FREEZE

Ты моя зима – мне бы до тебя дожить. Всего пару дней. Холодно с тобой, но у меня никого роднее нет. ©Одда – Зима

***

Двигаясь словно разведчик, Лино обследовал этаж, на котором оказывают помощь с лёгкими травмами. Приметил тёмный коридор, где бы его поменьше видели снующие медсестры, и затаился так, чтобы видеть вход в кабинет. Не прошло и десяти минут, как на горизонте появилась знакомая фигура. Слегка прихрамывающая, но всё равно такая же статная, как всегда. Лино буквально хотелось взвыть от того, как сильно он соскучился, как много хотел сказать Хозяину о своих чувствах. Но ему не нравилась тема, которую было поднять необходимо. Хотелось оттянуть, но сколько ни тяни – без толку. Потому, когда Хенджин проходил совсем рядом, Лино тихо его окликнул: – Эй, Господин... Хенджин отшатнулся и едва не потерял равновесие. С трудом выпрямился вновь и уставился на Лино, как на призрака. – Нет, Хенджин, это я. Я не умер, – похихикал Лино с улыбкой. Мягкой, кошачьей. Заворожившей Хенджина. Принесшей немало облегчения. Лино снова в строю. Всё такой же – без башки. Хенджин был рад, что происшествие в лаборатории не оставило на нём серьезного следа, и он остался прежним. – Не вернёшься в палату — точно помрёшь. Придурок. – отругал его Хенджин. Лино прислонился плечом к стене, явно показывая, что уходить в ближайшее время не намерен. – Вернусь, как мы поговорим. Всё зависит от тебя и твоей расторопности. Хенджин смотрит в лукавые глаза с пляшущими в зрачках демонами. Понимает, что с Дьяволом ему не сладить. Оглядывается, нет ли врачей на горизонте, и тоже скрывается в тени. Лино отделяется от своего места и направляется вглубь коридора, подальше от глаз. Хенджин поравнялся с ним, не понимая, куда именно они идут. – Надо же, какие мы покладистые. Даже не будешь спорить со мной? – Лино явно пытался его спровоцировать. Хенджин же спокойно отозвался: – Ещё одно слово не по делу, весь этаж позову, тебя спеленают и заклеймят буйным пациентом. Лино в ответ посмеялся. И выдержал длинную молчаливую паузу, уводя их вглубь здания. Хенджину вновь было очень странно разговаривать с Лино без ругани. Будто они сто лет не заклятые враги, а друзья. Будто тёплые чувства в груди там, где и должны были всегда находиться – на своём месте. – Ты чего хотел-то, Лино? – в итоге сдаётся Хенджин. Спрашивает очень мягко. – Хотел много чего разузнать. И начать с одного довольно простого. Внезапно Лино оказывается совсем рядом и тянет Хенджина за рукав. Кофта сползает, оголяя плечо и цифры "01" на нём. Хенджин в панике пытается вернуть рукав на место, но его резко хватают за руку. Слишком резко. До хруста костей. Кофта окончательно соскальзывает мягкими складками. Лино смотрит на татуировку. А в глазах ужас. Он знал, что-то такое обязательно должно быть. Всегда бывает, если в простую жизнь вмешивается необычное. И всё равно ему стало страшно. Больно. Хенджин, он... Хенджин! Хенджин боится быть запертым. Хенджин боится холода. Хенджин из совсем другого мира, оттуда, где Лино никогда не бывал и не побывает. Как много ужасов он пережил, если ему даже пришлось уйти из своего времени? Видя в глазах Лино сожаление и боль, Хенджин быстро меняет растерянность на злость. Рука выдергивается, не боясь сломаться. Хенджин хватает Лино за грудки и припирает к стенке. Лино даже не думает сопротивляться, и это злит Хенджина только сильнее. Кукольные глаза опасно щурятся. Хенджин опускает голову Лино за подбородок в один бок, в другой. – Дьявол Лино, где же твои рога? Вижу только раны на том месте, где они раньше были. У тебя, кажется, не грудь прострелена, а травма головы. Она на мозг, видимо, и повлияла. Лино молчит. Потому Хенджин выпускает свою злость наружу окончательно. – Мне не нужна твоя забота. И жалость тоже. Возможно, и в любви нет смысла. У нас слишком много личных скелетов в шкафах – увидев их, всё равно наверняка разбежимся. – Неправда, – твёрдо говорит Лино. На губах растягивается улыбка. Она раздражает. Режет Хенджину по сердцу. Даже в полутьме он видит – рана от его ножа на шее осталась у Лино красной полосой. Будет шрам. Он причинил так много боли тому, кто его искренне любил. Кого полюбил тоже. Хенджину и самому больно. – Я люблю тебя, Хенджин. И правда хочу знать всё о тебе. Даже если ты чего-то не помнишь, даже если когда-то выяснится, что ты совершил тысячи злодеяний, я буду рядом. Навсегда. У Хенджина против воли слезы застывают на ресницах. Минус тридцать два Мороза, больше не принадлежащие Лино, витают по коридору. Разбивают его хрупкое сердце. Тайна-рана о его личности. Татуировка-шрам на его теле. Хенджин бы многое отдал, чтобы вспомнить о том, что забыл. И забыть то, что помнил. Делиться не хотелось. Но он тоже любит Лино, как бы ни пытался с этим бороться. И Лино обязан знать.

***

Крыша. Холод. Завязанные на бантики кроссовки спускаются в бездну. Яму – Фриз. Этот город – проклятье. Чёрная дыра. На улице холодно, они одеты слишком легко. Но Хенджин и Лино этого не чувствуют – Нас было много. Подопытных. Но я остался один, и меня просто бросили. Слова давались Хенджину с трудом, но он знал, что раз уже начал говорить, нужно договаривать. Иначе он в жизни больше не поднимет эту тему. – Я хочу постараться узнать, что они пытались сотворить. Ради чего столько жертв. Лино хмурится. – Ты помнишь, кем был до лаборатории? Откуда? – Я не помню. Не знаю, что со мной случилось, у других пленников не наблюдалось подобных проблем. Первое моё воспоминание – как меня хватают за руки и вкалывают какую-то дрянь. Знаешь, я... правда очень старался выжить. Даже сбежал, подобрав нужную комбинацию из шестнадцати цифр. Но недалеко, потому что перед переходом в новое укрытие в здании подорвали бомбу. Проходы засыпало, а у меня не было сил, чтобы расчистить себе путь. Так и умер бы, если бы Чан и Чанбин случайно не наткнулись на лабораторию. Они нашли меня и забрали с собой, в Снежную Стаю. Я тогда из себя представлял не самое приятное зрелище – без слез не взглянешь. Но они меня выходили. Хенджин замолкает, вспоминая, как его заматывали во всё тёплое, что есть – кофты, куртки. Подхватили на руки, словно куклу, и унесли домой. По дороге обзванивали всех знакомых врачей. Боялись везти в больницу. Боялись делать что-то сами. Даже давать ему еду – как бы живительная польза не убила его ослабший организм. Но в итоге, спустя кучу хлопот, Хенджин пошёл на поправку. И Чан с Чанбином буквально чуть ли не сходили с ума от счастья. Когда он стал немного приходить в себя, вспомнил про письмо. Спросил у ребят, не находили ли они в лаборатории ничего подобного, но ответ оказался отрицательным. Тогда Хенджин понял, что к нему начала частично возвращаться память и надеялся, что постепенно найдёт в своей голове ответ. Он вспомнил своё имя. Вернул большинство навыков и знаний. Но откуда он, почему потерял память и кто написал ему письмо – нет. – Чан взамен на вступление обещал постараться раскрыть дело этой чертовой лаборатории. Тогда, возможно, я и разузнаю что-нибудь. Но пока тщетно. Возможно, это так и останется тайной, но Чан не так давно намекнул мне, что что-то знает. Расскажет позднее, как посчитает нужным. Сейчас есть проблемы поважнее. Лино молчит, переваривая новую информацию. Конечно, всё примерно так, как он подозревал. И всё равно хотелось сровнять с землёй чертовы лаборатории и Фриз заодно. Сколько же Хенджин пережил... И всё равно смог сохранить в душе добро. – Про это, – Лино указал на плечо, намекая на татуировку. – Тоже не помнишь? Хенджин качает головой. – Даже так сразу не могу сказать. Раньше думал, что у всех пленников лаборатории были номера, но потом меня огорчили. Если есть предположения, кроме того, что я раньше был ярым фанатом Хацунэ Мику, готов выслушать. Лино улыбается шутке. Но внутри всё гложет и воет. – Боюсь, оно тебе не понравится, Хенджин. – говорит Лино. Но Хенджин весь внимание. Вглядывается в ответ в его лицо. Удивляется, что, узнав правду, Лино его не оттолкнул. Всё ещё злится его излишней заботе – события ведь уже давно в прошлом, какой смысл тревожиться. Но всё ещё любит Лино. Странно бы было это не признавать. Лино ломается перед ответом. Понимает, что обратного пути нет. Что Хенджин обязан знать и однажды узнает – правда рано или поздно всплывёт. Лино переступает через себя и, глядя в чёрные кукольные глаза-бездны, произносит с улыбкой: – Машина времени существует. И ты из другого мира, Хенджин.