<right>
</right>Глава 1
11 января 2024 г., 01:52
Вечерний Централ-Сити был, как всегда, в движении — это знал каждый, кто жил в этом городе. Ренли Эвансу не нужно было даже смотреть в окно, чтобы понимать, что за стеклами его лаборатории, на верхних этажах Evans Incorporated, бурлит жизнь. Но парня сейчас это мало интересовало — он хотел как можно быстрее сохранить результаты успешно проведенного эксперимента и отправиться, наконец-то, спать.
Ренли усмехнулся — другие в 25 лет думают об отношениях, браке, детях, работе, но только не он. Эванса интересовала только наука. О нём стало известно 7 лет назад из статьи, где описывалось, как он в 18 лет защитил свою работу по гидробиологии, получив свою первую научную степень. Сын основателя компании, осуществляющей научные разработки наравне с такими титанами, как Mercury Labs, был признан гением и его имя стало известно в научной среде. Ещё через год, после трагической смерти отца, Ренли возглавил саму компанию. Сейчас, в свои 25, он уже имел за плечами три научных степени (к гидробиологии добавились еще ядерная физика и квантовая механика), успешную компанию с филиалами по всей стране и имя, с которым многим приходилось считаться.
Несмотря на то, что сам Эванс был достаточно привлекательным парнем — темные волосы, карие глаза, пронзительный взгляд которых, казалось, сканирует других из-за очков, симпатичная (многие бы даже сказали «смазливая») внешность, подкачанное тело — личной жизни у парня не было. Он сам, в своё время, принёс её в жертву науке. Из близких людей — мать, начальник охраны Evans Inc. Джаспер Фостер и школьная подруга. Ренли признавал, что ему было одиноко, но наука была смыслом его жизни.
Практически закончив описание результатов последнего эксперимента, брюнет услышал за окном странный звук — и в следующую секунду что-то влетело в кабинет на полной скорости, разбив панорамное окно. Эванс машинально перекатился за стол и схватил стоящую на столе бутылку воды, которая в его руках начала неестественно трястись. Причина этому была — Ренли был мета-человеком, способным манипулировать водой.
Открыв бутылку и вытянув оттуда струю воды мановением руки, Эванс сформировал над раскрытой ладонью парящую водную сферу и выглянул из-за своего импровизированного укрытия. Увидев, что влетевшим в окно объектом оказался человек, Эванс встал и короткими шагами подошел ближе, внимательно осматривая лежащего без сознания парня. Мешковатая одежда, капюшон, очки, растрепанные волосы — Ренли видел этого парня ранее в новостях. Хартли Рэтэуэй, более известный как «Дудочник» — ранее подающие надежды молодой ученый, протеже доктора Харрисона Уэллса, а сейчас изгой в научном и реальном мире, ставший метачеловеком после взрыва Ускорителя Частиц ранее упомянутого доктора. Парень присвистнул — неизвестно, каким образом, но неожиданный гость смог влететь в окно на 18 этаже. Подойдя вплотную, брюнет увидел, что рубашка Хартли разорвана в нескольких метах, где явственно были видны свежие кровоточащие порезы. Слегка поводив пальцами, Эванс разделил водяную сферу на несколько более мелких и направил их на раны парня. Это была одна из способностей Ренли — исцелять свежие раны при помощи воды. И именно в тот момент, когда порезы начали затягиваться, Хартли открыл глаза и непонимающе уставился в потолок. Несколько раз повернув голову, шатен заметил склонившегося над ним Ренли и направил на него свою перчатку, но сделать ничего не смог — оружие было сломано. Сам же Эванс поднял руки и с абсолютно непроницаемым, но совершенно спокойным лицом произнёс:
— Всё хорошо. Я не желаю тебе зла. И я даже не вызову полицию за непрошенное вторжение и разбитое окно, но скажи — как ты, мать твою, умудрился влететь на 18 этаж? Тебя что, кто-то сюда закинул? , — на слова Эванса Хартли только удивленно округлил глаза и продолжил молча взирать на сидящего напротив парня. — Ладно, можешь не отвечать, — произнёс брюнет таким же спокойным голосом., — Но если у тебя проблемы, то пожалуйста, покинь помещение. Желательно через дверь.
Буквально через секунду после этих слов в кабинет вломились несколько вооруженных охранников во главе с начальником охраны, Джаспером Фостером, огромного роста мужчиной средних лет в прекрасной физической форме, но когда они прицелились в успевшего подскочить Хартли, Ренли рукой остановил их:
— Отставить, Джаспер, всё хорошо. Возникло недоразумение, мистер Рэтэуэй попал сюда ошибочно. Ничего не пострадало, кроме окна., — начальник охраны еще секунду пристально смотрел на Хартли, после чего кивнул и дал охране сигнал отбоя. Он не спорил с боссом и если тот говорил, что всё хорошо — значит так оно и было. Убрав оружие, он остался в дверях, приказав оставшейся охране расходиться. Ренли развернулся к шатену: — Вы можете идти, мистер Рэтэуэй. Вам не будут мешать и, если захотите, даже отвезут, куда скажете.
Эванс прошёл к столу и, как будто ничего не случилось, снова сел за стол и продолжил печатать отчёт об эксперименте. Хартли ещё раз моргнул, думая обо всём происшедшем, как о крайне нелепой ситуации, переводил взгляд с Фостера на Эванса и назад и тихо сказав «Спасибо», направился к двери. Стоявший в проёме Джаспер Фостер перевёл взгляд на Ренли и тот, будто ощутив это, произнёс:
— Выпусти мистера Рэтэуэя, Джаспер. И проводи до выхода. Вежливо, — последнее слово брюнет произнёс чуть более жестким голосом, посмотрев на Джаспера. Тот лишь молча кивнул и отступил от двери, пропуская Хартли и сказав что-то похожее на «Идите за мной».
Хартли уже был в дверях, когда услышал за спиной своё имя. Развернувшись, он обратил внимание что Эванс смотрит на него с тем же выражением, которое через секунду сменяет лёгкая, едва заметная ухмылка:
— В следующий раз, если захочешь зайти в гости — сделай это через дверь. Чтобы не было подобных ситуаций, — Эванс обратился к Хартли на "ты", в ответ на это шатен только недоуменно кивнул. Договорив, Ренли перевел взгляд на Фостера и сказал уже ему:
— Понимаю, что это не твои обязанности, но пожалуйста, позвони насчёт замены стекла в кратчайшие сроки. Здесь стало немного холодно, — дождавшись кивок от начальника охраны, Эванс снова перевёл непроницаемый взгляд на Хартли:
— Доброй ночи, мистер Рэтэуэй.