Причуда "Страх"

      Шоджи, сильный и непоколебимый Шоджи, который вселял спокойствие лишь своим присутствием, задыхается на полу отбиваясь от фантомов прошлого, которые несут смерть. Маска сбилась в сторону оголяя шрамы и горькую правду - отличающихся не любят.       Токоями хрипит сорванным голосом команды Темной тени, которая калечит уже трупы учеников, умоляя остановиться. Повсюду клочья плоти и волос, пятна крови покрывают всю комнату. Причуда мечется в непонимании, потому что на неё Страх не подействовал. Но она также видит ужас, который сейчас стоит перед глазами Фумикаге. Она тоже боится себя.       Мина и Киришима делят одно видение на двоих. Видят снова умирающую Полночь, но в этот раз женщина кричит, что это они виноваты в ее смерти. Что это они допустили это. Что они не достойны быть героями раз настолько слабы. Оба не могут пошевелиться. Гигантомахия превращает крики ненависти в бульканье, когда вновь ломает хрупкие кости ударом.       Шинсо рыдая держит изломанное тело учителя. Черная ткань геройского костюма пропитался кровью, протез где-то потерялся, а в груди зияет широкая неровная дыра от Распада. Он судорожно пытается обмотать повреждение орудием захвата, но то лишь путается, обматываясь петлями вокруг мальчишеской шеи. Год интенсивных тренировок с предметом поддержки оказывается бесполезен, и мужчина хрипит в последний раз прежде, чем перестать дышать. Всё это было бессмысленно.       Шото на грани с панической атакой и потери контроля над квирком. Вокруг него расхаживает спасённый Тойя-нии, который говорит как ненавидит его и желает смерти. Рядом сидит его любимая мама, которую он смог простить, и лишь молча виновато отводит глаза, подтверждая этим сказанное. Отец гордой фигурой возвышается перед ним, лишь единожды произнося, – "Я разочарован". Старший брат заходится безумным смехом, вторя сам себе, скандируя о своей ненависти, чтобы каждый мог услышать даже против своей воли. Фиолетовая грубая кожа отходит пластами, разорванная острыми скобами от приступа смеха.       Видение Цую, напротив, молчаливое, но ужасное в своём молчании. Она видит искореженные трупы своей семьи. Пустые глаза смотрят осуждающе и обвиняюще. Раны выглядят жутко. Рваные и глубокие, колотые и поверхностные они прячутся среди множества синяков и ожогов. Их смерти были мучительны и не быстры. На грани слышимости можно разобрать детский голос, который шепчет почему сестрёнка будучи героем не спасла их. Она зажимает глаза и уши повторяя как мантру, что всё это нереально. Ее громкий голос не может перекричать тихий шёпот в ушах.       Яойорозу обессиленно плачет, лежа на полу. Её тело истощилось, отдав все ресурсы на созидание, но раненных слишком много. Они тянут руки и умоляют о помощи. Они до боли сжимают ее плечи и ладони в своих, заглядывают в глаза и просят еще. Момо лишь плачет и качает головой, говоря, что больше не может. Слабые умоляющие голоса сменяются на крики ненависти. Теперь они кричат как она бесполезна и провальна в роли героя, раненные завывают от боли вокруг. Яойорозу лишь умоляет оставить её.       Сэро же молча плачет, смотря на обрубки рук. Теперь нет тихого звона браслетов на предплечьях. Нет задранных рукавов до самых плеч, чтобы открыть локти. Нет ничего. Чуть ниже плеча отсутствует плоть и кости. Металл холодит кожу в месте стыка с протезом. Синева механизма выглядит неправильно на месте бледности кожи. Теперь он не герой. Он - беспричудное ничтожество. Он не сможет помогать людям как мечтал. Он не сможет доказать себе и окружающим, что даже с такой дурацкой причудой можно быть героем. Теперь не будет громких посиделок с Бакусквадом, не будет бешенных тренировок с сенсеем, не будет звонкого смеха малышки Эри. Ничего не будет.       Кьека видит то же. Она ощущает как знакомо горит второй Наушник, а теплая кровь остывает на ухе и шее, но ощущает на его месте лишь пустоту. Она лишилась причуды. Она - бесполезна. Поэтому Джиро держится рядом с Хантой, демонстрируя молчаливую поддержку. Она лишилась одной половины причуды, поэтому может хоть чуть-чуть осознать размер ужаса и горя того.       Иида же словно зритель в личном Аду. Он наблюдает как зазубренная катана с мерзким чваканьем вгрызается в тело его брата. Видит как тот выгибается от боли и слышит душераздирающий крик. Но он лишь зритель - причуда Стейна сковала. Страх холодом пробирается в сердце, когда металл покидает плоть. Кровь орошает пол гостиной, красит белоснежный пластик геройского костюма неправильным кружевом алого. Тенсей замолкает посреди хрипа. Чужая причуда не позволяет закричать в отчаянии.       Хагакуре тоже не может кричать. Она ходит среди одноклассников, но те не видят её. Она пытается коснуться их, чтобы привлечь внимание, но руки проходят сквозь. Она пытается услышать своё имя в чужих разговорах, но его нет. Её забыли. Она - безмолвный призрак. Её не существует. Она может лишь беззвучно плакать. Тоору Хагакуре перестала существовать в этом мире.       Кода же смотрит как его лучший друг умирает под натиском сопротивления. Злодеи во главе со Спинером уничтожают жалкие остатки героев, сносят полицейские машины и ограждения. А он лишь стоит на крыше и смотрит. Как смотрел на попытку Шоджи достучаться до чужих разумов и как видел отчаяние в чужом взгляде, когда она провалилась. А после злодеи поднимают окровавленный труп над толпой ликуя. Он ничего не смог сделать. Его друга убили. Жалкий, трусливый и бесполезный герой.       Сато видит множество завалов и гражданских. Им нужна помощь. Но сахар закончился. В его карманах нет ничего даже с минимальным количеством сахара. Но он герой, поэтому должен попытаться достать хоть кого-то. Обломки зданий слишком тяжелы для него. Мышцы горят от перенапряжения, кровь идёт из носа и давление пульсирует в голове, но ничего не происходит. Люди молят о спасении и кричат от боли. Он может лишь стоять и смотреть. Точно так же как стоял и смотрел как умирала Полночь-сенсей. Ничего не меняется - он слишком слаб без причуды.       Аояма же ощущает себя никем без причудливого пояса от ВЗО. Кандалы подавляющие причуды висят неподъемным грузом на руках и ногах, до боли сжимая запястья. Но больней всего от ненависти в глазах одноклассников. Все ненавидят его и желают смерти, сожалеют, что вообще встретили его. Новый вид боли неизвестный раньше по своей силе причиняет согласие сенсея и разочарование в тёмных глазах. Они не смотрят с усталостью или легким раздражением из-за выходок учеников, как обычно, а пропитаны разочарованием и чувством предательства до самой глубины. Аояма пытается хоть что-то сказать, объснить почему так поступал, но холод намордника не позволяет. Он болезненно сжимает челюсти и фиксирует их, чтобы не позволить не издать ни звука. Лишь слезы могут стать проявлением его слабости.       Следы слабости Каминари же расцветают на чужой коже. Она слегка дымится на теле, которое трясет в конвульсиях. Изо рта течет кровавая пена, а рядом валяется откушенный язык и выпавшие глазные яблоки. Жуткое зрелище сопровождается мерзким запахом горелой плоти и криками. Он не сразу замечает, что пострадавших от его причуды больше чем один, лишь когда первый замолкает. У второго голова окутана пламенем, плоть лоскутами слазит с черепа, оголяя кость. Мерзкий запах горелой плоти забивает нос. У третьего кровавое месиво вместо головы, и мозг на всех близлежащих поверхностях. Все они молят о прекращении пытки. Денки блюет на пол гостиной. Ему даже не жаль. Перед глазами ужасная картина того как может выйти из под контроля его причуда.       Урарака же наоборот может лишь молиться на чужую причуду. Молиться, срываясь в рыдания, когда прощупывает слабый пульс. Глупая, глупая Хими-чан. Так много отдала, что почти ничего не оставила себе. Поэтому она сейчас может лишь молиться на появление помощи. Кровопотеря слишком сильная, конечности слишком холодные, а глаза слишком пустые. Такие неправильно пустые, без ниточки вытянутого зрачка и безумия во взгляде. И голос извиняющийся слишком тихий. Без озорства или веселья, нежности и серьёзности, как было всего несколько минут назад. И губы такие холодные под губами. И выдох слишком тихий. Без вдоха потом.       Страх Оджиро не настолько ужасен, но пропитан горечью и тихой болью напополам с отчаянием. Он читает вести о том, как умирают его одноклассники. Сначала сенсей тихо и совершенно без сил сообщает, что Мидория, Бакуго и Тодороки погибли. Потом читает сообщения в общем чате, что Босатка подвергся нападению и Джиро с Шоджи в больнице. Спустя время Каминари пишет, что те даже не вышли из комы перед тем как их сердце перестало биться. И время летит как ускоренное, лишь известия о новых смертях отпечатываются в памяти. Сэро, Мина, Яойорозу и Каминари погибли при терракте. Киришима не смог выдержать смерти всех своих друзей. Не без Бакуго. Токоями убил на патруле тот же злодей, что забрал жизнь у Цую и Ииды. Кто-то слил информацию, что Аояма сотрудничал с Все За Одного, и за его головой приходят отчаявшиеся гражданские. В этой битве погибают трое. Урарака не выдерживает второй, после Киришимы. Он не винит её. Он сам держится лишь благодаря Хагакуре и Шинсо. Но тот совсем скоро тоже умирает. Оказывается не все полагаются только на свою причуду, некоторые еще и на оружие. Теперь Оджиро боится узнать, что все его одноклассники мертвы. Остались лишь он и Хагакуре. Они оба боятся, но продолжают быть героями. Каждый патруль - шанс не вернуться, каждый человек - убийца, каждая минута - последняя. Её убивают случайно. Не заметили, как гласит юрист подзащитного в суде. Он остался последний. Ему уже все равно. Его сломали еще давно. Он лишь может надеяться на скорую смерть, чтобы вновь увидеть одноклассников.       Кацуки же слушает как Изуку называет его Бакуго. Слушает ядовитые слова пропитанные ненавистью, что тот разочарован в нём и не желает больше видеть. Что он, Бакуго, лишь мешается под ногами. Что лучше ему спрыгнуть с крыши лебедем, и молиться, чтобы стать героем в следующей жизни. Слова ранят в самое сердце. Сказанные тогда, в года полные ослепляющей гордости и раздутого самомнения, звучат осознанно и серьёзно. Изуку подумает тысячу раз прежде чем что-либо сказать и еще несколько тысяч раз подумает прежде чем проявить свою ненависть. Тот просто разворачивается и уходит. Он пытается броситься в след, но короткое – "Не смей, Бакуго", – не позволяет сдвинуться с места. Он может лишь стоять и смотреть как удаляется спина его лучшего друга детства. Теперь они не верные соперники или заклятые друзья, то как они извратили значения этих слов, а незнакомцы. Незнакомцы, которые знают друг друга лучше всех.       Изуку же видит ввыженное поле боя. Трупы практически скрывают землю. Одноклассники, учителя, друзья, знакомые герои, мама и наставник. Следом появляется Шигараки. Ослепляющий в своём величии тот лишь восхищается его способностям к разрушению. Восхищается тому как яро он отрицал их схожесть. И говорит, что если бы он принял это, то умерло бы меньше народу. Но Изуку не стал убивать его из-за глупого видения плачущего мальчика. Он же ощущает как подвел всех. Как подвел друзей, которых стремился защитить, учителей и героев. Ощущает как не смог сберечь свою маму и наставника, которые и так многое пережили. А следом Шигараки усмехается его бесплодным попыткам активировать причуду. И вновь Изуку подвел, но уже Йоичи и всех предыдущих носителей причуды, многолетнуюю историю борьбы с Все За Одного и всех павших в этой борьбе. Он подводит снова и снова. Лишь одно слово может описать его - разочарование.