red lights

Хонджун падает на кровать возле своего парня, хныча о том, какой тяжелый выдался у него день. Он тяжело вздыхает, переводя взгляд на Сонхва. Тот увлеченно читал книгу до его прихода, но похоже Ким оторвал его от столь интересного увлечения. Парень откладывает книгу в сторону, пихая между страницами закладку. Протягивает руки вперед к Джуну и жалобным голосом говорит: — Ну, горе ты моё, иди обниму, — он слегка улыбается. Его забавляет вся эта ситуация. Хонджун сразу же наваливается на Хва всем весом, от чего тот ойкает и посмеивается, поглаживая младшего по голове. — Я так устал, любовь. Хочу отдохнуть вместе с тобой, — с разочарованным вздохом произносит Ким, заглядывая в глаза старшему. — Я… могу тебе помочь? — скорее не утверждает, а спрашивает Пак. Он стеснительный и редко проявляет инициативу в их личной жизни, но сегодня в его голове загорелся красный цвет. Хон вопросительно смотрит на своего парня: — Как именно? — Ляг на спину, — почти приказывает Хва. — пожалуйста, — добавляет уже более ласково. Хонджун немного удивляется, но делает так, как ему приказали. Он удобно устраивается посередине их большой кровати, кладя руки по бокам от себя. — Что ты собрался делать, Хва-я? — с нервным смешком спрашивает Хонджун. В ответ Сонхва подползает ниже, устраиваясь в его ногах. Не успел младший оглянуться, как с него уже сдернули боксеры со штанами, оставляя на уровне колен. Тот ахнул удивленно: — Сонхва? Ты меня пугаешь… — он сглотнул вязкую слюну и пододвинулся ближе к старшему. Хонджун взял его голову в свою руку, заставляя посмотреть на себя. — Тебе… необязательно это делать, правда. Но Сонхва отрицательно помотал головой, показывая, что настроен серьезно. Он резким движением убрал со своего лица чужую руку и лизнул полу вставшую плоть. Младший затаил дыхание, откидываясь на подушки. Пак принялся старательно вылизывать головку. Он дразнился, высовывал длинный язычок и слегка посасывал. Старший не знал куда деть свои руки, поэтому крепко сжал ими чужие бедра, ещё больше беря в рот. Хон наблюдал за тем, как старается его парень, и это в какой-то степени умиляло(хотя какие милости, когда он буквально сосет тебе). Хва берет уже наполовину, из-за чего Хонджун дар речи теряет. Они не так часто практикуют минет, а для Сонхва это вовсе второй раз, поэтому ему простительно то, что он иногда задевает плоть своими острыми зубками. Хонджун тихо постанывает, из-за чего Сонхва уже гордится собой и своей работой. Ким запускает свою тяжелую руку в темные волосы старшего, усерднее насаживая его рот на свой член. По плоти доносятся вибрации, из-за которых у Хона вырывается гортанный стон. Он понимает, что долго так не продержится. Ноги начинает подкашивать. Парень уже буквально начинает управлять головой Сонхва, собрав волосы в маленький хвостик, насколько это позволяет его длинна; В глазах у Хва скапливаются маленькие слезки, которые он подтирает свободной рукой. Второй он усердно помогает себе, держа у основания. — Хва… Я скоро… — лепечет младший. Но Сонхва не останавливается, только усерднее работает рукой и ртом. Хонджун не сдерживается и изливается прямо ему в рот, пачкая пухлые губки. Сонхва всё показушно проглотил, от чего у Хонуджна глаза на лоб полезли. — Боже, милый, я не думал, что в тебе хранятся столько демонов, — слегка посмеиваясь говорит Хон, протягивая руки, показывая, чтобы старший уселся к нему на колени. Тот так и делает, утягивая младшего в мокрый и страстный поцелуй. Ким кладет руки на узкую талию Пака, прижимая тело ещё ближе к себе. — Настала моя очередь помогать, — Хонджун ухмыльнулся, смотря на немного испуганного Хва. Он снял с него брюки вместе с бельем, откидывая одежду в сторону, как и свою. Усаживает старшего поудобнее и тянется под подушку за смазкой. Пока Хон открывает тюбик, он оставляет поцелуи-бабочки на ключицах и груди Сонхва, изредка кусая. Иногда Пак задумывается, не вампир ли его парень случайно. Хонджун выдавливает на пальцы обильное количество смазки, все так же целуя Пака полностью, не пропуская ни сантиметра. Сонхва замирает, когда его дырочку обводят два пальца. Когда Хон вводит лишь одну фалангу, Хва укладывает свои руки на его плечи, которые послужат ему подушкой безопасности. Сонхва затрепетал, когда почувствовал, что палец в нём уже полностью. Он прикрыл глаза в удовольствии и лбом прижался к лбу напротив, ловя чужое дыхание ртом. Пак тихо простонал, чувствуя, как второй палец проталкивается в него. Хонджун наблюдает за его реакцией, замедляя свои движения каждый раз, когда улавливает хоть капельку отрицания. Когда два пальца уже свободно двигались в нём, Хва тяжело произносит: — Джуни… Я уже готов, правда, — Ким заправляет непослушную прядку его темных волос за ухо, аккуратно вытаскивая свои пальцы. Сонхва недовольно выдыхает, чувствуя неприятную пустоту, но он знает, что Хонджун скоро заменит её своим членом. Он целует его ещё несколько раз, прежде чем подставить свою головку к входу старшего. Тот смотрит Джуну прямо в глаза, слегка кивая, показывая, что он готов. Ким кладет свои руки на бедра Хва, аккуратно насаживая. Он боится навредить своему мальчику, делает все настолько аккуратно, насколько он только может. В процессе много целует, отвлекая от маленького дискомфорта. Ресницы Сонхва затрепетали. Он слегка приоткрыл рот, вдыхая больше воздуха, которые ему сейчас так необходим. Хонджун останавливается, когда уже оказывается в Паке наполовину, давая привыкнуть к размерам. Хоть они занимаются этим не впервые, Сонхва все равно слишком чувствительный и не может привыкнуть к большим размерам младшего. Когда Хон получает одобрительный кивок, он продолжает аккуратно двигаться. Он изо всех сил старается, чтобы просто не толкнуть бедрами со всей силы и не начать двигаться, трахая Сонхва как последнюю шлюху. Но Сонхва не шлюха, а Хонджун любит и уважает его, поэтому никогда в жизни не сделает так, несмотря на все его желания. Только если сам Пак не попросит Джуна. Сонхва уже сидит на его члене полностью, пытаясь привыкнуть снова. Он держится за плечи младшего, как за спасательный круг, прижимаясь к нему всем телом. — Ты такой молодец, милый. Так хорошо принял меня, — Хонджун оставляет легкий поцелуй за ушком, приглаживая непослушные волосы. Когда Пак тихо сообщает о том, что младший может двигаться, тот медленно начинает толкаться бедрами, придерживая того за талию. Он старается делать все медленно и безболезненно, каждый раз замедляясь, когда старший начинает царапаться. Он постепенно набирает темп, слушая приглушенные стоны Сонхва. Он не был слишком громким в постели, но и тихим его назвать тоже нельзя. Младший двигается в в темпе, который был комфортным для них обоих. Он изучил Хва уже полностью, поэтому знал, как ему будет хорошо. Когда Хонджун уже буквально вдалбливается в тело старшего, тот заметно выше и громче стонет, падая тяжелой головой тому на грудь. Он жалобно стонет, когда на его член, который уже так давно нуждался в разрядке кладут тяжелую ладонь, двигая в такт бедрам. Сонхва долго не держится, поэтому кончает со стоном, который больше был похож на жалкий всхлип. За ним заканчивает и младший, изливаясь прямо в Пака. Они размеренно дышат, смотря друг другу в глаза. Спустя время Сонхва мило улыбается, первым потянувшись за поцелуем. Они сплетаются языками, иногда смеясь в поцелуй. Пак кладет свои руки на шею Хонджуна, притягивая ещё ближе к себе. Когда оба уже были одарены сотнями поцелуев и хотели идти в душ, Сонхва слышит как ему на телефон приходит сообщение. Что странно, ведь в такой поздний час все должны уже спать. Он открывает телефон, после чего заливается смехом от сообщения от Уёна. wooyoung to seonghwa: чтоб я ещё раз за стенку от вас поселился, гниды. 01:23