Выжженная земля

Они едут на задание. Солдат, Рамлоу, пятеро бойцов Гидры. Все заняты своими делами - кто-то висит в телефоне, кто-то проверяет оружие, кто-то просто дремлет. Но они с Рамлоу не сводят друг с друга взглядов. Солдат облизывает сухие губы и сглатывает. Потом опускает ресницы. Он прекрасно знает как это выглядит. Как подчинение. Еще вчера, после криокамеры и обнуления, когда Рамлоу поднес бутылку к его рту, Солдат обхватил горлышко губами и поднял полный жажды взгляд на командира. Теперь он знает, что за это ему тоже придется ответить. Он улыбается. *** — Брок, - хрипит Солдат и это первый раз, когда он называет его по имени. Или вообще обращается к нему напрямую. Что ж, самое время раз уж они решились потрахаться. Вернее, Рамлоу решил его наконец трахнуть. И наверное, это больше должно походить на наказание. Но в конце концов он добился чего хотел - на него обратили внимание. Это была чертовски сложная миссия, двое агентов отдали Богу душу, но это не мешало Солдату заигрывать со своим командиром. Наверное, в прошлой своей жизни Солдат был той ещё шлюхой, раз в последнее время всё это выплывает наружу: он не станет отрицать, что сам спровоцировал его. Все эти томные взгляды из под прицела. Где-то же он этому научился. Он хрипит пока рука Рамлоу сжимает его горло и толкает вниз, на колени. — Поработай-ка сначала ртом как следует. Раз уж ты решил заговорить. Это так нахрен мило с твоей стороны. Он тянется расстегнуть его брюки, но получает пощёчину. Вторая почти клонит его к земле, пока тот сам расстегивает ширинку. Щека горит, а член ощущается просто огромным. И определенно, он уже чувствовал раньше это судорожное сжимание собственного горла, нехватку воздуха и горячее и влажное, толкающееся еще глубже. Возможно, в своей прошлой жизни Солдат был мастером в этом деле, раз теперь ему не составляет труда расслабиться и принять ещё и ещё. Слюна и смазка стекают по подбородку, пачкают ворот черной водолазки и он тянется вытереть это. — Оставь, - пальцы жёстче сжимают волосы и он покорно опускает руку. Он отыграется потом. Выкинет что-то из ряда вон на миссии. От чего глаза у их командира станут почти чёрными. А пока он будет покорным. И послушным. Этого ведь от него добивались все эти годы не так ли? В конце концов он давится спермой, закашливается и падает на руки. — Господи, ну, ты и дрянь. У него нет сил поднять голову. *** — Брок, Брок, Брок… - он пытается увернуться, уйти от этого невыносимого соприкосновения тел потому что ему кажется, что он сейчас слетит с катушек. Но Рамлоу держит крепко, а он никогда не мог противостоять ему. Даром что был сильнее с этой своей металлической рукой. Наверное, они вшили в его подсознание что-то или может он так себя оправдывает? В конце концов, он ничего не может с этим сделать. Не сейчас, когда член таранит его нутро, задевая что-то глубоко внутри от чего хочется оттолкнуть его или притянуть ближе одновременно. — Можешь ты заткнуться хоть на секунду? Жестокий взгляд золотистых глаз въедается прямо под кожу. Он хватает его за волосы, заставляя нечеловечески изогнуться и это делает всё только хуже — давление почти не выносимо и он беспомощно кончает пока член всё ещё внутри. Когда Рамлоу заканчивает с ним, он едва ли не плачет. *** — Ну же, пора просыпаться, принцесса, - он еле открывает глаза, видит смутный темный силуэт. — Так-то лучше. Мы тебя уже заждались, - он наклоняется ближе и шепчет в самое ухо: — Я тебя заждался. *** — Блядское дерьмо, - сквозь зубы выдавливает Рамлоу. Они на конспиративной квартире. Ожидают дальнейших распоряжений. У Рамлоу во рту тлеет сигарета, пока он медленно задвигает Солдату, Джеймсу, как тот сам его называет. Он дергает его на себя за пояс тактических штанов, сбившихся где-то под ягодицами, пока тот хнычет как распоследняя дрянь. У них не хватило выдержки раздеться, но если на Рамлоу только футболка и джинсы, то Солдат упакован в свою обычную черную водолазку и кожаную куртку и ему чертовски жарко. От всего, что сейчас происходит. Но когда он поднимается, опираясь на руки, чтобы расстегнуть её, Рамлоу снова утыкает его носом в койку. — Не дёргайся. Побудь хорошей девочкой, - и эта хриплая усмешка продирает до костей. Только он может вот так вертеть им без всяких последствий. Солдат не знает в чём секрет. Должно быть ему просто нужен кто-то, кто его не боится. Кто запросто может приказать ему что угодно и когда угодно. — Давай, можешь кончить, - снисходительно бросает он. Солдат вжимается бедрами в постель, прежде чем безвозвратно испачкать ее. И когда Рамлоу переворачивает его на спину, он наверное выглядит как та ещё шлюшка - волосы налипли ко лбу и лезут в рот, а губы искусаны в кровь. — Ну ты и блядь, - с нежностью во взгляде говорит Рамлоу прежде чем вытрахать из него остатки души. *** Когда после миссии, грязный и изможденный отряд заваливается в душевые, Солдат и думать ни о чем таком не может, просто пялится в стену, позволяя воде стекать по волосам и плечам. Его только что обнулили, Пирс им недоволен, он все еще помнит Человека на мосту и испытывает эти странные чувства от которых хочется избавиться. Но стоит только им остаться одним, Рамлоу толкает его прямо в холодный кафель, заламывая руки и кусая в плечо, тихо смеется от вседозволенности. И как ни странно, но это именно то, что ему сейчас нужно — живые, человеческие прикосновения, какими бы они не были будто рассеивают это электричество, до сих пор бегущее по венам. Он берет его стоя, оттягивая ягодицу и смотрит как член движется внутри. Солдат уверен, что именно это происходит за его спиной. Он зажимает свой рот, но звуки все равно вырываются даже сквозь стиснутые зубы. — Не сдерживайся, детка, - хрипло выдыхает Рамлоу ему на ухо, — Хочу, чтобы все знали, что ты мой. Это заставляет его по-настоящему задыхаться. Пока тот вбивается в него крепкими толчками, он пытается всего-то устоять на ногах. Лучшее оружие Гидры, он едва ли сейчас способен на это. Когда внутри разливается сперма и его наконец оставляют в покое, он опирается рукой о стену, пытаясь отдышаться, чувствует как из него течёт. И чувствует себя использованным и счастливым одновременно. Он тоже хочет, чтобы все знали, кому он на самом деле принадлежит. — До завтра, - говорит Рамлоу. *** Завтра не случается, потому что на Трискелион падает авианосец. Солдат еще не знает об этом, когда достает Человека из реки и покидает пляж по-настоящему опустошённый своими мыслями. Уже потом, скрываясь в городских джунглях, потерянный и бесконечно одинокий, в новостях он видит, что произошло. *** В Мексике жарко и пыльно. Брок ведет внедорожник, а Солдат просто лениво пялится в окно. — Вот уж не думал, что ты так скоро вытащишь меня, принцесса, - хмыкает он. Это самая длинная фраза, которую он сказал с того момента, как Солдат вывел его из клиники, оставив позади пару десятков трупов. Солдат ничего не отвечает, но поворачивает голову и смотрит на него. Рамлоу чиркает зажигалкой, прикуривая. — Просто признайся, что тебе невтерпёж было, чтобы я как следует тебя выдрал, - он выдыхает дым и тоже бросает ответный взгляд. Выглядит чертовски довольным собой. Солдат молчит, но потом глухо произносит. — Может и так. Это единственное, что он говорит, но это уже много. Рамлоу хмыкает. — Я тоже чертовски скучал, детка. Он останавливает машину. Слева - залив, справа - выжженная земля. И, когда Рамлоу склоняется и целует его, это — настоящее чудо.