Разврат в стиле "Слово пацана"

Ты только моя — Ты меня избегаешь? — медленно произнёс он, заставляя девушку вскинуть бровь в немом вопросе. — Не знаю, о чём ты, — бросила Айгуль, всё ещё находясь от парня на безопасном расстоянии. А было ли оно безопасно, если моё сердце сейчас готово было выпрыгнуть из груди, а дыхание спёрло внутри с такой силой, что сложно было отвечать? Они были одни в этой комнате, и она чувствовала себя от этого, словно в ловушке. — Избегаешь, — снова произнёс он, отвечая на свой же поставленный вопрос. — И меня это с каждым разом всё больше и больше возбуждает… — Что у тебя в штанах, Суворов? — довольно ухмыльнувшись, выдала Айгуль. Что она вытворяла — сама не понимала. Ей просто нравилось смотреть на то, как он возбуждается, а потом уходить, довольно поднявши подбородок. — Что? — ошарашенно, явно не ожидая такой развязки, проговорил Марат. Не успел он закончить мысль, как нежные губы резко накрыли его, чуть прикусывая нижнюю, а затем, облизывая, заставляя его отвечать. Он, не отрываясь, поднял девушку за бёдра, заставляя обвить его торс ногами. Он стянул платье, откидывая его куда-то в сторону, оставляя еë в одном нижнем белье, и направился в сторону кровати. Она едва осознала, когда оказалась прижата к мягкой поверхности, а Марат нависал сверху уже без футболки. Она провела ладонями по его груди, останавливаясь на плечах, слегка сжимая их. Он быстро избавился от оставшихся предметов на себе — джинсов и боксеров, Айгуль расстегнула бюстгальтер и стянула его с себя, переключаясь на чёрные, хлопковые трусики, которые оставались единственной преградой между ними. Айгуль поняла, что пути назад нет, и начала действовать сама. Нежно провела по стволу, смотря невинными глазами. Она умела играть в ангела, когда нужно было. — Ещё одно движение и я не сдержусь, — прошептал он на ухо, проведя носом по шее и шумно выдохнув. Она прикрыла глаза, ощущая его невесомые прикосновения всем телом. Это было равносильно аду — желание было просто безумным. Марат очертил девчачьи бёдра ладонями, чуть приподнимаясь, словно возвышаясь. Это было прекрасно. Затем он снова наклонился чуть вперёд и резко вошёл, вызывая пронзительный стон. Айгуль обхватила его торс ногами, раскрываясь ещё больше, а он начал врываться глубокими толчками, заставляя запрокидывать голову назад и сжимать в руках покрывало с неестественной силой. Его движения были быстрыми, рваными, голодными. Было безумно жарко. — Ты только моя — прохрипел и, подхватив девушку за поясницу, чуть приподнял, так он проникал ещё глубже, и она уже чувствовала, что скоро взорвëтся. Он схватил за волосы и сказал — Ты больше не будешь бегать от меня. — на выдохе выдал он, но его почти не слышали, так как уши заложило, а тело содрогнулось долгожданной истомой. Айгуль прогнулась в спине, а Марат, сделав ещё пару толчков, резко вышел, кончив на бедро. Они долго приходили в себя. Он подобрал с пола свою футболку и вернулся в кровать, устроившись слева. Она продолжала смотреть на него. Они не жалели о том, что произошло между ними. Это было неправильно, и может быть, это не повторится, но его слова, сказанные пару минут назад, так и крутились в голове «ты только моя»