С тобой - всегда

      Впервые Кроули познакомился со вкусом еды на дне рождения Анафемы. Праздновали на улице. Везде воздушные шары, колонка со спокойной музыкой, что негромко лилась только рядом с домом пары. Небольшой стол с разными закусками. У ножек стола, в скошенной траве несколько бутылок вина. Где-то за ними лежала стеклянная бутылка шотландской водки. Внутри дома тоже было всё украшено. Ньютон постарался, хотел удивить свою девушку. Даже хлопушку по утру хлопнул. Правда потом получил пустой упаковкой по голове. Но это того стоило.       Азирафаэль с Кроули приехали к назначенному времени. Встретили именинницу с подарками и объятиями. Кроули протянул чёрный пакет с алкоголем Ньютону, приподнял чёрные очки и пошёл следом за парнем, чтобы вынести закуски на стол.       Пока все разговаривали, Кроули остался у стола, рассматривая еду. Он давно не демон. Бокал с вином держал крепко, ещё не отпив его. Он поднял настороженные глаза на Азирафаэля. Мужчина улыбался, слушая рассказа пары, пока с цветной одноразовой тарелки исчезали заварные пирожные. Кроули ощутил колкую ревность. Столько лет он не мог позволить себе еды. Не ощущал вкуса, только пыль и грязь. Вино, которое он пил на постоянной основе тоже не приносило удовольствия. Отдавалось на языке металлическим вкусом, обжигая горло и желудок. Пил только ради приятного головокружения. Мужчина быстро отпил вино. Глаза под чёрными очками расширились. Сладковатый вкус обжёг язык, щёки и рот. Он отпил ещё, наслаждаясь вкусом. Пару капель попали на чёрную рубашку, но ему было плевать. Ему было хорошо.             — Вкусное, да? — рядом оказался Ньютон. Он с интересом наблюдал за Кроули последние минуты. Мужчина оскалился, подняв очки на затылок. — Брали на станции. На разлив, но почему то в старые бутылки других марок. Странная та женщина, но вино всегда на высшем уровне.       Но Кроули его не слышал. За ушами трещало от количества рулетиков во рту. Кроули даже не успевал их жевать, жадно заглатывая. Ньют смеялся, хлопая подавившегося мужчину по спине. Азирафаэль с Анафемой подошли ближе. Как хорошо. что очки упали обратно на нос. Вряд ли всем в праздник хотелось видеть его слёзы.       Уже к вечеру Кроули, наевшись и напившись лежал на втором этаже Жасминового коттеджа. Живот крутило, а тошнота давила на горло, с каждым вдохом желая выползти из тела Кроули. Он застонал, жмуря глаза. Осторожно привстал с кровати, стараясь унять жужжащее чувство внутри себя.       Внизу доносился тихий смех. Кроули тихо заскулил, вставая полностью на ноги. Всё болело, живот протестовал, требуя выплеснуть всё в унитаз. Мужчина осторожно открыл дверь, прислушиваясь. Судя по звукам, они только начали что-то обсуждать. У него есть время.       Кроули осторожно спускался по лестнице. Из кухни резко вышел Ньютон, держа в руках тарелку с пирожными. Скользкий комок начал подниматься из груди по гортани. Кроули прикрыл рот, жмуря глаза и сглотнул его. Нет, не сейчас. Только не здесь. Тихо шагая по лестнице, он забежал на кухню, а оттуда в ванну. Сильно хлопнув дверью, закрылся, уже не сдерживая себя. В чистой раковине осталось всё, что он ел за праздник.        — Кроули?       Голос Азирафаэля отрезвил. Кроули повернул голову, тихо поскуливая. Горло саднило, чтобы разговаривать. Дрожащие руки держались за раковину. Он поспешно включил сильный напор, смывая свой стыд. Смыл руки, тихо роняя слёзы в горячую воду. Промыл рот, откашлялся и прикрыл кран.        — Дорогой, всё хорошо? — голос за дверью стал обеспокоенным.        — Да. — прохрипел Кроули. Передние мокрые пряди липли к лицу. Поднял голову, рассматривая себя в зеркало. Заплаканный, помятый. Новая волна стыда захлестнуло бледное лицо. Кончики ушей мгновенно покраснели. Одно желание — окунуться в ледяную воду. Желательно утонуть.             — Кроули, я могу зайти?       Мужчина отрицательно закивал головой. Но Азирафаэль был не здесь. Он напряг горло, вытягивая голову и вновь прохрипел чтоб тот оставил его. Через несколько минут отдалялись тихие шаги мужа. Кроули сел на пол, обнимая себя, чтобы успокоить. Спустя несколько минут в дверь снова постучали. Мужчине уже хотелось крикнуть, чтобы его оставили в покое.             — Кроули, — теперь просящий голос Ньюта. — Если ты там, то…ты надолго? Мне очень надо.       Кроули лишь выдохнул. Встал с пола, ещё раз проверяя раковину на чистоту и вышел из ванны. В спину ударилось " О, наконец-то» от Ньютона и хлопок двери. На кухне была Анафема. Заворачивала рулетики и куски праздничного торта в ланч боксы. Заметив мужчину, она улыбнулась ему.             — Выспался? Если болит голова — таблетки в выдвижном ящике стола.             — Спасибо. — голос пришёл в норму, хотя горло адски саднило. Он незаметно для Анафемы выпил стакан с виски, морща нос. Но стоящий в дверях Азирафаэль заметил. Кроули лишь повёл плечом, начиная искать блистер. Муж лишь поджал губы, подходя к Анафеме и спрашивая про дальнейшую уборку.       В тот вечер, оставленные рулетики в холодильнике съел Кроули. На озадаченный взгляд Азирафаэля отмахнулся словами, что возможно их им не давали. Муж начал доказывать обратное, но Кроули вновь отмахнулся, быстро шагая в сторону гостинной. Подальше от стыда, что накрыл мужчину.       После того дня многое изменилось в Кроули. Жгучее чувство голода накрывало вечером, не исчезая до самой ночи. Научившийся готовить Азирафаэль радовал его своими кулинарными изыскам, но этого было мало. Тело, дорвавшись до вкуса еды, требовал с каждым куском больше и больше. Если в этот момент Кроули чувствовал себя хорошо, то потом пытался справляться с последствиями. Режим сна испортился от ночных походов к холодильнику. Желудок от такого распорядка еды напоминал о себе, мешая заниматься повседневными делами. На вопросы мужа также махал худой рукой, говоря, что всё в порядке.       Так продолжалось долгое время, пока Азирафаэль сам не увидел изменение мужа.       Чавкающий звук раздавался на кухне. Азирафаэль подходил ближе, прижав руки к груди.Из щели приоткрытой двери пробирался тусклый свет. Рука прикоснулся к двери, надавила и та со скрипом приоткрылась шире. Мужчина тихо ахнул, но тут же выдохнул.             — Кроули. — тихо произнёс он.       Сидящий сгорбившийся мужчина сидел у открытого холодильника. На тихий голос мужа он повернул голову, дико смотря на него. В руках были мясные рулетики. Весь рот и даже на груди висели кусочки майонезного яйца. Громко сглотнув, он отвёл взгляд в холодильник. Лампочка там уже не горела, а раздражающий звук заглох. Кроули медленно отложил недоеденный рулетик обратно на тарелку, отряхнул руки и смиренно положил на колени. Азирафаэль подошёл к графину, налил воды в чашку. В один шаг подошёл ближе, сел на корточки и протянул кружку Кроули. Тот тихо всхлипнул.              — Прости, ангел…- он взял кружку, стараясь не разлить воду. Зубы бились об ободок. — Я не могу контролировать это… чувствую себя животным…столько лет не пробовать еды, пить только вино, которое отдаёт металлом и обжигает желудок…       Азирафаэль осторожно погладил его по голове. Убрал грязную прядь за ухо и поцеловал в лоб. Он поддерживал кружку снизу, пока рука Кроули не перестала дрожать. На заляпанном от разных соусов и майонеза полу валялись фантики от конфет, пачки от колбас, кожура от яблок. Кроули прижимал к груди колени, не мигающим взглядом смотря на дверцу под раковиной. Стало противно. Он зажмурился, пряча голову в коленях. Азирафаэль ласково погладил по плечам, пытаясь его поднять. Но Кроули лишь замотал головой, с трудом вырываясь из рук мужа. Азирафаэль ласково просил его, умолял, даже прикрикнул. Вскоре, Кроули сдался. Он устало поднялся на ноги, шагая с Азирафаэлем в их комнату. Свежий сентябрьский воздух окутал пространство. Кроули вздохнул полной грудью, тут же морщась от боли в животе. Азирафаэль посадил мужчину на кровать. Притронулся ладошкой ко лбу, поцеловал в нос и осторожно сел рядом. Кроули так и не поднял глаза на мужа.             — Дорогой. — он дотронулся до холодной руки Кроули. Мужчина её не убрал, для Азирафаэля это было хорошим знаком. — Давно ли…             — Да. — мужчина остановил его, сказав ответ слишком уж грубо. Кроули опустил плечи и голову, скрывая лицо за волосами. Азирафаэль потянулся к ним. Голова мужчины дёрнулась от прикосновения. — Ещё со дня рождения Анафемы. Я…не устоял. Попробовал вино и меня понесло. Я наедаюсь, перевариваю весь день и снова наедаюсь. — Кроули судорожно вздохнул. Азирафаэль его не тронул. — И если днём я чувствую эйфорию, то потом хочу исчезнуть от стыда, что жжёт сильнее боли в животе.       Мужчина поднял голову. Сквозь волосы сияли карие глаза. Азирафаэль поправил волосы на лице. На веснушчатых щеках блестели свежие дорожки слёз. Кроули отвёл взгляд, давая волю слезам. Он скулил, прижимаясь к Азирафаэлю. Горячие слёзы стекали на ночную рубашку мужа. Азирафаэль крепко обнял его, прижимая к себе. Кроули в ту ночь тревожно спал на кровати, пока муж убирался на кухне, роняя слёзы на пол.       Та ночь встала неловким, плотным барьером между ними. Кроули прятался по комнатам от Азирафаэля и запаха еды, что невидимым шлейфом шёл из кухни. Невидимые руки разных блюд протягивала руки к Кроули, окутывали тело, лицо, нос. Живот довольно скулил, требуя встать из-за стола и покушать. Но мужчина с силой сжимал живот, заставляя рыком заткнуться. Зашедший муж тоже ушёл под ворчание Кроули. Так он и сидел за книгами до сумерков за окнами. Слышал, как тихие шаг Азирафаэля раздавались над головой, скрип кровати и всё. Для Кроули это был знак, что пора. Мужчина закрывал книгу, не запоминая страницы.       На кухне чисто и свежо. Азирафаэль снова открыл окно. Холодильник мирно гудел, привлекая внимание. Кроули подошёл ближе, завороженно смотря на белую дверцу. Протянул руку, резко открыл холодильник. Что-то звякнуло, и мужчина начал искать. В руки и рот лезло всё, что он видел. Даже разные соусы, что стекали со рта. От каждого куска он закатывал глаза. Когда половина из полок холодильника исчезла, мужчина сидел у стены, пустым взглядом глядя на пол, холодильник и вздыхал. Живот некрасиво выпирал, и Кроули держал руки на животе. Голова разболелась. Яркий свет лампы ударила в глаза. Он лениво открыл глаза, зная, кто там стоял. Лицо Азирафаэля не было осуждающим. Но грустных голубых глаз хватило, чтобы Кроули вновь прикрыл глаза, прижимая колени к груди.             — Кроули, дорогой мой. — голос мужа заставил Кроули заскулить, отвести голову в сторону, прикрываясь волосами. Нет, нет, нет. Хотелось заорать, исчезнуть. Хотелось вернуть всё обратно.             — Зачем, ангел. — прошептал Кроули, так же не смотря на мужа. — Почему ты не остановил меня, когда я предлагал нам стать людьми… Я бы не знал этого дерьма сейчас! — голос сорвался в истерику. Он встал с пола, придерживаясь за подоконник. Перед глазами плыло, в голове гудело. По левому боку резко закололо. — Я бы и дальше не знал вкуса еды! Я бы только смотрел на тебя и мне бы этого хватало! — он гневно посмотрел на Азирафаэля. В карих глазах проскользнул страх. Кроули фыркнул, стараясь выпрямиться. Азирафаэль подошёл ближе, но мужчина резко выпрямил руку перед ним, заставляя испуганно остановиться. — Лучше…лучше бы я помер… Не чувствовал всего этого… Ни стыда не перед тобой, не этого голода, болей, бессонницы, скуки, ожидания… Особенно этого…блядского ожидания. — выплюнул он, жмуря глаза.             — Кроули. — мягко произнёс Азирафаэль, подходя ближе. Осторожно положил ладонь на плечо, поглаживая. Кроули ощущал себя загнанным животным. Он дико глянул на мужа, шумно дышал через нос. Азирафаэль посадил мужа на стул. Сел на колени перед ним, взял ледяные руки в свои и несильно сжал.             — Я ужасен, ангел. — шепнул Кроули. — Я чувствую себя…потерянным. Я хочу быть…нормальным. Почему… — он уронил голову на грудь, начиная плакать. Азирафаэль сидел рядом, успокаивая мужчину поглаживаниями. Сейчас стоит нормально поговорить.             — Дорогой. — начал он. — Ты нормален, пожалуйста, не говори так о себе. Просто… ох. — выдохнул он. Кроули шмыгнул носом. — Я читал об этом. Позвонил Анафеме. — Кроули поднял голову, гневно смотря на мужа. — Дослушай меня. Я…растерялся, хотел тебе помочь. И мне нужна была хоть какая-то информация, из любых источников. — Кроули фыркнул, отворачивая голову. — После долгих рассуждении она посоветовала мне одного психотерапевта.       Кроули резко повернул голову к Азирафаэлю. Теперь гнев из глаз распространился на брови. Он шокировано смотрел на мужа, отнял руки, прижимая к груди и качнул головой.             — Ни за что. — резко сказал он. — Это бред! К чужому человеку! Ты и так рассказал о моей проблеме Анафеме, так ещё и… к психотерапевту. — прошипел он. — Сам справлюсь, не нужна мне ничья помощь.       Мужчина собирался встать, но Азирафаэль надавил на худые колени, заставляя сесть обратно. Он серьёзно посмотрел на Кроули, стараясь словить его взгляд. Сейчас Кроули жалел, что на нём не было солнцезащитных очков.             — Ты разве не видишь, что это тебя разрушает? Ты хочешь продолжать страдать? — тихо спросил он. Кроули лишь фыркнул, усмехаясь.             — Ангел, я страдал шесть тысяч лет, привык к этому. Человеческое тело слабое, поэтому не справляется с этим всем. И если я справлялся сам, то и продолжу. — Кроули сказал это угрожающе, намекая, что разговор закончен. Но Азирафаэль сильнее сжал ладони, перемещая их на бёдра.             — Не смей. — зашипел Кроули. Мужчина качнул головой, продолжая смотреть на мужа.             — Один раз, Кроули. Просто консультация и всё. Отзывы хорошие. Я буду рядом с тобой, Кроули. Пожалуйста, позволь помочь тебе. — Кроули осторожно опустил руки на руки Азирафаэля. Тот сразу же взял их, согревая мягкими ладонями. — Я не сомневаюсь в том, что ты не справишься. — эти слова горячим потоком обожгла грудь Кроули. — Я знаю, что ты сильный. Ты справлялся сам, да. Но позволь себе принять помощь. Здесь, как бы ты не хотел, — он взял ладонь Кроули и поцеловал тыльную сторону. — Нужна помощь специалиста.       Кроули задрожал. Он постарался улыбнуться, но вышла крива усмешка. Глаза вновь наполнились слезами. Азирафаэль протянул свободную ладонь к щеке, поглаживая большим пальцем под глазом. Мужчина облизнул губы, открыл глаза на мужа и кинвул. Азирафаэль мягко улыбнулся, вновь целуя ладонь Кроули.             — Всё будет хорошо, Кроули. — шептал он, пока мужчина тихо всхлипнул. — Ты справишься.       Как Азирафаэль и говорил, он был рядом. Свозил Кроули к мисс Шоффер. Ожидание за дверью со старой табличкой давило. Кроули вышел весь заплаканный и дрожащий. Он стыдливо поднял глаза на Азирафаэля. Мужчина оказался рядом, крепко обнимая Кроули. В пустом светлом коридоре доносились тихий плач.       Мисс Шоффер была прекрасной специалисткой. Она выписала нужные таблетки, дала инструкции к их употреблению и советы. Были взлёты и падения. Азирафаэль видел все старания Кроули. А когда, после срывов у мужчины начинались истерики, то был рядом. Кроули благодарно прижимался к груди Азирафаэля, пока дрожащие руки безвольно лежали на испачканных коленях.       Наступил август следующего года. Этот день был отмечен красным кружком в потрепанном календаре в кабинете Кроули. В это день весь их коттедж будто бы светился изнутри. Как и Кроули. Хотя по его спокойному лицу не было понятно всех эмоций. В машине Азирафаэль косился на Кроули, что блаженно смотрел в открытое окно Бентли, подставляя лицо тёплому ветру.       Теперь ожидание за дверью кабинета было волнительным. Азирафаэль держал кардиган Кроули в руках, сжимая рукав. Он старался успокоиться. И когда из кабинета вышел широко улыбающийся Кроули, мужчина спокойно выдохнул.       День рождения Кроули мужья праздновали в своём узком кругу. Анафема с Ньютоном приехали на несколько часов. Поздравили Кроули, посидели в цветущем саду. Когда в небе яркой красной полоской расплылся закат, мужья сидели под дубом. Мягкий под ними немного помялся от их постоянных поцелуев. Азирафаэль робко облизывал пухлые губы, пока Кроули нахально улыбался, отпивая вино.       Наступили сумерки. Азирафаэль тихо пел " С днём рождения», подходя с тортом на подносе. Кроули сел ровнее. Свет свечей отражались в карих глазах, делая их больше. Азирафаэль широко улыбался в ответ.             — С днём рождения. — пропел Азирафаэль, протягивая торт. — Загадывай желание.       Кроули усмехнулся. Свеча немного дёрнулась, но Кроули уже загадал желание и задул. Они засмеялись, и мужчина поставил поднос на плед. Кроули макнул указательный палец в сливки на торте. Азирафаэль сморщил нос, тоже макая палец. Они перекрестили руки.             — Что загадал? — шёпотом спросил Азирафаэль. Кроули покачал головой.             — Оно уже сбылось. — ответил мужчина. Облизнул палец Азирафаэля. Муж повторил его движение, усмехаясь.       Праздничные поцелуи были со вкусом сладкого торта. Этот день рождения Кроули запомнит навечно.