Мотылёк

Холодно. Сэм с трудом разлепил глаза, скинул с лица простынь, рядом с ним Дин, абсолютно точно, хотя, темно, а ещё, жутко холодно, к тому же, лежат они на металле, в каком-то тесном пространстве, точно в гробу, стены металл, потолок металлический, всего в нескольких сантиметрах от лица. Что за фиг?! — Д-Д-Д-Дин! — Зубы стучат, абсолютно голый Сэм жмётся к брату, чтобы согреться, толкает его. — Д-Дин, очнись!.. Дин выныривает будто из комы, словно с похмелья. Холод, дикий одуряющий холод. — Сэмми? — Стон. Его трясет всего. Он чётко помнит страстную встречу с Сэмом, наконец, они признались друг другу и переспали. Сэм рядом, Дин прижимает его, дрожа целует. — Доброе утро, бля. Где мы? То, что было... скажи, что это не сон, скажи, что правда, Сэмми... — Не сон. А где... Ч-чёрт его знает, холодно... Это ящик какой-то? Что случилось, Дин? — Изо рта вылетают облочка пара. Если они не хотят тут окоченеть, то пора выбираться. А если, всё же, очередной сон... Сердце упало в пятки. Тогда, значит, его фантазии уже стали более чем реальны и он сошёл с ума. — Не ебу я что случилось, и где мы —тоже не знаю. Похоже на морозильную камеру... А счастье было так реально... — Дин, надо выбираться, мы тут сдохнем!.. — Запаниковал Сэм. — Ты знаешь как выбраться? — Н-нет!.. — Сэм начал толкаться руками в стены, и вдруг то, на чём они лежали начало выдвигаться. Сэм продолжил, выдвинул подложку полностью. Тускловатый свет, ящики... — Дин, мы в морге! — Шок. На большом пальце его ноги и впрямь была бирка, как у всех покойников: "Джон Доу*, рост: 1,97, вес: 80". Сэм сорвал бирку, и выскочил из холодильника. — Блядь! — Аха-ха-ах, хорошо, поебались, аж до морга! — Смех, на его ноге так же болталась бирка, с тем же "именем". Дин укрылся простынёй, которой был накрыт, ибо знатно замёрз. — Ты как, пиздюк? — Будто с похмелья. Что творится в том грёбаном баре? Дин, я нёсся туда, как одержимый, там будто наркотик в воздухе разлит, делаешь шаг через порог, и всё — ты пропал. А ещё, после второго визита я видел как парня увозили оттуда на скорой. Тебе не кажется, что это что-то по нашей части? Ещё название такое — "Мотылёк". — Сэм поморщился. — И я как бешенный туда нёсся, ты прав, а ещё, пил в разы больше обычного. Но это, скорее, от стыда и... Ладно не важно. Фантазии, не более. Тебя как туда занесло? Давай только честно... Чтобы ты, весь такой положительный, — и в бордель... Что с тобой такое?! — Влюбился... В тебя. Ты ходишь вечно такой обалденный, после душа в одном полотенце, после сна в трусах одних, я дрочить устал, все руки в мозоли стёр, без шуток, и чем дальше, тем хуже, как в дурацком стишке — хуй стоит, башка не варит, нихуя меня кумарит!.. — Сэм покраснел, отвёл взгляд. — Но ведь ты мой родной брат, стыдно было признаться, к тому же, ты такой бабник, девок всё клеил. Ну и... Я искал способ решить проблему. В открытую снять мужика ни в жизни бы не решился, вот и нашёл в интернете вариантик для стеснительных развратников... — Хм. Стеснительный развратник, прелесть! Если б знал — в паранджу бы заворачивался, раз мой вид тебя до борделя довёл. Мужика он захотел! Ладно, проехали. Сам не лучше. Мы, бля, даже без одежды. — В паранжу... Лучше удовлетворяй меня как следует! — Хмыкнул Сэм. — Ну да, трупы в морге голыми лежат. Дин, почему нас сочли мёртвыми? И давай проверим другие ящики, ну как ещё кто жив. — Сэмми, между нами что-то было или я кукухой поехал? — Уточнил Дин, поглядывая на брата, и открыл соседний с ними ящик. Пусто. — Было конечно, Дин! — Сэм возмутился даже. — Сомневается он ещё... — Сэм выдвинул ещё пару ящиков, трупы там были, но точно трупы, уже даже после вскрытия, в остальных ящиках тоже. — Они все... Такие довольные. — Поморщился Дин. — Ага, и такие истощённые, измученные, круги под глазами, общий вид... Сгорели от любви. Прямо как мы... Ладно, давай выбираться. Поделись половиной простыни, чтоб мне хоть не с голой задницей идти. Дин разорвал простынь на две части. Одну протянул Сэму, вторую намотал на бёдра, и мягко поцеловал младшего. — Мне кажется, я правда одержим тобой... Сэм чувственно ответил на поцелуй. — Я и сам одержим тобою не меньше. Дин... — Самый несчастный взгляд. — А ты и дальше будешь ебать кого попало?.. — Дурак. Не буду, обещаю, не хочу я никого, кроме тебя. — Виноватый взгляд. — И я буду только твоим, только с тобой! — Улыбнулся Сэм. — Как думаешь, где прячут наши вещи? — Не знаю, давай побродим, поищем. Всё вообще поищем. — Дин коснулся руки брата. — Дело не чистое. Надо бы нам отзывы на этот бордельчик почитать. — И не только отзывы, просмотрим все криминальные хроники, связанные с этим местом. — Сэм сжал ладонь Дина. — Но... Я не жалею, что пошёл туда. — Пожалуй, я тоже, иначе мы бы в жизни не объяснились, и я бы ёнулся, ну правда. Хотя, мы и так ненормальные. — Дин прижал к себе брата, дыша его теплом. — Я так точно. — И я такой же. — Улыбнулся Сэм, зарываясь носом в волосы брата. — Два брата — одна судьба. — Тёплый поцелуй. — Ладно, идём уже, пора разобраться в этом безумии. Сэм кивнул, и пошёл за Дином. В морге было чисто. Как в морге! Ни документов, ни бумаг, — ничего, вообще подозрительное место. И одежды их тоже не нашлось, так что, пришлось топать босиком и в простынках. На улице на них косились, но, в целом, Дин и Сэм добрались до номера без приключений, полицию никто не вызвал. — Так по-идиотски я давно себя не чувствовал! — Вздохнул Сэм, переодеваясь в свои вещи. — Не поверишь, я тоже, хоть я и распиздяй. — Дин усмехнулся, и сгрёб в объятия младшего, прижимая его так, словно боясь, что ему это приснилось, запуская пальцы в волосы, ласкаясь к нему небритыми щеками. — До сих пор не верится, что это правда ты!.. — Мурашки по коже, сердце замирало и Сэм начинал чувствовать себя вновь живым. — Если честно, я замёрз. — Усмехнулся Дин. — Надо скорее под горячий душ, и потом подумаем, в какую херню мы опять вляпались. — Идём, да, тут есть джакузи, отогреемся. — Сэм пошёл в ванную, включил воду. — Дин, мы же хотели отдохнуть недельку, пожить спокойно. Пожили, как вижу! — Хах, я даже и не сомневался, что так будет. Покой нам только снится. — Дин дрожал. — Ну, бля, после секса я явно не мог отрубиться до состояния трупа, даже с условием, что я ебанулся от счастья. Я б тебя трахнул ещё раза три, как минимум! И только потом, может быть, уснул бы довольный, но уж точно не в борделе. При том, я вчера выпил даже меньше обычного. — Ты прав. И я так в жизни не вырубался! И какого дьявола нас оттащили в морг?! Иди ко мне, Дин, я тебя согрею. Дин подошёл, опустился в набирающуюся воду, и притянул к себе Сэма. — Да, грей, я только за! Сэмми, солнце, ты пил вчера виски? — Нет, я вообще вчера в баре не пил и не ел, не успел как-то. — Сэм мотнул головой, вновь избавился от одежды, и, забравшись в джакузи, обнял Дина. Тот и впрямь был ледяной. — А ты? — Я пил. — Дин обнял Сэма, ища тепла, нехватало ещё простыть. — Значит, это не виски отравлено. Нас усыпили чем-то другим! Яд в воздухе? — Сэм прижался к Дину крепче. Он был слишком измотан и истощён для того, чтобы возбудиться, но близость Дина ему нравилась. — И смысл травить и усыплять своих же клиентов? Не логично. Там остаются баснословные бабки! Клиенты нередко продлевают время, если им всё нравится. Я с барменом общался. И чем больше Клиент ходит, тем больше денег оставляет! — Дин усадил младшего к себе на колени, прижимая его, и ласкаясь сам, пытаясь согреться. — Состояние — хуже похмелья, будто это меня выпили, как бутылку вискаря. Как мы вообще до номера доползли?! — На чистом упрямстве. Дин... Они опаивают клиентов чем-то, чтобы те платили больше, приходили... — Сэм вздрагивает, его зрачки расширяются вдруг. — Дин, дело не в деньгах! И не в напитках. Скажи, тебе не показалось странным, что нас снова и снова ставили вместе? Я не просил об этом, а ты? — И я не просил. Знаешь... Мне просто нравилось, что с партнёром могу представлять тебя. Это было легко. Может, совпадение? — Не совпадение, Дин. Мне тоже представлялся именно ты, и эмоции били через край. А кому-то ОЧЕНЬ нужны эти эмоции. Эмоции... Энергия секса... Дин, слышал про суккубов и инкубов? — Сэм нахмурился. Дин влажной рукой протер лицо, понимая, что хочет ему сказать Сэмми. — Слышал. Место для них идеальное. — Вот именно, они ощущают и впитывают саму сексуальную энергию, разлитую в воздухе. Понимаешь, сексуальная энергия — самый мощный источник питания для энергетических вампиров, а чем больше удовольствия, тем больше подпитки, и тем быстрее человека покидают силы. — Вот что значит — до смерти заебаться. У отца таких записей не было. — Вздохнул Дин. Сэм чмокнул Дина в нос. — Помнишь как называется клуб? — "Мотылек". Отстань ты с этими насекомыми. — "Мотылёк", Дин, именно, меня это насторожило сразу, но я решил, что это чисто моя паранойа. Мотыльков приманивает свет огня, они, одурманенные, летят к нему, и погибают, сгорают, опаляя крылья. Символ смерти из-за низменных инстинктов. — Сэм нахмурился. — Хах, я даже не заморачивался названиями. Но тянуло туда, и правда, как мотылька на свет. Я рвался туда, мечтал хотя бы в фантазии побыть с тобой... Я больной извращенец. — Я тоже больной извращенец! — Хмыкнул Сэм. — За счёт таких они и живут, потому удачные пары "случайно" встречаются снова. Нужно выявить, кто именно там демоническая тварь жаждущая нашей похоти. — А учитывая, что даже название такое... Это не простой персонал. И не так просто будет эту тварь или тварей поймать. — Дин посмотрел Сэму в глаза. — Надеюсь, у нас ещё будет время отдохнуть, и насладиться друг другом. — И, главное, отдохнуть не в морге! — Рассмеялся Сэм. — И так, план такой...