враги,желающие друг другу счастья.

7 января. 9:42 На улице еще темно. За окнами деревья шелестят листьями, создавая атмосферу умиротворения. Но эту идиллию нарушает шумная компания под окнами. Ника лежит на полу в неестественной позе — да-да, именно на полу. Спокойный сон для нее редкость: она может упасть с кровати или даже удариться во сне. *** Уже несколько минут я ворочаюсь из-за криков под окном. Это начало меня бесить настолько, что я заорала в подушку. Нервы на пределе. Не выдержав, вскакиваю и распахиваю окно: — Хватит орать! Мешаете спать! Толпа парней оборачивается в мою сторону, явно ошарашенная. Я уже киплю от злости, ожидая, что они разойдутся. Но не тут-то было. Один из них, рыжий детина, кричит: — Завались, шмара! Кричать будешь, когда я тебя нагну и выебу! ХХАХАХАХАХА! Его дружки дружно гогочут, показывая на меня пальцами. Этот "шедевр" юмора доводит меня до белого каления. Не раздумывая, натягиваю одежду и с грохотом сбегаю вниз, хлопнув дверью так, будто сработала пожарная сигнализация. Выскакиваю на улицу и свищу: — Сюда подошел. Поговорим. Компания из пяти парней разглядывает меня с ног до головы. Тут-то я и понимаю, в какую переделку влипла. Все они минимум на голову выше. Похоже, местные "авторитеты" — те самые, кто терроризирует район. Крупный рыжий парень (весом явно за 70 кг) подходит ближе. Его "стиль" — дешевая подделка Adidas (с четырьмя полосками вместо трех) и убитые кроссовки. Волосы лоснятся от жира, лицо перекошено злобной усмешкой. — Хах,фифа сама прибежала! Решила мои слова в жизнь воплотить? Ну давай! — Чтобы что-то воплощать, нужно хоть что-то иметь, — парирую я. — А у тебя нет ни ума, ни достоинства. Иди домой, отращивай. Его друзья гогочут. Лицо рыжего искажается от ярости. В этот момент мне становится по-настоящему страшно. Сердце колотится, в висках стучит, колени дрожат. — Ты че несёшь, шлюха? Тебе морду набить, чтоб вдупляла, с кем говоришь? — Ты бы маму свою слушал, поросёнок никчёмный. Я просто попросила не орать ночью — это элементарное уважение. Сечёшь? — Нет, не секу! Я чё, бабу должен слушать? Возомнила себя королевой? Иди нахер со своими правилами! — Ну раз меня слушать не хочешь,то маме набери и спроси как вести себя в обществе,если до тебя это доходит очень долго. Или,может,у тебя отклонения?Поделишься своими особенностями? Компания снова смеется, уже с оттенком уважения. Неожиданно я чувствую прилив уверенности. — Щас будешь отрабатывать, шлюшка! — рыжий толкает меня на землю. Падаю в шоке. Он присаживается на корточки и начинает давать пощечины, смеясь и сыпля оскорблениями. Приходя в себя, резко встаю и бью коленом в нос — раздается хруст. Рай для ушей. Парень хватается за нос, но я не даю опомниться — удар кулаком в глаз, пинок ногой в живот. Остальные в ступоре. Один прыгает мне на спину, другой начинает бить, но так неумело, что даже не больно. Вдруг слышу знакомый голос: — О, Ромка! Иди сюда! Одна шаболда выебывается, помогай! Так вот как его зовут — Рома. Прогресс. Рома, лениво осматривая ситуацию: — Сёма, у меня дел по уши. Ты с девчонкой справиться не можешь? Замечает меня и замирает, хищно ухмыляясь: — Стоп, это же та самая, что чуть не сбила меня? — Было дело, — равнодушно отвечаю. — Неплохо ты Сёму отделала. Тренировалась? — А разве это важно? Или уже боишься? — хихикаю. — Мечты, мечты... Такие как я сами пугают, особенно таких как ты, — отвечает с издевкой. Поворачивается к Семёну: — А она тут зачем? И за что ты её? — Да эта шкура с окна орала не шуметь. Я чё, бабу слушать буду? Ну ответил ей. Она сама прибежала! — Очень "негрубо" ответил, — перебиваю я. — Цитирую: "Завались, шмара, кричать так будешь, когда я тебя нагну и выебу!" Рома серьезнеет: — Семён, пошли поговорим. Потом, бросив на меня взгляд: — Отпустите её. Пусть идет спать, как и хотела. Они отходят в сторону. Я, фыркнув, быстрым шагом иду домой, переваривая ситуацию. Кто эти гопники? Откуда они вообще берутся? Секта какая-то... Тихо разуваюсь и пробираюсь в комнату, забираясь в остывшую постель. Долго не могу уснуть. Почему Рома меня отпустил? Почему выслушал, хотя я ему тогда нахамила? Этот вопрос будет мучить меня еще долго. Под пение птиц и первые лучи солнца я наконец засыпаю.