Moths fly into the light.

Тим теряется, когда Матрикс подхватывает его под руку и отводит в сторону, оправдывая это своим желанием не курить в одиночестве. - Целых десять минут, — шепчет он, опалив ухо Тима своим дыханием, — без нас не начнут. Тим послушно идет с ним, мягко отстраняя руку Матрикса. Не так близко. Потому что прикосновения чертовски обжигают, оставляют на кожи невидимые следы, заставляя сердце бешено колотиться, а мысли путаться. Матрикс вынимает одну сигарету из пачки, поджигает ее, с наслаждением затягиваясь, и улыбается, смотря на поморщившегося Тима. Тим пренебрежительно фыркает, но не возмущается. Они молчат некоторое время, рассматривая ночное небо, на котором, словно жемчуг, переливаются перламутровые звезды. Луна, возвышающая по середине неба и похожая на огромный кошачий глаз, притягивала Тима не меньше. - Пять минут, — сообщает Тим, рассматривая профиль Матрикса. Тот небрежно отмахивается, выдыхая табачный дым. - Подождут, я же сказал, но если ты так переживаешь, то не забывай, что Фисташки будут сегодня всю ночь, — напоминает Костя, потрепав Тима по волосам. Тим отшатывается и хмуро глядит в наигранно-серьезное лицо Матрикса. Тим показывает Матриксу неприличный жест. Костя смеется так, как умеет смеяться только он. Негромко и хрипло. Но тут же умолкает и разворачивается лицом к Тиму, наклоняясь и заговорчески ухмыляясь. - Знаешь, что я думаю? — тихо спрашивает он и, кажется, берет Тима за руку, из-за чего Тима немедленно фокусируется на этом ощущении. От Кости пахнет табаком и кофе (нет, Тим не хочет обнимать его прямо сейчас). - Что? — неосознанно спрашивает Тим, забывая, что их вообще-то ждут. - Что все вокруг мотыльки, а ты — свет, на который они слетаются, — он облизывает губы и слегка сощуривается. Тим улыбается против воли. Пожалуй, Матрикс иногда говорит странные вещи, которые к происходящему не имеют отношения. - Неправда, — шутит Тим, — только ты. - Не только я, — серьезно произносит Матрикс, указывая глазами в сторону Пяточка. Тим следует за его взглядом. И замечает. Замечает, с какой злостью пялится на них Селест, нервно накручивая прядь белых волос себе на палец. Замечает бешеный взгляд Волкова и то, как на его скулах играют желваки. Тим почти что ощущает концентрированную ярость обоих, ярость, перемешанную с ревностью. И Тим понимает. - Ты должен был выбрать одного из них, — продолжает шептать Матрикс, — не должен был выбирать меня. Они мне этого не простят. Тим вздрагивает. - Тебе? Но причем тут... — он замолкает, как Костя прислоняет к его губам указательный палец. - Мне. У мотыльков весьма странная логика, не находишь? — Он усмехается. — Я тоже мотылек, точно такое же насекомое, как и они сами. Я точно так же стремлюсь к свету и уступать не собираюсь. Понимаешь? Тим кивнул. Матрикс улыбается и совершает нечто невозможное. Он целует его. Вот так просто целует. - Ладно, хватит лирики, — фыркает Костя, отстраняясь от Тима, — пойдем, нас все ждут. Кажется, Тим начинает его ненавидеть. Да хотя бы за то, что превратил их дружбу в нечто большее. Он получит, честно, получит. Но не сейчас. Попозже.