Ангел

На второй мировой войне Стиву пришлось столкнуться со многим необычным и сверхъестественным. Сыворотка, которая превратила его в суперсолдата. Красный Череп. Гидра. Тессеракт. Оружие, после которого от солдат не оставалось даже пепла. Стив думал, что его уже ничем не удивить. Но новый век раз за разом убеждал его в обратном; сначала боги и инопланетяне, сыплющиеся прямо с неба, потом обнаруженная в ЩИТе Гидра, которая считалась давно почившей… А теперь вот это. На базу Гидры кто-то пришел раньше них. На лицах мертвых агентов застыл ужас. Там, где должно быть сердце, зияет выжженная дыра, от краев поднимается белёсый дымок. Стив усилием воли заставляет себя перевести взгляд с мертвецов на сокомандников. Наташа, не верящая ни в бога ни в чёрта Наташа, суеверно крестится. По спине пробегает стадо мурашек. — Какое оружие могло оставить такой след? — побелевшими губами шепчет Тони. — Это не оружие. Это Он, — так же шепотом отвечает Наташа, дико озираясь по сторонам. — Уходим отсюда. Если Он здесь был, нам тут делать нечего. *** В джете все молчат. Стив обводит взглядом свою команду, но все отводят глаза. Наконец, Стив спрашивает: — Что за таинственный «он»? Наташа качает головой. — Никто не знает, что Он такое, — шёпотом произносит она. — Но явно что-то потустороннее. О Нём даже разговаривать опасно, ходят слухи, что Он это чувствует и приходит за чересчур болтливыми, — Наташа зябко поводит плечами и отворачивается. — Прости, Стив, большего я сказать не могу. Остальные только разводят руками, без слов соглашаясь с Наташей. *** Стив понимает, что ему и правда никто ничего не скажет. Он пробует найти в интернете хоть что-то про таинственного карателя, но кто-то явно хорошо вычистил всю информацию. Он ищет загадочные смерти, но находит всего пару похожих по описанию случаев — где о личности убийцы ничего не говорится. Стив чувствует, что Наташа знает больше других, и пытается выяснить что-то у неё, но та лишь качает головой и говорит: — Я уже однажды прошла по лезвию ножа. Я столкнулась с Ним — и выжила только чудом. Я не готова рисковать. *** Следующие миссии по зачистке Гидры проходят также — они приезжают на уже зачищенные базы. Он всегда успевает раньше них, не оставляя никаких следов, кроме вереницы трупов с выжженным сердцем. — Я не понимаю, почему вы так боитесь его, — говорит однажды Стив. — Он, как и мы, борется с Гидрой. Мы с ним на одной стороне. — Он на своей собственной стороне, Стив, — качает головой Наташа. — Никто не знает, по какому принципу Он убивает. Сегодня это Гидра, завтра это может быть кто угодно другой. Он словно… словно ангел-губитель, который карает нечестивцев. Только вот праведников в этом мире не осталось. — Мы «за хороших парней», — пытается спорить Стив, и Наташа тяжело вздыхает в ответ. — Стив, посмотри на нас, — она обводит рукой Мстителей. — Да, сейчас мы на стороне добра, но у каждого из нас есть свои демоны, есть то, о чем мы бы хотели забыть, но о чём мы никогда не забудем и не простим себе. Я работала на КГБ, Стив. Думаешь, это лучше Гидры? Тони торговал оружием, из-за него погибло много людей. Клинт был в бандитском цирке. У Брюса есть Халк. Мы не ангелы, Стив. Ему есть за что предъявить нам счёт. Стив проглатывает ответ. У него тоже есть демоны. Он до сих пор просыпается по ночам от крика летящего в пропасть Баки. И не может простить себя за то, что не удержал. *** Стив понимает, что, преследуя одни цели, они должны будут однажды пересечься. В глубине души он ждёт этой встречи. И на очередной базе Гидры они успевают его застать. Хотя назвать это «встречей» сложно. Он стоит на крыше маленькой бетонной коробки — эта база замаскирована под небольшой исследовательский комплекс — и смотрит вдаль. В лучах закатного солнца виден только силуэт, и у Стива ёкает сердце. Эта спина, разворот плеч, наклон головы — так напоминают Баки, что становится больно. Фигура на крыше чувствует взгляд, и наваждение пропадает. Из спины вырастают огромные крылья, окутывают фигуру с ног до головы, и та растворяется в воздухе, оставив лишь белёсую дымку. *** На следующей миссии Стив сталкивается с ним практически нос к носу — тот идёт по базе опустив голову и ничего не видит перед собой. За мгновение до столкновения он вдруг замирает, поднимает голову и смотрит на Стива — Стиву кажется, что он смотрит прямо в его душу, хотя глаза скрывают плотные, тёмные очки. Это длится пару секунд, но по ощущениям Стива проходит вечность, прежде чем тот заворачивается в крылья и исчезает. *** А потом всё резко прекращается. Они настолько успели привыкнуть к тому, что к их прибытию базы уже пустые, что, когда на следующей миссии по ним открывают огонь, они теряются. Только чудом им удаётся быстро собраться и зачистить базу. И когда, на протяжении долгого времени, они не натыкаются на следы губителя Гидры, Стив начинает переживать. Наташа только крутит пальцем у виска. — Стив, Он неуязвимая потусторонняя хтонь! Что с Ним может случиться? Стив и сам не может объяснить, чем вызвано беспокойство. Но он не может отделаться от образа Баки, который он увидел на крыше. Он понимает, что это иррационально, понимает, что это не может быть Баки. Но почему-то ему кажется, что если бы Баки переродился после смерти, он бы мог стать Ангелом Смерти. Особенно для Гидры. Стив снова пытается искать таинственного ангела — после того, как он разглядел его крылья вблизи, он не может его называть иначе — но у него слишком мало данных. Чёрное оперение на крыльях, металлическая рука с чёрной звездой, длинные чёрные волосы. Чёрная форма, чёрная маска, чёрные очки. Он ищет похожие упоминания в архивах ЩИТа, но ничего не находит. Похоже и правда никому не доводилось столкнуться с ним вблизи. Фьюри на расспросы отвечает что-то про дьявола и плюёт через плечо, Наташа отказывается ему помогать твердя про опасность. — Он не тронул меня, когда мы с ним столкнулись в коридоре базы, хотя мог, — пытается спорить Стив. — Видимо ты и правда святой, — хмыкает на это Наташа. — Тебя он тоже не убил, — возражает Стив. — Мне просто повезло, — отвечает Наташа. *** А потом, на одной из заброшенных баз Гидры они находят скипетр Локи, и Тони забирает его для исследований, чтобы создать планете защиту, но камень выходит из-под контроля и создает жуткого Альтрона, который хочет уничтожить всё человечество. Они пытаются его остановить, но тот слишком легко обставляет их раз за разом. Ситуация меняется только тогда, когда его союзники предают его, перейдя на сторону Мстителей. Он прячется в заброшенной Заковианской церкви. Он поднимает город в воздух, чтобы обрушить его вниз, убив этим всё живое на планете. Они сражаются с сотней его роботов, пытаются спасти горожан, пытаются предотвратить трагедию, но Мстителей мало, а людей так много, и они не справляются. Стив видит машину с людьми, которая вот-вот упадет с края и кидается их спасти. Ему удается вытянуть её, но он сам соскальзывает. И он летит вниз, а потом один из обломков ударяет по его шлему, и он отключается. *** Он открывает глаза и видит чёрные крылья. Ему кажется, что он бредит. Он закрывает глаза и снова отключается. *** Сначала возвращается осязание. Он чувствует сухую землю под ладонями, шершавую стену под спиной — даже сквозь слои костюма, чувствует тяжелое тело, прижимающееся к нему. Потом приходят звуки. Выстрелы, крики, стоны. Они смутные, словно его отделяет от них звуконепроницаемая стена. Он открывает глаза и пару мгновений привыкает к темноте. Он снова видит над собой чёрные крылья. Ангел накрывает его собой, оперевшись локтями о стену по обе стороны от его головы. Под его металлической рукой плавится камень. Стив тянется потрогать его крылья, и ангел замечает, что тот очнулся. Он отодвигается, и смотрит Стиву в лицо. На этот раз он без очков. У Ангела Смерти глаза Баки. Стив моргает, и ангел отворачивается. Встает, встряхивает крылья, и с них сыпятся мелкие камушки. Подает Стиву правую, живую руку, помогает встать. Оборачивается в крылья и исчезает не прощаясь, оставив Стиву только фантомное ощущение тепла чужой руки. Стив оглядывается. Роуди заканчивает грузить людей в хелликерриеры, остальные Мстители в заброшенной церкви, куда Альтрон стягивает своих роботов. Стив бежит туда — и как раз вовремя. Роботы кидаются на Мстителей, пытаясь пробиться к установке, которая может погубить их всех. Они отбиваются. Но роботов слишком много. Они наседают, на месте каждого уничтоженного появляется новый, им не видно конца, и в какой-то момент Стиву кажется, что Мстители не выстоят. Что Альтрон победит. А потом, Стив замечает где-то вдалеке тёмную тень. Она мелькает размытым пятном, почти не заметно для глаз. Но там, где она мелькает, роботы падают. Вскоре их почти не остается. Последних добивают Мстители. Тони, Тор и Вижн общими усилиями расплавляют Альтрону корпус, Ванда вырывает его металлическое сердце и стирает в порошок. Они победили. Почему-то ощущения победы нет, только усталость. И мысль — «Он меня спас. Ангел с глазами Баки меня спас». *** Мысли о таинственном ангеле преследуют Стива по ночам, не дают покоя. В снах, у ангела не только глаза Баки — в снах он без маски, в снах ангел — это Баки. В снах ангел спасает его, прячет под крыльями, срывает с лица проклятую маску и целует его до умопомрачения. В снах ангел не только целует его. После таких снов Стиву плохо. Он чувствует, что предаёт память Баки, переключившись на какого-то мужика с крыльями. Что он заменил Баки кем-то чужим. Стив говорит себе, что этот ангел никак не может быть Баки. Но мозг упорно пытается найти косвенные доказательства того, что это он. Сходство. Тот факт, что он его спас. Стив не может найти других объяснений своему спасению. Иногда он думает, что ничего вовсе не было, что он не падал, его не спасали, он просто ударился головой и ему всё привиделось. Никаких доказательств случившегося нет. Из Мстителей никто не видел ни падения Стива ни ангела с чёрными крыльями. Вообще никакого ангела. Но на следующих миссиях Стив замечает краем глаза тёмную фигуру. Она мелькает там, где Стиву может грозить опасность. Наташа тоже замечает её. — Кажется, кто-то решил переквалифицироваться из Ангела Смерти в Ангела-Хранителя, — хмыкает Наташа, окидывая Стива оценивающим взглядом. — По ходу, ты и впрямь святой человек, раз даже на потусторонних существ влияешь. Стив только качает головой. Он себя знает. Он не святой. Но реплика Наташи подает ему идею. На следующей миссии он отыскивает взглядом тёмный силуэт. Он не сводит с него взгляд всю битву. Он подставляется, намеренно. И видит, как тот перемещается, чтобы прикрыть его крылом от пули. Наташа крутит пальцем у виска. — Стив, ты не можешь так рисковать. А если бы он не успел? Но Стиву плевать. Он определил свою цель. А он всегда идёт до конца. *** Стив подставляется. Намеренно. На каждой миссии. Он пытается выловить своего ангела, заставить оказаться ближе, дать разглядеть себя. Он не может себе самому сказать, чего в этом больше — простого любопытства, желания получше узнать того, кто по одной ему ведомой причине взялся защищать его — или попытка убедиться в очередной раз, что это не может быть Баки. Ангел его спасает. Каждый раз. Но — издалека. Не приближается к нему. И Стива заносит всё сильнее. С каждым разом у него всё более рискованные планы, более опасные. У Стива и раньше бывали самоубийственные планы. Это, можно сказать, его визитная карточка — ещё до падения во льды. В команде и не замечают, как далеко он зашёл — кроме Наташи. Она качает головой, говорит: — Я всё понимаю, Стив, но это уже слишком. Однажды он может не успеть. Но Стива уже не остановить. У него навязчивая идея. Если ангел не успеет его спасти от опасности, он придёт вытаскивать его, как тогда, когда он упал. Может, у Стива получится его задержать. О варианте, в котором спасать будет уже некого, Стив не думает. *** Очередной свихнувшийся злодей разносит очередной город, Мстители пытаются его остановить, параллельно пытаясь спасти как можно больше гражданских. Стив замечает людей застрявших в здании, которое вот-вот разрушится. Он привычно оглядывается, замечает тёмную фигуру своего ангела хранителя и кидается к зданию. Потолок падает, и Стив подхватывает его, удерживает, пока люди выходят. Когда последний человек выходит из здания, Стив снова бросает взгляд на своего ангела. Издалека глаз не видно, но он чувствует, что тот прожигает его взглядом. Стив медленно, словно устал и не может больше удержать вес здания, опускает руки. Здание складывается на него, его засыпает, придавливает обломками, в бок впивается прут арматуры. Очередной обломок ударяет по голове, и наступает блаженная темнота. *** Стив открывает глаза. Видит перед собой обеспокоенное лицо Баки, слышит встревоженный шёпот, но не может разобрать слов. Стиву кажется, что он бредит. *** Стив открывает глаза. Он не сразу понимает, где он находится. Он ничего не видит, и на какой-то миг ему кажется, что он ослеп, но потом он начинает различать смутные очертания, и понимает, что вокруг просто очень темно. А потом возвращается боль. *** Стив открывает глаза. Вокруг темно, но он различает чёрное оперение своего ангела-хранителя. Боль в боку словно притупилась. Он пытается сосредоточиться, вспомнить, что произошло, но в голове туман. *** Стив чувствует, как ему на лицо что-то капает. Чувствует, как кто-то осторожно стирает влагу с его лица, слышит, как кто-то тихо всхлипывает и шепчет «Ну же, Стив, вернись». Чувствует, как его лицо осыпают поцелуями. Чувствует поцелуй на губах. Стив не открывает глаза. Он уверен, что то что он увидит может разбить ему сердце. *** Стив приходит в себя в больнице. Запахи лекарств и средств дезинфекции возвращают его в болезненное детство. Стив открывает глаза. В кресле напротив дремлет Наташа. Когда Стив шевелится, она сонно моргает глазами, потом собирается и резко выпрямляется. Встаёт, подходит к Стиву, берёт за руку. — Ты как? — спрашивает она тихо, но звук всё равно впивается в голову иглой. Стив пытается сглотнуть, но в горле сухо. Наташа замечает, и протягивает стакан с трубочкой. Стив жадно выпивает воду, прочищает горло. Хрипит: — Жить буду. В голове бессвязные обрывки того, что он видел, когда приходил в себя. Или того, что ему привиделось. У него с трудом получается разделить реальность и бред. Но в том, что образ Баки был навеян его фантазиями из снов, он уверен. Почти. Он убеждает себя в том, что это невозможно, не даёт себе поверить в то, что Баки жив, пусть даже… вот так. Ведь если он поверит — разочарование будет больнее. Наташа смотрит на него нечитаемым взглядом и молчит. Долго. Потом возвращается к креслу, придвигает его поближе к койке, опускается в него. Наклоняется к висящей на кресле сумочке, достаёт из неё красный блокнот с чёрной звездой. Вертит в руках. Тяжело вздыхает. — Стив, ты был без сознания три дня, — говорит она наконец. — Три дня без сознания, не потому, что тебя ранил враг, а потому что ты сам, по своей собственной инициативе, взял и уронил на себя здание. Ты мог умереть. Просто умереть, из-за какой-то навязчивой идеи, — её голос срывается, но она быстро берёт себя в руки и продолжает: — Я не знаю, как тебя не раздавило в лепёшку. Хотя нет, на самом деле я… догадываюсь. Не знаю, что Он в тебе нашёл, но Он уже спасал тебя раньше и… ты бы не выжил там без сверхъестественной помощи. Стив пытается пожать плечами, но получается только слегка дёрнуть. Повреждённый бок простреливает болью. Наташа снова вздыхает, встречается с ним взглядом. Спрашивает: — Ты же не отступишься? Это не совсем вопрос, скорее утверждение, но Стив медленно ведёт головой из стороны в сторону. Наташа отводит взгляд, переводит на блокнот в своих руках и вздрагивает, словно только сейчас заметила его. — Я ожидала этого ответа, — признаёт она, и прекращает вертеть блокнот, опускает его на колени и накрывает руками. — Я… подергала за ниточки. Старые контакты, о которых я надеялась не вспоминать. Они достали мне эту книжку. Тут есть… формула призыва Зимнего Солдата. Это твой… Ангел-хранитель. Это очень опасно. Последние, кто пытались его призвать, поплатились за это своей жизнью. Но ты… ты Ему приглянулся. Я не думаю, что Он станет убивать тебя, после того, как столько раз спасал. И это точно… более безопасный способ призыва, чем твои попытки самоубиться. Я оставлю тебе эту книжку, только пообещай, что ты не станешь этим заниматься, пока не восстановишься. Стив медленно моргает в знак согласия. *** Стив суперсолдат. У него регенерация в четыре раза выше, чем у обычных людей. Спустя неделю он уже сносно стоит на ногах, и его отправляют долечиваться домой. Стив обещал Наташе восстановиться, поэтому он выжидает ещё два дня. Его всё ещё пошатывает, но больше ждать он не может. Он должен разобраться и поставить точку в этой истории. *** Стив тщательно перерисовывает пентаграмму из блокнота. Расставляет по кругу свечи. Задергивает шторы. Зажигает свечи. Выключает свет. Пламя свечей дрожит, словно по комнате гуляет сквозняк. Стив становится у края пентаграммы и прикрывает глаза, представляет страницу из блокнота. Медленно, тихим и низким голосом произносит строчки заклинания. — Желание. Ржавый. Семнадцать. Рассвет. Печь. Девять. Добросердечный. Возвращение на Родину. Один. Грузовой вагон. Пламя свечей вздымается до потолка, огонь охватывает всю пентаграмму и опадает, свечи гаснут, погрузив комнату в мрак. В центре пентаграммы Стиву удаётся различить тёмную фигуру. Стив медленно, не спуская взгляда с фигуры, отступает к выключателю. Включает свет. Стив видит Баки. Заматеревшего, в непривычной одежде, с длинными волосами, с металлической рукой. И крыльями. Огромными, чёрными крыльями. Но это точно Баки. Разве что, существо намеренно приняло образ дорогого Стиву человека. На лице ангела-возможно-Баки сменяется гамма эмоций; возмущение, удивление, недоверие, и, наконец, испуг, когда Стив, схватившись за грудь, заваливается на бок и падает. Он кидается к Стиву и подхватывает его живой рукой в паре сантиметров от пола. Стив хватается за металлическое предплечье и тут же с шипением отдёргивает руки. На ладонях остаётся след от ожога. Ангел (Баки?) осторожно опускает Стива на пол и отходит в сторону. Бормочет под нос: «Я знал, что так и будет». Сползает по стене, садится на пол, смотрит на Стива. Стив аккуратно выпрямляется, садится напротив Баки. Поднимает руки, показывает, что ожог почти сошёл. Шепчет: — Всё в порядке. — И потом: — Баки? Это правда ты? Тот смотрит на ладони Стива, опускает голову. Молчит долго. Потом поднимает взгляд и смотрит Стиву в глаза. Говорит: — Какая разница? Я всё равно… не тот Баки, которого ты знал. — Он переводит взгляд на свою металлическую руку и спрашивает: — Зачем ты меня призвал? — Мне нужны были ответы. — Стив не сводит взгляда с его лица. — Получил? — мрачно хмыкает точно-Баки. — Почему ты спас меня? — Сам не знаю. — Ты врёшь. Баки тяжело вздыхает. — Это правда. Когда я столкнулся с тобой на той базе Гидры, я… не помнил тебя. И себя тоже. Я жил только ради мести. Встреча с тобой, она… изменила что-то в моём сознании. И я начал следить за тобой, издалека. Я не мог объяснить себе, почему меня притягивает к тебе. Когда я увидел, как ты падаешь, это было… словно включился какой-то инстинкт. Я не отдавал себе отчёта в своих действиях, я просто должен был тебя спасти. Я понял, что должен защищать тебя ценой жизни. И что так было… всегда. — Баки замолкает, словно собираясь с мыслями, потом продолжает: — Я начал прикрывать тебя на миссиях. Это было так знакомо, наблюдать за тобой со стороны, видеть, как ты, как будто специально, лезешь под пули… Стив отводит взгляд, и Баки распахивает глаза в осознании. — Мне не казалось. Ты правда это специально делал. Но… почему?! — Это было единственным способом хоть ненадолго стать ближе к тебе, — пожимает плечами Стив. Переводит взгляд на свои руки. Спрашивает: — Когда ты вспомнил? — До твоего последнего подвига, — Баки кивает на травмированный бок. Добавляет себе под нос: — Придурок. — Это была моя реплика, — слабо улыбается Стив, но улыбка не касается глаз. Баки отмахивается. — Плевать. Какое-то время оба молчат, не глядя друг на друга. Потом Стив спрашивает с горечью в голосе: — Почему ты не вернулся ко мне, когда вспомнил? Баки вскидывает голову, зло выплевывает: — Ты серьёзно, Стив? Почему я не пришёл к тебе? — он поднимает свою металлическую руку и машет ей у Стива перед глазами. — Ты пропустил то, что я не могу даже прикоснуться к тебе, чтобы не причинить тебе боль?! — Баки опускает руку и замолкает. Стив не знает, что ответить на это. Он встаёт на колени, и медленно, чтобы Баки видел его намерение, протягивает к нему руку. Когда тот не отодвигается, Стив кладёт руку на его колено. Баки вздрагивает, но не убирает её. Стив смотрит Баки в глаза. — Баки, мы обещали друг другу быть вместе до последней черты. И если ты думаешь, что вот это, — он кивает на металлическую руку Баки, на его крылья, — что-то для меня меняет, то ты чертовски плохо меня знаешь, сержант Барнс! — Стив поджимает губы и смотрит на Баки с вызовом. Баки резко выдыхает, а потом выпрямляется и падает Стиву в объятия, тот едва успевает его подхватить. Баки обнимает Стива живой рукой, стараясь не задеть его другой, и всхлипывает. Стив гладит его по спине между крыльев и шепчет: — Мы с этим справимся, Бак. Мы со всем справимся. Вместе.