Наказание

      Терпение Ангела потихоньку заканчивалось. Он еле держался на дрожащих ногах, теряя контроль над собственным телом, и всё пытался достать свой шарик, намереваясь впечатать его в морду наглого стража, чтобы тот наконец вспомнил где его место, по мнению Серфелия. Ангел уже напридумывал себе все самые жестокие пытки, которые он готов воплотить персонально для Бореала. А тот всё ещё продолжал обжигать нежную шею стражика своими морозными укусами. Яркая кровь начала стекать по плечу Ангела и марать одежду. Однако Северный аккуратно слизывал все упущенные капельки сияющей жидкости, которая отдавала сладостной пряностью.       Серфелий молчал. Несмотря на старания Кхуалхула вытянуть из стража хоть какой-нибудь возглас, у него не выходило. Но Ангел уже еле держался и с каждым новым укусом вырывающийся стон становился только сильнее, чуть ли не разрывая на части его глотку.       — Я тебя разбудил для того, чтобы ты молчал? — Прервался Бореал, облизывая губы, измазанные в крови Ангела. Тот не издал ни звука, не желая угождать прихотям извращенца. Однако он не стал просто сердито смотреть на стража своими очаровательными глазками. Ангел открыл рот, который был всё ещё накрыт рукой наглеца и укусил его за ладонь. Как только его зубы впились в кожу, не́когда мягкая рука Бореала тут же покрылась коркой льда, а тот её одёрнул. Ангел воспользовался положением и пнул Кхуалхула ногой в живот. В мгновение ока чёрный шар оказался в руках Серфелия, который уже прицеливался. Пинок не вызвал почти никакого дискомфорта у мужчины, всё-таки он был крупнее и крепче Ангела, однако удар хороший, что тот чуть не упал. Юноша расправил крылья, как бы блокирую возможные варианты побега Северного, правда тот и не собирался. Он резким движением оказался вплотную к Ангелу, с силой вырывая шар из его рук и бросая его в стену. Шар был цел, а вот Ангел нет. Бореал, хватая его за плечи, резко дёрнул вниз, ставя мелкого на четвереньки. Он схватил длинную косу Ангела и натянул её, чтобы немного приподнять голову стража.       — Отпусти! Наглец! — Начал было кричать Ангел, как Бореал наступил на его голову и прижал к полу, не став дослушивать. Он нагнулся и схватил руки Серфелия, собирая их вместе и создавая небольшой нарост льда, чтобы выиграть немного времени, пока он не растает. Приподняв Ангела, Кхуалхул начал грубо срывать с него одежду, пока тот что-то кричал и вырывался. Отбросив балахон в сторону, страж снова нагнул парня и обошёл его, подойдя к месту, которое должно осквернить и его честь, и честь Ангела. Но кого это волнует, свой план Северный вынашивал долго и теперь не оставит Серфелия без наказания за все его деяния. Лед подло треснул и руки стража оказались свободны. Испуг резко ударил в грудь Бореала, и он быстро схватил косу Ангела, снова беря над ним контроль через боль. Кто сказал, что ледяной страж может быть нежен.       Ангел отчаянно пытался вырваться из столь плачевного положения. Его буквально собираются лишить девственности и похоже никто не остановит этого сумасшедшего, который уже медленно стягивал штаны с юноши. Серфелий замер, как только понял, что полностью раздет. Он плотно прижал крылья к телу, закрывая ими себя от Бореала, правда стража это особо не волновало. Теперь всё его внимание было устремлено на гладкий зад Серфелия. Ангел спешно пытался придумать что можно сделать, чтобы освободить себя. Просто вырываться было бы очень больно, Бореал всё ещё держит косу, а шар далеко у стены лежит. Хотя, если так подумать, даже если бы он вырвался, то Кхуалхул мог просто перегородить выход своими сосульками. Вдруг Ангел вскрикнул, но тут же опомнился и закрыл себе рот руками. Тело начало дрожать. Два пальца резко вошли в анал Серфелия, с трудом проталкиваясь внутрь.       — Как же пальцы сковывает. Внутри так узко… но горячо — Пробубнил Бореал вскользь, но желая чтобы Ангел прекрасно его слышал. И он слышал. Стараясь не издать ни звука, он представлял все самые ужасные исходы, которые скорее всего будут воплощены. От этого становилось омерзительно. Резкая боль начала распространятся от анала Ангела по всему телу, скапливаясь неприятным сладким ощущением в ногах, ослабляя их. Кхуалхул начал двигать пальцами внутри, похоже, пытаясь растянуть стенки полости. Внутри было так мокро и скользко, но очень тепло, к такому Ледяной страж не привык. Только вот своими пальцами он отдавал холод Серфелию, что только удваивало его дискомфорт. Необычные ощущения искушали Бореала продолжать. Он начала просовывать пальцы глубже и вынимать их. Ангел то и дело вскрикивал и протяжно стонал. Как бы он не старался, у него не получалось молчать. Возгласы отчаяния рвались наружу, избавляясь от любых преград на своём пути. Кхуалхул начал ослаблять хватку и медленно отпустил косу Ангела, однако это ничего не изменило. Серфелий не мог как-либо противостоять действиям стража, хоть и пытался что-нибудь придумать.       — Как думаешь, я смогу до упора войти в тебя? — С издёвкой задал вопрос Ледяной страж, высовывая пальцы и поднося их к лицу, чтобы рассмотреть. Ангел ничего не ответил. Тело его не слушалось, и он продолжал стоять на карачках, упираясь локтями в пол. Воцарившуюся тишину прервало шуршание чего-то. Бореал тоже притих, однако изредка доносилось его пыхтение. И вроде бы даже шум вскоре смолк, вот только до Серфелия дошло, что это был за шум. От осознания что этот ледяной извращенец собирается сделать того передёрнуло. Холодок дважды пробежался по всему телу, отдавая тревогой в грудь. А сам он никак не мог помочь себе, Кхуалхул сделал всё, чтобы полностью держать Ангела под контролем. Серфелий сам уже начал сходить с ума, поддаваясь ложной надежде, что сейчас всё на этом закончится, однако утверждать такое глупо. Он слаб, и Бореал воспользуется этой слабостью.       — Представляю, как будет тесно, однако меня тешат мысли о том, как ты падёшь передо мной на колени. — Выпалил Северный, давая Ангелу почву для размышлений. Парень же нервно сглотнул, затуманенным взглядом сверля стены пещеры.       Казалось минуты тянулись как часы. Ангел уже изрядно устал стоять в этой «планке на коленях», от которой у него уже болели локти. Вдруг что-то очень холодное коснулось его ягодиц. Будто к нему приставили настолько холодную сосульку, что о неё можно было обжечься. Это была уже не рука. У Кхуалхула когти немаленькие и очень ощутимые, а это было что-то округло е гладкое. Правда до Серфелия допёрло слишком поздно, когда головка члена уже начала проталкиваться внутрь. Бореал медленно входил, останавливаясь на каждом рубеже по несколько минут и двигая стволом, растягивая анал. Каждый такой рубеж сопровождался тяжкими вздохами мужчины и скулением Ангела, который уже пустил слезу и тихонько всхлипывал.       — Как же легко сломить тебя и твою гордость. Почему же ты не зовёшь никого на помощь? Боишься, что кто-нибудь увидит тебя в таком состоянии? — Страж издевался над Серфелием, проходясь по самому важному для него – его чести. Он знал, что Ангелочек боится позора, ведь тогда его фигура «заботливого и ответственного стража», которую он с таким трудом выстраивал все эти миллионы лет, рухнет. Мысли об этом грели желание мести, только увеличивая его. Серфелий не стал ничего отвечать, даже если бы мог физически. Он продолжал зажимать себе рот руками, однако стерпеть эту боль было трудно. Хотя самому Бореалу было неприятно, по всей вошедшей длине члена со всех сторон на него действовало не малое давление. А когда он ещё налился кровью, то оно удвоилось. Тем не менее до конца войти не удалось, уж слишком сильная была давка. Кхуалхул начал медленно вытаскивать своё достоинство, но не дойдя до конца он остановился и начал снова входить. Потихоньку ускоряя темп, он всё больше растягивал Ангела и смог войти глубже.       Ангел протяжно скулил. Было очень холодно внутри и больно. Этот мерзавец ещё и передышек не делал. Чем глубже он входил, тем сильнее Ангел закрывал свой рот руками. Все его попытки издавать как можно меньше звуков были тщетны. Каждый раз случайный вскрик просачивался в щели между пальцами, раздаваясь с новой силой, отражаясь от стен пещеры. Серфелий надеялся, что его вопли были почти не слышны, однако Бореал всё прекрасно и отчётливо слышал, наслаждаясь его возгласами. Он ускорял темп, чтобы Ангелочку было тяжелее сдерживать себя, от чего, вдобавок к скулёжу Ангела, добавились хлопки, которые раздавались во всей пещере.       И всё же Кхуалхул смог войти до упора, хоть это было не так просто, однако награда уже подбиралась. Влажные фантазии стража прервала подбирающаяся нужда. Ангел чувствовал каждым сантиметром своего анала, как ледяной ствол стража напрягается и сильнее давит на него изнутри. Он зажмурился. До него дошло, что этот идиот не собирается отступать. Серфелий в панике пытался вырваться из этой ловушки, хватаясь руками за пол пещеры и подтягивая своё тело. Однако его остановила резкая боль в ягодицах, от чего он замер, подавившись собственным криком. Бореал вонзил свои когти в мягкие ткани и с силой придвинул Ангела к себе, распластав того по полу. Жалкое зрелище. Бедный парнишка весь дрожал, не зная куда деть собственные конечности. Крылья его беспорядочно расстелились вокруг действа, уходя куда-то за Северного стража.       Наконец Кхуалхул дал слабину и ледяная жидкость, словно кипящий воздух вырвалась из него, наполняя Ангела доверху. Серфелий уже не в силах был как-то противится извращенцу и дал ему то, чего он так желал. Всю округу разразил вопль. Ангел кричал и давился слезами, скрутившись на полу, закрывая себя крыльями. Всё мерцало белой пеленой, и глаза начали болеть. Холод яркой вспышкой разрывал его тело изнутри так, что он не чувствовал конечностей. Кхуалхул же стол в стороне и не сводил глаз с Ангела, расплываясь в надменной ухмылке. Он наслаждался его страданиями, зная, как это сильно бьёт по его психике. Однако Серфелию недолго осталось лежать без дела, ведь он ещё не вкусил запретный плод с Севера.