечь, пытался не смотреть в сторону Лили, но не мог. То, как она была рада тому, что просто находится рядом с принцем, которому вообще словно наплевать на неё, выводило Тома из себя.       Тем временем этап разговоров и сплетен закончился, и гостей пригласили к огромному столу. Парни послушно встали и вместе со всеми последовали к нему. Он был расположен вдоль всего помещения у стен, формируя угловатую букву «С» или же нечто напоминающее подкову. Том и Майк сели. Поднялся шум, все начали говорить о чём-то и поглощать бесконечную, как казалось Тому, еду со стола. О бывших нормах приличия можно было не вспоминать. Данная трапеза длилась около часа. Когда все, грубо говоря, нажрались и были в состоянии слушать, со второго этажа, который был в много раз меньше первого, ведь общий зал был высотой в два этажа, поэтому он выглядел скорее как большой балкон, послышался громкий звонкий голос. — Прошу внимание! — Все посмотрели на мужчину, вышедшего к ограждению второго этажа. — Сегодня великий день — ваш выпуск из Академии Святого Патрика. В честь этого сам Король Август VI прибыл сюда, чтобы поздравить вас. Прошу проявить уважение и привести себя в порядок.       Мужчина отошёл, и через минуту там появился старик лет семидесяти, на голове была платиновая корона с большим рубином в центре и маленькими топазами вдоль всей короны, на спине — накидка фиолетового цвета с мехом на краях, одет же он был в дорогой цветной костюм, на котором тоже преобладает фиолетовый. Король откашлялся, он уже был не в лучшем возрасте, после начал произносить длинную речь. — Дорогие выпускники… Я рад приветствовать вас в нашем особняке, за время вашего обучения вы прекрасно проявили себя. Кхе-кхе. Академия Святого Патрика — наша величайшая гордость и я рад, что вы отлично это доказали… Впереди у вас ещё долгий путь, полный терзаний и препятствий, но я уверен, что вы способны на многое и добьётесь великих успехов. За 300 лет существования академии она повстречала множество учеников, в том числе и многих из моей семьи, в том числе и меня, и моего покойного сына Ричарда, и, как вы можете видеть, моего внука Георга. Кхе-кхе… Желаю вам всем провести вечер достойно и приятно. — Докончил Август. Тут же бывшие ученики захлопали, а после прокричали «За короля!». Это был тост. Лишь единицы это не поддержали, в том числе Том, но на них не обратили внимания. Почти. После, выпускники встали и направились в центр зала, у дальней стены заиграл оркестр. Парни приглашают на танец своих спутниц. Том же, как и Майк, не собирался покидать стол и лишь игрался с объедками курицы, пристально смотря на Лили. К ней подходит Георг и так же как и в прошлый раз нагнулся на колено и поцеловал её руку, после чего они направились в самый центр зала держась за руки, скрывшись в итоге за толпой выпускников. Наконец его глазам было не за что зацепиться. И он просто впал в раздумья. К этому времени к выпускникам также подтянулись и другие аристократы, в основном это были государственные чиновники, дети которых и были среди выпускников. До этого они обедали вместе с королём на втором этаже, а точнее на специальном балконе под открытым небом.       От Тома веяло злобой. Его выражение лица было не из лучших. Майк даже не пытался ему что-то сказать, а вскоре к нему подошла какая-то рыженькая девушка с веснушками на лице и пригласила на танец. Том остался совсем один, и лишь его мысли составляли ему компанию. Он никак не мог понять, почему всё так несправедливо, почему только по праву рождения Георг во всём автоматически становится лучше. Он был настолько поглощен своими мыслями, что даже не заметил, как его одиночество было нарушено: мужчина, высокий, опрятно, но не вычурно одетый, тёмно-синий жакет и брюки, русые волосы, зачёсанные назад и такого же цвета усы и бородка. — Что-то случилось, мистер… Рид? — Подойдя, чуть наклонился мужчина. Похоже он сначала не был уверен в своей догадке насчёт фамилии. — Мы знакомы? — Резко без любезностей ответил Том. Ему было абсолютно плевать на этого человека. — Лично — нет. Когда-то я пересекался с вашим отцом, мы товарищи по охоте так сказать. — Он пустил лёгкий смешок, вспомнив какой-то момент из прошлого. — Я заметил, что вы не в очень хороших отношениях с сэром Георгом. Ваши крики на корабле, так ещё и этот взгляд с которым вы провожали его в центр зала… — Вы весьма проницательны… — Том наконец поднял голову на человека. — Вот только я всё ещё не понимаю, что вам нужно. — Лоргот, Джеймс Лоргот, называй меня по имени, не люблю излишние «сэр» и прочие слова. — Он протёр сиденье стула и сел на него. — Вы же владеете большей частью шахт на западе острова? Или я ошибаюсь? — Насчёт шахт вы правы, но я всё-таки предпочитаю титул мэра Лоба. — Словно хвалился Лоргот. — Но сейчас не об этом. Я человек простой и готов вас выслушать без всякой бюрократии, так что же вас так беспокоит в принце? — Ага… Значит вы хотите узнать, что я думаю о принце… — Том облокотился на спинку стула. — Я что, настолько наивен по вашему? — Вы неправильно меня поняли… Я хочу узнать об этом не для доносов или ещё чего-то паршивого. Скорее наоборот, я хочу узнать побольше из солидарности с вами. — Солидарности? Что-то не верится. — Понимаете, мы как бы схожи во мнениях, и что я, в случае, если вы скажите лишнего, не стану распускать слухи и… Ну, думаю вы поняли. У меня самого наточен зуб на их семейку. — Прямо сказал Лоргот на то, что с Томом всё будет в порядке. Том некоторое время промолчал, обдумывая услышанное. В действительности многое говорило о том, что Джеймс не врёт: безупречная репутация среди обычных рабочих и шахтёров, в которой Том уверен не понаслышке, а также непосредственно то, что он с запада острова, что было довольно весомым фактором, ведь аристократы с запада отличались своей добротой к простолюдинам. Это, а также прекрасное красноречие Лоргота склонили Тома к тому, чтобы выговориться. — Я… Я по своей натуре довольно вспыльчив, не терплю оскорбления в свою сторону и всё в таком духе… Но как только дело доходило до Георга и его семьи… Ладно если бы я не мог его вызвать на дуэль или просто назвать его каким либо дурным словом, но даже банальное препятствие его воле могло бы загнать мою семью в могилу. Это не справедливо, и это ещё, можно сказать, на самом бытовом и примитивном уровне объяснено… Я ведь знаю, что это всё построено на их власти, на том, что твой статус определяют скорее не способности, а кровь, с которой ты родился. Я как-то читал о Франской Республике, что находится на юго-западе материка. Там существует демократия, свобода слова и равенство, хоть я не очень верю в правдивость и скорее в абсолютную действительность этих слов, но во всяком случае, я уверен, что там бы такого неравенства точно не было. — Крик души, мистер Рид, я уверен, вам это было необходимо. И то, что вы упомянули Франскую Республику меня радует. Да, у них действительно всё более чем хорошо, но и не идеально конечно, как и в каждом государстве, но сказать можно одну очевидную вещь — по перспективам развития их форма государства гораздо лучше и возможно даже превзойдёт Северную Империю. — И что вы хотите этим сказать? — Том был в предвкушении. — Вот, держите. — Лоргот протянул портсигар с инициалами и адресом. Он был металлическим и позолоченным, а вдоль левой стороны была синяя полоса. — Думаю нам стоит встретиться после бала, Томас, грядут перемены, когда вы свободны? — Я… Думаю следующие дня три… — Что же, прекрасно, вы сможете сами добраться ко мне на запад, или мне стоит отослать вам карету? — Нет, я сам. — Ну, тогда буду ждать вас к вечеру завтра, а теперь, я вас покину, до свидания Том. — Лоргот поклонился и поспешно ретировался.       Это было последнее, что Том услышал от Джеймса в этот вечер. Мужчина скрылся в толпе чиновников. Том ещё некоторое время думал о предложении. После он решил осмотреть портсигар. «Джеймс Лоргот. Город Лоб. Особняк Лорготов.» — Было написано на крышке. Около 60 километров до Лоба от столицы. Дорогу Том знал хорошо, он с Майком часто ездил туда к хуторам. Эти места были тихие, да и воздух был словно другой. Том хотел туда поехать. В его голове, в его сознании появилась идея, то, за что можно ухватиться, то, за чем можно следовать, то, что может изменить всё… — Ну как ты тут? — Нарушил его одиночество Майк, который явно повеселел и улыбался от уха до уха. — Я видел, к тебе подходил какой-то мужчина… — Я удивлён, думал, что твое внимание было только на той рыжульке. — Сухо ответил Том, явно обижаясь на то, что его друг бросил его здесь. — Ну, не горячись, ты же понимаешь, что я не мог отказать. Меня впервые девушка пригласила на танец! Так ещё и кра-са-ви-ца! — У него выступил румянец. — Так что за мужчина? — Джеймс Лоргот. Знаешь такого? — Не, я же не смыслю в этих аристократах… Я имел ввиду, кто он такой… Ну, по жизни, понимаешь? — Бизнесмен, мэр Лоба, владелец крупных шахт на западе, вроде у него ещё морская торговая компания есть… — Ого! И что же такой важной шишке нужно было от тебя? — Да так… Он был знаком с моим отцом, вот и перекинулись словом. — Недоговаривал Том. Он не хотел просвещать Майка в это, всё же тот политикой не интересуется. — Хм, ну долговато перекидывались вы словами… Теперь моя очередь! Как оценишь мою спутницу? — Да ты мастер менять тему…

***

      Было чуть позже полуночи. Том вернулся, с громким скрипом отворив двери поместья. Лампы всё ещё горели, но оставалось им не долго. Хоть и под конец мероприятия Том смог отвлечься на разговоры с Майком, общего настроения это не изменило, и единственное, что грело его душу, так это интерес к предложению Лоргота. Том хотел подняться в свою комнату, чтобы побыстрее привести себя в порядок и лечь спать, но сразу после лестницы его остановил его отец. — Том. Как прошёл бал? — Смотря словно ему в душу спросил его отец. Он был одет в домашнюю одежду, но всё равно выглядел уважительно и солидно. Тёмно синие брюки и жилетка поверх белой рубашки красиво смотрелись на нём и подчёркивали его цвет глаз. — Ужасно. — Сухо бросил Том. — Опять принц? — Догадался отец Тома, тот ему кивнул. Отец уже давно знает о напряжённости Тома по этому поводу, но всё, что он мог сделать, так это просить Тома не обращать внимания и держать себя в руках. — Я завтра поеду в Лоб. Меня не будет около двух дней. — И по какой же причине? — Отец уже было подумал, что Том опять хочет сбежать от всего, как он это всегда делал с Майком, убегая на недели из дома в сторону Кроны и других западных городов. — Буду… Искать работу. — Соврал Том, чтобы иметь хоть какой-то шанс на получение разрешения отца. — Ты опять за своё… Я же говорил, что могу тебя спокойно устроить к себе в администрацию города. — Ответил отец. Том знал, что тот хочет устроить его в госаппарат, потому что через связи, которые он имеет, можно было легко устроить сына на значимую должность. — Ты знаешь, что рядом с их гнусной семейкой я и дня не протяну. — Эх Том… Ладно, спокойной ночи… — Проворчал отец, после чего отправился на балкон, где он любил рассматривать звёзды в свой дорогой телескоп. Том же направился к себе в комнату. Хоть он и желал прыгнуть в кровать даже не раздеваясь, всё-таки воспитание не позволяло сделать подобное. Он спокойно разделся, умылся в уборной рядом с комнатой и лёг спать.       Том проснулся почти также, как и вчера, около полудня. Сразу же он направился в обеденный зал. Поев стейк с овощами, приготовленный тётей Мэг, он направился в гардероб. Там он подобрал себе походный наряд: обычная рубаха и штаны, которые не выглядели как одежда для бедняков, но при этом не сковывали движения, а поверх кожаный тёплый кафтан длиной по колено, а на голову шляпа с двумя перьями: одно цапли, другое ласточки, эту шляпу Том всегда одевал в походы за город. С собой он собрал два комплекта рубах, штанов и носков, а также один сюртук серого цвета. Также с собой он любил брать корзинку фруктов, а учитывая то, что ему ехать 3-4 часа делало её необходимой. Наконец собрав всё необходимое, Том отправился в путь.       Свою пятнистую бело-коричневую лошадь Том называл просто Кобылкой. Лошадь была не самой быстрой, но зато очень выносливой, она могла спокойно около часа ехать на приличной скорости без остановок. Именно поэтому, если Том и участвовал в скачках, то только на длинные дистанции. Тем не менее, сегодня торопиться было некуда. Том двигался по общей дороге, поэтому ему часто встречались различные караваны и купцы, а как-то раз даже встретилась забавная семейная пара, которая по всей видимости переезжала, если судить по их повозке. Забавными они были, потому что их ругань было слышно за километр. Они всё время о чём-то спорили, то их что-то в друг друге не устраивает, то они просто не могут вести себя спокойно, в общем это позабавило Тома в пути. Позже он доехал до тех самых хуторов, где он с Майком и другими, менее близкими ему ребятами бывали. Нахлынули воспоминания о, как всегда казалось, беззаботных временах. Проехав мимо них, он доехал до развилки между Полесьем и Лобом. Он повернул налево, где была «западная столица».       Лоб был основан древними славянскими переселенцами ещё тысячу лет назад. Когда большая часть острова, которые говорят на нордском или же северянском языке, называют его просто Лобом, то у славян это название может склонятся, как и само слово лоб, которое и было взято за основу при названии города. Получило же такое название это место из-за его расположения: довольно большой по ширине холм без деревьев посреди леса. Сам же город хоть и был беднее всех остальных, но имел свою изюминку: начиная с того, что он был самым древним здесь, а заканчивая его уютностью. Город был в меру чист, и при всём этом в нём не было разделения на бедные и богатые кварталы, все улицы были примерно равны по обеспеченности, а особняки и поместья богатых людей находились за городом.       Том въехал в пригород. Вокруг то и дело ходили люди, кто по делам, кто просто ходил компанией, распивая заработанные деньги. Проехав дальше, он въехал в основную часть города. В силу древности этого места, улочки здесь были хоть и красивыми, но заметно неровными. Непропорциональные друг другу дома, не очень прямая главная дорога. Было в этом что-то притягательное. Искреннее это чувство или же оно было на самом деле спровоцировано экзотичностью и необычностью местной архитектуры, Том не знал. Но тем не менее нужно было двигаться дальше. Он не знал, где конкретно находится поместье, поэтому решил заскочить в первую попавшуюся таверну. Войдя внутрь, он сразу же направился к стойке, где стояла молоденькая девушка с каштановыми волосами и серыми глазами. — Здрасьте, чого желаете? Пить иль спать? У нас и искупнуться можна! — Поприветствовала она Тома, стараясь не отвлекаться от своей работы. — Нет. — Том сделал небольшую паузу. — Я лишь спросить. — Просто спросить? Ну даже не знаю… — Она продолжала протирать стаканы тряпкой. — Как попасть в поместье Лорготов? — Не дожидаясь ответа, спросил он. — Ах! Так вы не местный! — Она сразу завелась. — Ну тогда я с радостью подскажу, да вот только вам бы горлышко бы промочить, а то слышаться вам плохо будит. — Явно намекала девушка на то, что ничего не скажет за просто так. — Ну да, конечно. — С разочарованием вздохнул Том. — Стаканчик пива, небольшой. — Вот так бы сразу то! Сразу видно, не глупый то! — Обрадовалась девушка, наливая в стакан из бочки пиво, аккуратно, по его стенке. Какой бы неграмотной и неотёсанной она не была, но свое дело знает. Спустя секунду она поставила стакан, который был явно больше ожидаемого Томом. — С вас две рю (валюта на острове и Северной Империи)! — А с вас информация. — Монотонно проговорил Томас, кладя на стол две монеты с выгравированным солнцем на обратной стороне. — Конечно, конечно! Так-с, вам это-ть, за город ехать, дале по улице на юг, там у берега стоит этот домишко, белый такой, с кирпичного цвета крышей.       Том отпрянул от стойки, оставив и наполовину не выпитый стакан пива и направился в нужном направлении. Уже через минут пятнадцать он стоял у трёхметровых двойных дверей. У поместья не было каких либо ограждений, а со стороны оно выглядело опрятно и скромно, что было несравнимо с особняками из столицы и других городов. Он постучал. Постучал ещё раз. Собираясь постучать в третий раз, он всё же дождался, двери отворились. — Томас! Я как раз вас ждал, но приму я вас не здесь. — Выйдя через дверь, Джеймс повёл Тома за собой. Небольшая тропинка вела куда-то за поместье. — А… Где? — Недоумевал Том. — Я познакомлю вас… С местными обычаями. — Звучало это подозрительно. Том не знал, чего ждать. В голове у него в первую очередь возник образ какого-то ритуала или чего-нибудь похуже, но, к счастью для него, это была не правда. Они пришли к деревянному строению, внутри которого горел свет. — Знакомься — баня. — Баня? Мне как-то случалось слышать об этом. — Ага, там мы и поговорим с тобой. — Джеймс открыл дверь, приглашая Тома войти. — Прошу.       Внутри было уютно: приятный деревянный интерьер, освещаемый тёплым светом керосиновых ламп, и белая печь, стоявшая в углу. Всё это создавало уютную и тёплую атмосферу. — Том, ты знаешь, как парятся в бане? — Знаю, но не пробовал. — Всё бывает в первый раз, а теперь нужно раздеться, прошу сюда. — Лоргот указал на деревянную дверь, ведущую в небольшое помещение, где можно было переодеться.       Раздевшись и повязав полотенце вокруг талии, они вышли. Джеймс сразу принялся поливать водой раскалённые угли. — Ну, Том, начнём. — Джеймс уселся на скамью. — Ты говорил, что не любишь неравенство в нашем обществе. Я тоже его не люблю. Видишь ли, в нашей стране всё крутится вокруг короля. И пока есть люди, которые его поддерживают, его власть будет незыблема. — И как же тогда реализовать… Идею? — Ты, думаю, знаешь, что любые перевороты приведут к пролитию крови невинных в любом случае. Я хочу провести всё мирно. Монарх останется на месте, просто его права будут сведены к минимуму, а власть будет избираться. Это позволит избежать некомпетентных правителей и позволит сфокусироваться на улучшении благосостояния наших граждан. — Джеймс подкинул ещё воды на угли. — Для этого нужно склонить на свою сторону побольше элит, но так как там в основном старики, которых очень сложно переубедить, то остаётся говорить с молодым поколением, которое в будущем займёт место стариков… — И скольких… Вы склонили на свою сторону? — Не так много, но через пару лет будет гораздо больше и стариков, и молодёжи. — Хорошо… Но вернёмся чуть назад, вы сказали, что власть будет избираться? — Именно так, раз в некоторый промежуток времени мы будем голосовать за избираемого кандидата на пост премьер-министра. Для этого желательно создать совет или другой похожий орган власти, который и будет избирать правителя. — А что насчёт бедности народа? как это поможет убрать неравенство? — А это уже немного другой момент, я ещё не говорил о тех реформах, которые хочу принять. Это конечно же снятие ограничений с крестьян и уравнивание прав всех граждан. Знал бы ты, сколько талантливых людей мы теряем из-за этого. Но само собой эти реформы не могут проводиться разом, да и рассказал я тебе о них довольно поверхностно. — Да… У вас всё расписано далеко вперёд, но звучит это… — …Это звучит, как какие-то влажные мечты, я знаю, но не стоит недооценивать это. Любые крупные свершения начинаются с чего-то малого. — И что же для этого нужно делать мне? — Как минимум просто быть моим другом и в нужный момент меня поддерживать. Тем более твой отец работает в столице, что довольно значимая… позиция, которую ты можешь спокойно унаследовать. — Нет, я не могу… Не могу работать рядом с ними. — Даже ради нашей идеи? Том… Если всё получится, то лет через пять-десять Сансет преобразится. — Он снова подкинул воды. — Тем более я замолвлю словечко за тебя, сможешь продвинуться по службе. — Даже если так… Понимаете, я видел, что они могут делать с несогласными, вы и сами должны знать, о чём я. — Не бойся, они меня не тронут, им гордость не позволит… Их семья обязана моей семье, и пока я не делаю резких движений, чего я и не собираюсь делать, то и меня трогать не будут. — Из-за чего они обязаны тебе? — Это давняя и длинная история, так что давай я расскажу об этом в другой раз… — Хорошо… А что насчёт остальных? Что будет насчёт меня? — Пока вы будете выступать от моего имени на каких-нибудь собраниях — ничего, а более влиятельные люди могут уже высказываться самостоятельно, так же не делая резких движений, как и я, если что я смогу их… прикрыть, скажем так. — Он снова подкинул воды, после чего стало невыносимо жарко. — Мне нужно подумать. — Через минуту молчания ответил Том. — Можешь не торопиться, можешь даже придержать ответ на месяцы, главное, чтобы ты пошёл туда же, где сейчас работает твой отец. — Джеймс… Почему они не хотят что-то менять? Почему из-за них приходится устраивать тайные встречи и создавать тайные организации. — Поверь, хотят… Просто у всех разные мнения и способы решения проблем. Нищета народа никому не может нравиться, никому, у кого есть совесть. Те, у кого она есть хотят идти своим, как им кажется правильным путём. Другие же не хотят терять заработанного имущества на рискованные идеи. Как думаешь, к какому типу относится король? — Он и его этот чёртов внук Георг точно относятся ко вторым. — Сразу же переменился в лице Том, когда заговорил о принце. — Думаешь? Ну относительно Августа ты конечно прав, но его внук… Нет, он самый явный представитель первого типа. — Не может такого быть! Я видел как он на всех смотрит, никого не ставя себе вровень! — Именно, что всех. Даже на самого короля, хоть на публике это заметить очень сложно. Каждый раз, когда он выступает с речами во время консенсуса, на лице у короля появляется измученная гримаса, а то, что твой ненавистный Георг говорит… Скажем так, весьма необычно. — И о чём же? — А то, что каждый человек является шестерёнкой в огромном механизме государства, что каждый должен работать во благо этого государства, что так пропадёт сама бедность, ибо механизму государства важна каждая деталь и вождь, лидер этого государства должен заботиться о каждом из них. — Он протёр лоб. — В таком ключе была его часовая речь. Так же, там было ещё что-то про то, что если каждый человек в стране будет работать во благо государства, то это возвысит страну на новый уровень. — Бред какой-то… Фанатичный бред… — Был удивлён Том. — Кто-то и наши размышления считает бредом, так я ещё не рассказал о реформах и прочем, я лишь озвучил саму идею. Да и эта, по твоему, бредовая идея имеет много сторонников. — Но я не совсем понимаю… Он хочет отобрать у людей свободу, причём у всех людей, включая чиновников. И это имеет популярность? — Верно подметил, что ты не совсем понимаешь. Он предлагает сплотиться всему народу ради единой цели, жертвуя при этом определёнными свободами. Причём я имею ввиду свободу, как частного предпринимателя. Он хочет подчинить все отрасли экономики государству, решение интересное, но я его никогда поддержать не смогу, всё же ты должен понимать, что забирая имущество у кого-то со словами «это во благо государства», рассчитывать на его поддержку не стоит. А вот те чиновники, у которых нет частного бизнеса, принца поддержали. — Да уж… Сколько людей, столько и мнений. — Тут согласен… Ну думаю пора заканчивать банные процедуры, вода закончилась, да и засиделись мы тут.

***

      Том лежал и глядел в белый потолок, обдумывая слова Лоргота. Он не мог упустить шанс. У него может появиться в жизни цель, так ещё и благородная и на первый взгляд реализуемая. Но что-то не давало ему дать безоговорочное согласие, что-то пыталось предостеречь его. Может это просто то самое нежелание работать в столице, может это боязнь неудачи. Том не знал что именно. Ему нужно было принять решение сейчас, пока он ещё не уехал из поместья, ведь при отказе он бы точно не стал работать там. В размышлениях он и уснул.       Том проснулся рано утром под пение петухов. Выйдя из комнаты, в которой он гостил, его пригласили на завтрак. Там с Джеймсом он перекинулся парой слов о вчерашнем разговоре и общались на более обыденные темы. Закончив трапезу, Том направился собирать свои вещи. Надев свою походную одежду он направился к выходу, где его собирался провожать Лоргот. Он протянул руку Тому. Тот некоторое время посмотрел на неё, после чего пожал её, глядя ему в глаза. — Джеймс. Я обдумал ваше предложение… — Ты согласен? — Я… — Том немного замялся. — Я Согласен.