Я пытался уйти от любви
Я брал острую бритву и правил себя
Я укрылся в подвале, я резал
Кожаные ремни, стянувшие слабую грудь.
Распахивает дверь с громким стуком, смотрит — Валеры нет, зато слышаться какие-то копошения в кабинке справа от окна. Их любимая. Вахит несильно пинает дверь ногой. — Слышь, Турбо! Ты решил и тужиться, и чтобы время зря не терять сижку выкурить? И издевательски ржёт со своей же шутки, но Валере не привыкать; Валера давно свыкся с его идиотскими шутками, которые тот умудряется придумывать буквально снихуя: даже в час ночи; даже тихо шепчет их на сборах, и сам же тихо ржёт в кулак. Однажды, когда Туркин спокойно сидел на кухне и поглощал макароны с сыром, никого не трогая, Зималетдинов сходу выдаёт про Валеркины «дай десять секунд, п-пожалуйста!». Тогда Валеру пришлось чуть ли не откачивать. Послышался скрежет щеколды. Миг и дверь кабинки открывается; Туркин вальяжно проходит к умывальнику, попутно затягиваясь.Но я хочу быть с тобой
Я хочу быть с тобой
Я так хочу быть с тобой
Я хочу быть с тобой
И я буду с тобой.
— Ну чё? Насрался-натанцевался? А Валерка-то только кудряшки на затылке взлохмачивает, да молча протягивает сигарету Вахиту. — Ну чё ты здесь сидишь, а? Скоро-то медляк закончится, а Алиска твоя уже видать заждалась тебя, — продолжает огрызаться Зима, кривя губы в ухмылке. Валера не только свыкается с шуткамиНо я хочу быть с тобой
Я хочу быть с тобой
Я так хочу быть с тобой
Я хочу быть с тобой
И я буду с тобой.
— Но я хочу быть с тобой, — тихо шепчет Валера, глядя на застывшего в дверях Вахита, — ты прав, там медляк скоро закончится, но может быть… Мы ещё успеем? — и растягивает губы в неловкой, но любящей улыбке. — Ты че, Лер? Там же… Там же п-пацаны, и-и…! — Вахит поворачивается к Туркину, растеряно хлопая глазами. — А я и не говорю танцевать при них; у нас будет свой дискач, со своим Наутилусом!***
Они немного неловко покачиваются в пустом, тёмном коридоре ДК, специально выбрав место, где хорошо слышны финальные завывания Бутусова, но даже несмотря на весь риск быть пойманными, они преисполняют нежностью каждое движение; Валера смазано целует Вахита куда-то в скулу, пока тот тянется к его губам. И опускаясь к его шее, кусает, вытягивая из Туркина сдавленный вздох. — Ты чего? А если пацаны увидят? И что я скажу Алисе? — А, её Алиса зовут, а я-то думал, что она шмара ебанная. — Надеюсь ты не станешь набивать ей ебло? — тихо смеётся-мурчит на ухо Зималетдинову Валера, покачиваясь с ним в такт. — Ну я подумаю.Но я хочу быть с тобой
Я хочу быть с тобой
Я так хочу быть с тобой
Я хочу быть с тобой
И я буду с тобой.
Они так увлекаются своими перепалками, вкупе со смазанными поцелуями, что даже не замечают целующихся на лестничном пролёте Андрея и Марата.