Pass me

Йоичи Исаги Фонари размывали темноту тёплым светом, а воздух был прозрачным и спокойным, словно затаился вместе с вами. Ты шла рядом с возлюбленным по заснеженной улице, слушая, как снег тихо хрустит под подошвами, и ловя себя на мысли, что зима выдалась совсем не злой, как прежде. Хотя, скорее всего, с этим человеком тебе всегда было легче дышать, даже когда пальцы начинали неметь. — Не холодно? — брюнет шёл чуть медленнее обычного, будто специально подстраиваясь под твой шаг, и время от времени украдкой поглядывал в твою сторону. — Пока нет. Прошло всего несколько минут, прежде чем ты почувствовала знакомое ощущение — холод начал подбираться к кончикам пальцев. Не долго раздумывая, твоя рука аккуратно взяла его ладонь, словно делала это сотни раз. Тепло откликнулось сразу, мягко разливаясь по коже и успокаивая. Так-то лучше. Молодой человек заметно напрягся, но не отдёрнул руку, лишь слегка сжал пальцы в ответ. — Ты всегда так делаешь, и мне почему-то становится лучше. — твой взгляд метнулся в его сторону, чувствуя, как сердце начинает биться чуть быстрее, хотя для тебя это давно было чем-то естественным. Вы же созданы друг для друга. Исаги остановился первым, прямо посреди улицы, и снег тут же начал оседать на его иссиня-тёмные волосы. Снежинки застыли в воздухе. Время замерло. Он незаметно выдохнул, словно собирался нырнуть в холодную воду, и наконец повернулся к тебе лицом. — Знаешь, я долго думал, почему рядом с тобой мне всегда тепло. Даже когда вокруг мороз, даже когда всё идёт не так. — юноша на секунду замолчал, сжимая твою руку чуть крепче, будто боялся отпустить. — Мне кажется, ты мой соулмейт и, признаться честно, я давно чувствую к тебе больше, чем просто дружбу, Т/и. Ты ничего не сказала в ответ, лишь сделала шаг ближе, сокращая расстояние между вами. Внутри не было ни удивления, ни сомнений. Улыбка расползлась по губам. Ты легко приподнялась на носки и оставила короткий поцелуй на его щеке, согревая брюнета только больше. — Йоичи, я думала, ты понял это ещё в школе. — соулмейт растерянно смотрел на тебя, а потом рассмеялся. Недопонимание устранено. Снег продолжал падать, но холод больше не имел значения. Ты всё так же держала его за руку, и тепло между вами казалось чем-то естественным, правильным и давно предопределённым. — Тогда, пойдём дальше? Рин Итоши Парень не мог в это поверить. Связанные судьбой души услышат колокольчик, если окажутся рядом друг с другом? Что за бред? Да его вообще это не интересовало. И лучше бы так было бы и всегда, но нет, жизни нужно посмеяться над ним. Он слышал звон рядом с тобой. С девушкой, которая уже была в отношениях. — Да, милый, я сегодня задержусь на работе немного. Ага. Да, китайская кухня в самый раз, угу, — молодой нападающий буквально сверлил взглядом твою фигуру с телефоном в ладони, пока над ухом размерно лился нежный звук. Неужели он один слышал это? Неужели это только ему так не повезло? Неужели ты и впрямь не замечала назойливого звона вашей любви? Брюнет не мог понять, сходил ли с ума или нет. — до вечера. Хорошего дня и тебе. — Где кофе? — Уже несу, простите. — ты подняла готовый напиток с барной стойки клуба, поднося его к своему боссу. Ваши глаза встретились. Чёртов колокольчик. — Желаете выслушать расписание сейчас или чуть позднее? — Сейчас. — Итоши мотнул головой, стараясь не обращать на звук никакого внимания. Это же просто чушь. — Разумеется. Тогда, я начинаю. Однако все последующие предложения не имели никакого значения, расплываясь сумбурным гулом в тишине его разума. Мысли не давали Рину покоя. Кем вообще был тот парень? Почему ты вместе с ним? Как прошла ваша первая встреча, и был ли колокольчик настолько мелодичным и прекрасным, как и сейчас? Как много вопросов и мало ответов. Лазурный взгляд юркнул к твоим подвижным губам, зачаровано всматриваясь лишь в них. Какой же отвратной гадостью была эта реальность с соулмейтами. Хотя, возможно, брюнет никогда не сумел такое сказать, если бы был в отношениях с тобой. — Т/и. — Да, господин Итоши? — снова искристый звон. — Что-то не так? Слишком быстро говорю или слишком медленно? Молодой человек встал со стула, подходя ближе к твоей фигуре. Кажется, всё его хвалёное терпение сошло на ноль. — Я хочу честный ответ. Когда видишь меня, слышишь ли ты колокольчик? — лёгкие сжались, а возле мочки уха послышался нежный звук. Как он узнал? Зрачки расширились, пока глаза наполнились слезами. Твой секрет вылез наружу. — Что будет, если я скажу «да»? — Рин ни капли не промедлил, сокращая всю дистанцию между вашими телами, пока губы не сошлись в поцелуе. Обманывать себя нехорошо. Саэ Итоши Фильм уже давно шёл, мягкий свет экрана заливал гостиную пентхауса, а ты сидела, поджав ноги, полностью увлечённая сюжетом. Звуки города за панорамными окнами растворялись где-то далеко, уступая место музыке и диалогам героев. Молодой человек сидел спокойно, почти неподвижно, позволяя собственным бирюзовым глазам раз за разом соскальзывал с экрана на собственное запястье. Там, под кожей, ровно и неумолимо шёл таймер. Саэ делал вид, что тоже следит за фильмом, однако мысли были спутаны и напряжены. Слишком уж закономерно всё складывалось с того самого дня, когда он впервые увидел тебя в лифте. Тогда цифры впервые дрогнули, а он списал это на совпадение, усталость или глупую ошибку системы. Но затем вы сталкивались снова — в холле, у парковки, у почтовых ящиков. И каждый раз время прибавлялось. Случайности не случайны. — Нравится? — Очень, давно хотела посмотреть этот фильм, но всё как-то не доходили руки. Спасибо, что пригласил. — парень неохотно, хотя ты этого не видела, увлечённо глядя на экран, и снова опустил взгляд на запястье. Цифры продолжали бежать. Секунда за секундой. Его спокойное лицо оставалось почти непроницаемым, вот только внутри нарастало волнение. Но самое мучительное заключалось в другом — он не мог увидеть твой таймер. Не мог понять, идёт ли время у тебя так же, или всё это лишь его односторонняя иллюзия. — Я воды возьму. — шатен плавно поднялся с дивана, решив исполнить план в реальность. Будет неприятно, но ладно. — А? Хорошо. На кухне было светлее и тише. Старший Итоши налил воду, опёрся бедром о столешницу и снова посмотрел на запястье. Время шло. Соулмейт — это слово молодой человек всегда считал чем-то абстрактным, красивой идеей для романтиков, но не для него. И всё же сейчас теория требовала подтверждения. Иногда приходится быть ублюдком. Нужно увидеть твой таймер. Ты обернулась ровно в тот момент, когда хозяин пентхауса подошёл слишком близко. Возможно, твои губы хотели что-то сказать об упущенной сцене в фильме, возможно — просто улыбнуться. Стакан накренился, и холодная вода неожиданно специально пролилась тебе на рукав и запястье. — Ау! Саэ! — Неловко вышло, сейчас дам салфетки. — ты уже хотела отмахнуться, сказать, что ничего страшного, однако шатен замер. Его бирюзовый взгляд был прикован к твоему запястью. Вода стекала крупными каплями вниз, а под кожей, там же, где у него самого, отчётливо светились цифры. Таймер. Он тоже шёл. — Ты… — Что? — вы переглянулись на миг. — А. Ты про это. Я заметила ещё тогда, в лифте, Думала, мне показалось. А потом время начало идти каждый раз, когда мы виделись. Соулмейт медленно выдохнул, словно только сейчас позволил себе поверить. — Значит, это не только у меня. — между вами повисла гробовая тишина. Футболист осторожно протянул руку, будто спрашивая разрешения, и ты позволила ему коснуться твоего запястья. Цифры продолжали идти, реагируя на близость. — Похоже на то. — Похоже на то. Шарль Шевалье — Шарль, — капитан команды подбежал к юноше, вытирая пот со лба. — этот пас был нереально крутым! Когда ты научился так офигенно играть, а? — Да, в этом и вся проблема… — блондин, оглянулся по сторонам, сбивчиво разглядывая публику на трибунах. Какие-то пацаны из начальных классов — точно нет. Несколько девчонок, что пришли поглазеть на футболистов — возможно. Дамочка за сорок — не в его вкусе. Тогда, кто же мог оказаться тем самым соулмейтом, который раскрывал его талант на все сто процентов? — О чём ты? — Я бы в жизни никогда не смог так отпасовать. Что ж это за хрень… — Шевалье сузил глаза, подходя ближе к краю поля. Если сейчас его вторая половинка будет смотреть на него, то и удар должен получится отменным. Так же это работает? — Ну-ка пробей на меня ещё разок. Капитан недоумённо вскинул брови, но всё же отошёл на позицию, подкинул мяч и резко отправил его в сторону поля. Ты наблюдала с трибун рассеянно, наклонившись вниз, возясь со шнурками кроссовок и думая совсем не о футболе, а о контрольной по алгебре, что была на носу. И как раз из-за этого пас вышел таким же, как и всегда — просто хорошим. Подросток резко остановился, улыбаясь про себя. Теория складывалась слишком красиво, чтобы быть случайной. Шарль медленно повернул голову к аудитории, больше не спеша, уже зная, что именно ищет. Светло-жёлтые глаза скользили по лицам, по цветным курткам, по чужим эмоциям, пока не зацепились за тебя — одноклассницу, которая вечно сидит через ряд и списывает у него историю. Ага, тут то и оно. Что ж, в принципе он и не против, мордашка у тебя симпатичная. Юноша забыл об игре, о свистке тренера и недовольных криков команды, помчавшись к ограждению. Ты не успела понять, что происходит, как Шевалье уже был рядом, ухватившись за сетку и глядя на тебя снизу вверх. — Эй! Ты сегодня занята после школы? Сходим в кафешку? — блондин помахал тебе рукой, будто бы подзывая к себе. Твои мысли немного растерялись по уголкам головы, чувствуя, как внутри что-то приятно оседает в сердце. — Если это свидание, то не занята. — Замётано, сахарок, — одноклассник весело подмигнул. — только, оставшееся время смотри, пожалуйста, на меня. Джулиан Локи — Т/и, постой! Ты снова старалась раствориться в пространстве, как будто коридоры сами могли спрятать тебя от чужих взглядов. Шаги были тихими, почти осторожными, дыхание сдержанным, а сердце билось слишком громко для такого позднего часа. С тех пор как мир однажды вспыхнул цветом, ты научилась избегать источника такого изменения. Точнее, человека, который стал этим самым источником. Парень заметил тебя сразу. Джулиан стоял у стены, разговаривал с кем-то из персонала или тренером, но медовые глаза мгновенно выцепили твой силуэт. Уж слишком он долго здесь простоял, ожидая, когда ты наконец покажешься. Его бег был тихим. До двери оставалось немного, однако поздно. Чья-то нога уже настойчиво преградила путь. — Подожди. Пожалуйста. Просто поговори со мной. — ты замерла от голоса за спиной, не поднимая собственного взгляда, но прекрасно понимая, как цветной мир вокруг становился ещё более ярким. — Прошу прощения. Мне правда нужно идти, мисьё Локи. — ты коротко выдохнула, сжимая ремень сумки, словно он мог спасти от разговора. Вряд ли. Брюнет не убрал ногу, но и не приблизился сильнее, давая тебе клочок пространства, которого ты так отчаянно желала всеми фибрами души. — Я не займу много времени, просто нужно кое-что понять. — твои глаза наконец посмотрели на него и снова утонули в различных оттенках: тёплый цвет коричневой кожи, золотистый блеск глаз, тёмные короткие волосы. Всё это раньше было серо-чёрным. И ты это помнила слишком хорошо. — С того вечера, когда мы встретились в клубе всё изменилось, верно? Я увидел цвета. Вы оба моргнули. Всё так. — Скажи честно, ты тоже тогда начала видеть мир иначе? — в груди всё плотно сжималось в огромный шар от осознания, что от этого ответа больше нельзя убежать. Придется признаться. — Да, когда ты подошёл поговорить со старшим менеджером всё вдруг стало цветным. — соулмейт мягко выдохнул, словно долго держал воздух в лёгких. В его взгляде вспыхнула радость, сдержанная, но настоящая. Всё решилось так просто. — Я просто не знаю, что с этим делать. Это слишком быстро и серьёзно. Прости… — Я не прошу ничего сразу, однако мы можем начать со свидания. Рео Микаге Кондитерская встречает тебя тёплым светом витрин и сладким запахом ванили, но даже это не способно полностью скрыть твою усталость. Ты сидела за маленьким столиком у окна, машинально размешивая чай. Мозг то и дело прокручивал вчерашние воспоминания. Семнадцать лет — возраст, который должен был принести ответы, а вместо этого оставил только кучу вопросов. Странно это всё. Дверь щёлкнула. Глаза налились радостью. К тебе подходил давний друг, в руках у которого было несколько аккуратных пакетов, явно подобранных с особым старанием. Микаге подошёл ближе, и наклонился, чтобы приветственно обнять и позволить ощутить дорогой запах одеколона. — Привет-привет, прости, что не смог прийти вчера, я правда хотел, золотце. — парень протянул тебе все подарки, будто надеялся, что они смогут хоть немного сгладить всю его. — Рео, ты сумасшедший, их слишком много! — Я бы купил больше, если бы ты разрешила. — он пожал плечами и вы оба рассмеялись. Твой старый друг всё тот же. Ты не задумываясь, шагнула ближе, обнимая его крепко, с той теплотой, что копилась годами между вами. Молодой человек на мгновение замер, а потом осторожно обнял в ответ, словно боялся сделать что-то лишнее. — Просто не поверишь, как я вчера устала. Ужас просто, — вы уселись за столик, и пока ты ковыряла ложечкой принесенное пирожное, слова сами начали выливаться наружу. — Эта система соулмейтов… она дурацкая. Мне выдали список, и я полвечера сидела, гадая, кто вообще может оказаться таким человеком. — Настолько всё плохо? — Вот, сам подумай, кто вообще добавляет в «отвратительные черты» такие вещи, как «ревнив», «всегда рядом» и «неприлично богат»? Это же звучит как настоящая мечта из романов! — Микаге едва заметно напрягся. Его пальцы сжались вокруг чашки, а улыбка стала чуть более натянутой, чем обычно. Он либо сейчас умрёт от счастья либо от страха. — Ну, наверное, для кого-то это действительно может быть проблемой. — Для кого это? Для людей, которые боятся внимания? Или денег? — Рео тихо усмехнулся, однако в этом звуке не было обыденной лёгкости. Соулмейт сидел напротив тебя, слушал твои жалобы и чувствовал, как каждое слово попадает точно в цель. — Знаешь, иногда плохие черты — это просто неправильные формулировки. — аметистовый взгляд блеснул в твоих радужках. Ты посмотрела на парня гораздо внимательнее, будто впервые за вечер, и вдруг заметила, как он волнуется. Не как лучший друг, а как кто-то, кому слишком важно твоё мнение. Тогда, это всё могло означать только одно. — Рео?.. — Ешь пирожное, —возлюбленный спрятал свои глаза в чашке с чаем. — иначе остынет. Баро Шоэй Рискованно ли это было? Да. Стыдно ли будет в будущем? Возможно. Стоило ли это делать? Определённо. Ведь, если не сейчас, то, когда вообще ты сможешь узнать имя своего соулмейта, а? В пятьдесят или на сто-летний юбилей? В конце концов, один раз такое пережить будет не очень страшно. Ты на миг задумалась, где же именно оставила свой лиф, где тонкой красной ниткой написала инициалы и адрес для второй половинки, однако, к счастью, в голову ничего не пришло. Отлично. Значит, потерянная вещица точно дойдёт до великолепного человека, который ни разу ничего не потерял. И всё же, изумительная выйдет из вас пара: одна — вечно всё теряет, а другой — держит свой мир в строжайшем порядке. Но чей-то силуэт возле дома заставил тебя остановиться. Высокий, мускулистый и с тёмными волосами. Фух. Точно, твой сосед обещал зайти и попробовать починить кран. Как угораздило забыть? — Добрый день, Баро! — ты подошла ближе и вежливо кивнула головой, не обращая внимания на увесистую корзинку, что он держал в руках. — Спасибо большое, что нашёл время. Очень благодарна тебе. — Когда сделаю, тогда и будешь благодарить. — Да-да, конечно, проходи, — спорить желания не было, поэтому ты раскрыла дверь в свое жилище и провела брюнета и его нескромный багаж внутрь. — тут у меня вторая тапочка потерялась, поэтому могу только дать носки или свои. Шоэй пристально осмотрел твою квартиру, цепляясь алыми глазами за недостающими деталями. На полке оставалось пустое место для парфюмов. На вешалке не хватало ещё одной блузки. А твоя шёлковая резинка на голове и вовсе сменилась на заколку. Так ещё и недавняя интимная находка с подписью. Всё было так, как он и предполагал. Его соулмейтом оказалась ты. — Ванная в той стороне, если захочешь помыть ру… — Это тебе, — на лице проскочила тень изумления. Вся эта корзинка для тебя? С какой стати твой сосед стал бы делать подарки, если вы почти не знакомы? Да, виделись пару раз и на праздники друг друга поздравляли, но на этом точка. Ты неловко поджала губы. Может быть, решил поиздеваться? Там какие-то средства от пыли или как? — Забирай уже. — Спасибо. В ту же секунду ты почувствовала вес груза в собственных ладонях. Немного помедлив, пальцы подхватили ткань сверху и откинули её в сторону, чтобы наконец узнать, что же такого занимательного хранилось внутри. Смущение нагрянуло без лишних предупреждения. Щёки побагровели. Сердцебиение ускорилось раза в три или четыре. Дышать стало тяжело. — Я, правда… эм… — слова заканчивались на кончике языка, так и не сумев выбраться наружу. Всё же, идея была хреновой. — прошу прощения… Гоподи, какая глупость… Извини… — У меня только один вопрос: неужели не нашлось ничего другого, на чём можно было написать своё имя, кроме как на лифе? — Баро шагнул ближе, позволяя своим глазам заискриться чем-то невразумительным. Парень очень зол. — Мне он просто ужасно не нравился. — зато сосед полюбился очень сильно. Михаэль Кайзер — С кем она там так ржёт? Мать вашу… М! — парень крепче обхватил себя за грудную клетку, стараясь подавить неприятные позывы боли внутри. Сколько вообще могло таиться смеха в одной девушке? Как только не разорвало… — Она на стендапе или сборник анекдотов читает? — Ах, Михаэль, тебя снова плохо? Чёрт-чёрт-чёрт, что же делать? Я сейчас принесу воды! — Несс рядом тут же засуетился, видя своего близкого друга в беде. Он налил в стакан жидкость из графина, протягивая блондину. — Все было бы гораздо лучше, если бы сейчас было спокойно снаружи. Но твоя долбанная менеджер смеётся с Геснером! Держи, пей. — Что ты сказал.? Вода разлилась на пол, плюясь брызгами на лицо шатена, который совершенно не ожидал этого. Стакан выскользнул из руки, ударился о ножку стула и жалобно звякнул, будто подчёркивая момент осознания. В комнате стало слишком тихо, и даже боль, сжимавшая грудную клетку, на секунду отступила, уступив место бурлящей ярости. Ах, вот оно как… — Значит, моя менеджер. — теперь все пазлы сложились воедино. Смех, который он чувствовал, как удар током; радость, превращающаяся в физическое наказание; чужая лёгкость, которую приходилось платить собственной плотью. Кайзер поднялся с кресла, стискивая зубы. Алексис, конечно, попытался что-то сказать, остановить, предложить поговорить позже, однако был проигнорирован, словно лишний шум. Дверь распахнулась. — А потом эти два идиота поскользнулись и… — звук удара о стену заставил вас замолчать одновременно, уставившись на жестокое лицо нападающего. Высокая фигура заполнила проём полностью, отсекая свет и любые пути к отступлению. — Вон. — Эрик открыл рот, явно собираясь пошутить, но тут же передумал. Он буркнул что-то невнятное и поспешно исчез в коридоре, оставив вас вдвоём в неловкой, тяжёлой тишине. Голубые глаза смотрели пристально, слишком внимательно, будто он видел тебя впервые и сразу насквозь. — Михаэль? — Смешно было? Настолько, что я едва не сложился пополам от боли. — Это… это был ты?.. — блондин усмехнулся криво, без радости, однако это заставило тебя почувствовать укол боли, который тут же растворился. Соулмейт. — Быстро до тебя доходит. — ты сделала шаг вперёд, почти машинально, и остановилась, не зная, имеешь ли право приближаться. В голове роились извинения, оправдания, страхи. Кто ж знал, что при смехе не с ним твоему боссу будет настолько хреново? — Я не знала! Клянусь, если бы я… — Теперь знаешь, поэтому если смеяться — то со мной. Хватит делить это с кем попало. — кажется, теперь смех будет слышан совсем не от тебя. Рюсей Шидо Капюшон был натянут на голову. Вывеска студии татуировок уже виднелась под крышами домов. Хвала всем богам, что рядом не оказалось ни одного знакомого человека, иначе ты не знаешь, как бы вышла из этой невнятной ситуации. Потому что, кто в здравом уме вообще хотел бы вычеркнуть фразу своего соулмейта из жизни? Но твои мысли готовы поклясться, что любой человек пойдёт на такой риск, лишь бы не видеть это ужасное «Кукла» на предплечье. Колокольчик зазвонил. — Добрый день, я по записи, — ты коротко выдохнула и стянула с себя верхнюю одежду, одновременно приветствуя девушку за административным столиком. — Т/и Т/ф, эскизом были цветы и птица. — Здравствуйте, да, мастер скоро сможет вас принять. Ожидайте. — Спасибо. — глаза заскользили по помещению, оценивая обстановку: много рисунков, всяких книг-артбуков, различные фотографии знаменитостей и металлические фигурки зверей. Пугаться нечему. В конце концов, раз люди их рекомендовали и оставляли положительные отзывы, значит, всё точно должно будет произойти на ура. За дверью кабинета раздалась расплывчатая возня. Наверное, очередной клиент расспрашивал о своей татуировке и о том, как позаботиться о ней. Ты покосилась на рукав тёмного худи. Интересно, надпись будет жечь, когда игла будет вдавливать чернила в твою кожу? Всё же, твоя ситуация была немного иной. — Да-да, дай мне только отлить и я верну… Кукла? — твоя взгляд встретил знакомого парня, что разгуливал с голым торсом по коридору студии. Надпись на предплечье залилась теплотой. Чёрт. — Шидо. — Вот уж кого-кого, а тебя не ожидал здесь увидеть. — блондин ухмыльнулся и шагнул ближе, совсем не стесняясь блеснуть рельефными кубиками и прочими мышцами перед твоим лицом. Стыд был антонимом для его существования. — Решила ухо проколоть или что-то по-развратнее? — Не твоё дело, — ты вовремя остановила себя от наглого разглядывания мужского тела, заставляя закрыть глаза. Мало того, что Рюсей был твоим соулмейтом, так ещё и видок имел что нужно, ради соблазнения женских особей. Впрочем, это и была причина, почему ты оказалась здесь. Не стоит связывать судьбу с тем человеком, которому будет мало кого-то одного. — иди куда шёл, антенна. Ярко-розовые глаза заискрились. Обращение на его руке тоже стало жарче. — Что-то ты слишком грубая со мной, кукла. Разве я не заслуживаю хоть капельки симпатии, м? — блондин схватил тебя за запястье и потянул на себя, не особо заботясь о том, что скажут тату-работники или другие клиенты. Ему срочно нужно было увидеть доказательство своей любви. Не зря же он доставал тебя столько месяцев подряд? — Что ты творишь?! — однако было поздно. Объёмный рукав спустился ниже, открывая твоему соулмейту вид на знакомую фразу. — Такую красоту нельзя перекрывать, верно? Твои глаза широко раскрылись, когда заметили на смуглой коже Шидо твоё «Антенна» к нему в большом сердце. Похоже, запись отменяется. Табито Карасу Не иметь голоса почти половину дня сложно. Кажется, ты даже до сих пор не привыкла к тому, что нужно изъяснять слова на блокноте или жестами для других людей. И всё из-за чего? Из-за какой-то влюблённости? Этот момент навсегда окажется запечатленным в памяти. Тогда, в классе, ты просто хотела спросить о домашнем задании, повернулась к нему, а голос пропал. Ни звука, ни шёпота, только паника в груди и удивлённый взгляд напротив. «Эй, Т/и, с тобой всё в порядке?» Но в порядке ничего не было. Ведь с того самого дня ты уже знала правду, даже если не хотела в неё верить. Это было слишком символично, слишком похоже на те глупые легенды о соулмейтах, которые любят пересказывать старшеклассники, однако реально. Карасу сидел через два ряда, иногда лениво закидывал руку на спинку стула, иногда смотрел в окно, и всегда казался недосягаемым. Ты избегала чернильных взглядов парня, потому что каждый раз сердце начинало биться быстрее, а горло — сжиматься ещё сильнее. Одноклассник оставался вежливым и отстранённым, совсем не подозревая, что одним своим присутствием лишает тебя голоса. А ты молчала, потому что иначе было невозможно. Впрочем, время скоро пройдёт, уедешь из города и наконец-то сможешь говорить вновь. Осталось только потерпеть. Уроки на сегодня закончились и нужно было спешить на электричку. Рюкзак неприятно тянул плечо, мысли путались, а блокнот с кривыми записями снова оказался в руках. Кто-то неожиданно окликнул тебя. — Постой, принцесса, ты забыла, — Табито догнал твой силуэт несколькими широкими шагами, а потом замедлился. В его руке была твоя ручка? Кажется, ты одалживала её Сумико несколько недель назад; она была обычной, с потёртым корпусом. Разве стоило бежать только из-за неё? Во всяком случае, не важно. Ты только кивнула, как делала уже много раз за день, принимая предмет и пряча взгляд. Брюнет нахмурился едва заметно, словно что-то в твоей реакции показалось ему неправильным. Он задержался рядом, не уходя сразу, будто искал повод продолжить разговор. — Спешишь? Может, тебя провести до дома? — молодой человек неловко кашлянул и протянул руку, аккуратно касаясь твоего запястья, чтобы привлечь внимание. — Или не хочешь? И в тот же миг что-то внутри щёлкнуло. Это касание… Воздух ворвался в лёгкие резко, почти болезненно, а затем ты услышала хрип собственного голоса. Что? Как такое могло произойти? Ты ахнула, машинально выронив ручку и накрыв губы ладонями. — Я могу говорить?.. — Так, поедем вдвоём? — ответа ждать долго не пришлось.