Nothing Left To Lose

Соник всё ещё не мог поверить, что Найн предал его, отвернулся от него, а теперь… ещё встал на сторону зла, используя Призму Парадокса и разрушая постепенно альтернативные миры, пока те полностью не исчезнут, как, например, Призрачные Холмы, отдалённо напоминающие его прекрасные Зелёные Холмы, где он так счастливо жил со…своими друзьями… Но может… ещё не всё потеряно? И до Найна можно достучаться? А также спасти, если не свой родной мир, то хотя бы остальные, откуда родом его новые друзья, являющиеся другими версиями друзей из его мира? Чтобы остановить всё это разрушение Сонику пришлось вернуться во Мрак, даже если Шэдоу велел ему не возвращаться туда, поскольку для синего ежа там было опасно оставаться. Однако колючий синий герой всё же решил попытаться заключить мир с Найном, чтобы война с ним прекратилась, ведь…несмотря ни на что Соник не желал драться с другом, пусть тот и предал его… Возможно, это было связано с тем, что Найн чем-то напоминал ему Тейлза, доброго двухвостого умного лисёнка, которому просто повезло встретиться с ним, Соником, в отличие от обиженного на весь свет девятихвостому юному кицунэ… Конечно, Найн дал понять, что он — не Тейлз, но всё же за время путешествия по мирам и борьбе с Советом Хаоса, он стал ежу как второй лучший друг. Да и сам Соник видел, что в глубине души Найн добрый, просто нужно помочь ему открыться миру и не скрывать свои истинные чувства за холодной маской безразличия. — Найн, прошу, выслушай! — в который раз обратился Соник к лисёнку. — Я знаю, что ты зол, но пойми, что так нельзя поступать, делая другим зло! — А кто был со мной добр?! Все только и делали, что причиняли мне боль да использовали меня в своих целях! И ты один из них, Соник! — ответил Найн, стоя на вершине своей крепости. — Это неправда, Найн… — произнёс ёж. — Я вовсе не использовал тебя… — Ты предал меня, Соник. Ты такой же как и все. Так почему же меня должны беспокоить жизни других? — надменно сказал девятихвостый. — Я всего лишь хочу обезопасить себя, хочу иметь дом и жить счастливо. Почему я не могу позволить себе этого? Что в этом такого? — ощетинился он, гневно прошипев. — Ничего в этом такого нет, Найн, — покачал головой Соник. — Но уничтожать другие миры — это неправильно… Найн в ответ лишь фыркнул и отвёл взгляд. — Знай, ненависть — это опаснейший путь: Один лишь шаг, и с него не свернуть, — направляясь к кристальной башне, запел Соник: — Он тянет на дно, а там лишь одно: пустота. Ты же знаешь, злость добра не несёт никому, Ведь она — обман и дорога во тьму. И скоро уже ночь будет в душе навсегда. Найн же, ничего не отвечая, просто слушал ежа и наблюдал за ним. Он вроде как понимал, что не совсем правильно поступает, но жгучая боль от обиды не давала ему полностью этого признать. — Я прошу, не начинай тонуть во мгле, Попадая в вечный плен, Гнев и месть пытаясь оправдать. Твою душу поглотит кромешный мрак, И в конце случится так, Что нет тебя, и нечего терять, Нечего терять! — Соник с надеждой в глазах взглянул на мальчика. — Найн, поверь мне, стать злодеем — это не выход! — Вот как ты обо мне думаешь?! Да?! — разозлился Найн, его механические хвосты встали в боевую стойку. — Ну, если ты видишь меня злодеем, то так тому и быть! — Соник грустно прижал к голове уши. — Дорогою тьмы я иду неспроста, Назад не вернусь, моя совесть чиста, — запел и кицунэ: — Заветную цель поставил я перед собой. Это мой путь, я иду, и я знаю куда, — он вобрал в себя часть энергии Призмы, после чего поднял в воздух несколько крупных кристаллов. — Врагов моих жалких постигнет беда. Призрей меня, но возьму, что дано мне судьбой, — некоторые из тех парящих при помощи энергии кристаллы он бросил с большой силой, чуть не попав в самого ежа. Сам Соник не сильно испугался этого, поскольку понял, что Найн не собирался ещё кончать с ним. — Я не ты, ведь ты все битвы проиграл, И мы с тобой не два крыла, — продолжал Найн, а заодно он создал стену из оставшихся левитирующих камней позади Соника, тем самым не давая тому путь к отступлению. — Вправе я и сам путь выбирать. Час настал мне цепь сомнений разбивать, Слабость победить и стать Тем, кому уж нечего терять, Нечего терять! — лисёнок на своих хвостах спустился вниз. — Найн, постой! Подожди, прошу! — попросил Соник, неспешно приближаясь к Найну. — Что делать мне, я сам решу! — отвечал тот с гневом. — Нет, постой! Похоже, ты сошёл с ума! — Всё! Мне не проиграть! — Выход есть, не будь ты слеп! — Мне хватит лгать! — Ещё можно повернуть всё вспять! — И опять! Ёж и лисёнок встали напротив друг друга. Соник смотрел на Найна с печалью и надеждой в глазах, а тот на него — со злостью и ненавистью. Не выдержав взгляд, Найн отвернулся. — Довольно слёзы проливать, — слёзы навернулись у него на глазах, и он поспешно их вытер, повернувшись обратно к ежу: — Я пришёл своё забрать! — Пришло время выбирать! — Эти путы… — девятихвостый подошёл к герою вплотную. — Уже не разорвать! — протянули они оба. — Найн, выслушай меня! Прошу! — вновь начал Соник. — Я уверен, что есть и другой способ создать свой дом, не навредив другим мирам. — Хмпф. Говорит тот, кому был важнее свой дом, нежели чужие, — процедил Найн. — И теперь, когда у тебя самого нет дома, то ты вдруг забеспокоился и за остальные дурацкие мирки. — Это…это не так! — возразил ёж, хотя и с некоторой неуверенностью. — Я могу думать и о других, не только о себе и своём мире! — Но при этом ты даже не подумал, что чувствовал я, когда меня предал тот, кого я считал своим другом, — отметил Найн, ткнув в грудь одним из своих роботизированных хвостов. — Ты просто использовал меня, чтобы вернуть свой дом, своих друзей. Ты никогда не думал обо мне, как о друге. Ты никогда и другом меня не считал! — Вообще-то…ты всё ещё для меня друг, Найн… — произнёс Соник. — Несмотря на нашу ссору, все эти разрушения и весь этот конфликт…ты для меня всё также остаёшься другом, Найн… — он опустился, чтобы быть на уровне с лисёнком. — Мы ещё можем всё исправить… вместе… Найн был так тронут словами ежа, что даже не знал, как и реагировать. — У тебя будет свой дом, обещаю. Но также нужно и другие миры спасти от разрушения. И только ты сможешь мне в этом помочь, Найн. Найн хотел, чтобы все те слова, сказанные Соником, были правдой, но он так опасался, что это всё могло быть ловушкой и обманом. И вот только лисёнок собрался дать ответ, как вдруг всё затряслось. — Соник, что происходит? — в страхе спросил он. — Я не знаю! — прокричал ёжик. А потом открылся портал, и оттуда вылетел корабль, принадлежащий Совету Хаоса, на борту которого были, помимо пятерых Эггманов, все те новые друзья синего ежа, которых тот встретил в своём путешествии по альтернативным мирам. Найн тут же забеспокоился, ведь он был уверен, что никто другой не поникнет к нему, и что он в полной безопасности. Но теперь к нему направлялась армия, готовая атаковать его, если он сейчас же не предпримет какие-либо меры. И первое, что он сделал — это сорвался на Соника: — Это ты их привёл, не так ли, Соник?! Ты говорил мне, что придёшь сюда один! Выходит, ты соврал мне?! И это всё западня?! — Нет, Найн! Я и сам удивлён, что и ребята прилетели сюда! — оправдывался Соник, размахивая руками. — Ты снова меня предал, Соник! Но это было в последний раз! — прорычал кицунэ. — Позволь, я договорюсь с ребятами. Я всё улажу, честно. Жди здесь, — промолвил ёж и побежал навстречу союзникам. А Найн со злостью провожал взглядом колючего героя. — Твоя судьба предрешена, Соник. И ты уже ничего не изменишь, — прошептал он: — Всё, теперь… нечего… терять, — завершил он песню, а после вернулся на вершину башни, где начал давать указания своим роботам, готовясь к битве.