Часть 19
29 мая 2024 г., 13:19
Новогодние праздники уже скоро, и Гук просто не знал, за что хвататься. Муж надавал ему столько заданий, что хотелось просто сбежать. Гирлянд на дом он прибил такое количество, что понадобился дополнительный генератор. По ночам дом светился так, что хотелось зажмуриться. И вот сейчас Гук тащил огромную ёлку, точнее сосну, точнее не тащил, а руководил тремя парнями, которые заносили это чудо-дерево в дом. Ну, уж наряжает её пусть Тэ сам.
Гук представил, как Тэ смешно встает на носочки, чтобы дотянуться до ветки, а потом требует самую большую стремянку, и вздохнул, понимая, что и украшать придётся ему. Он омегу на стремянку точно не пустит.
Тэхён тем временем лежал на диване и втихаря ел мороженое, которое ему запретили, так как утром он ныл, что болело горло. Он укутался тёплым пледом, смотрел какой-то сериальчик и кушал.
Вдруг он услышал, как открылась входная дверь и голос Гука, который командовал рабочими, Тэхён быстро спрятал мороженое под одеяло. От него исходил холод, и по телу омеги пробежала волна мурашек. Он быстро вытер рот, делая вид, что ничего не сделал. Тэ уже видел, как альфа украсил дом снаружи, и то, как он ворчал, что слишком много света, пришлось включать ещё один генератор, так как обычное электричество не тянуло это и выбивало пробки. Конечно же всему этому причиной был омега. Альфа ворчал на него, но не ругался.
— Ставьте этого монстра сюда, — Гук показал на середину гостиной. — Это не дерево, а целый лес. Полкомнаты заняло, — бухтел он. Тэхён улыбнулся, смотря на сосну.
— А игрушки? Гирлянду, наряжай давай, — омега улыбался, пряча мороженое.
— Ты ещё покомандуй, — Гук начинал злиться. — Я тебе её притащил, дальше сам.
— Иди уже, я буду наряжать, игрушки только мне принеси, — омега показал язык и ждал, пока альфа уйдёт, так как ноги замёрзли, одет он был в шорты и футболку и отморозит себе всё.
— Игрушки заказать должен был ты и гирлянды, всё на свой вкус. Их привезли? — Гук подозрительно смотрел на омегу, а потом подошёл ближе. — У тебя все щёки в мороженом!
— Тебе кажется! Нет ничего, — Тэхён помотал головой, пряча щёки.
— Угу, и кто мне тут так нагло врёт? — Гук взял омегу за подбородок и облизал щёку.
Тэхён залился краской и оттолкнул альфу.
— Не нарушай мои личные границы, не забывай, что брак у нас только из-за родителей, и я тебя не люблю, — несмотря на то, что он говорил, омега начинал пахнуть хурмой, очень слабо, но можно было услышать.
— Гони мороженое, — Гук протянул руку ладонью вверх. — Где ты его прячешь? — когда он стянул плед, то заметил, что бедро, около которого лежало мороженое, покраснело. А все бёдра и коленки перепачканы.
— Чудесно, ты решил проболеть все праздники? Можем тогда сосну и не наряжать, — Гук отобрал мороженое, пошёл на кухню и кинул его в мусорку. Достал маленькую грелку, наполнил её горячей водой и вернулся в гостиную. — Держи.
Тэхён взял грелку и приложил к замёрзшей ноге. Он шмыгал носом, явно обидевшись на альфу. Раньше бы он начал на него орать чуть ли не матом, но сейчас он беременный, и гормоны очень сильно шалили. Сейчас то, что было для него обыденным: накричать на альфу, ударить и, может даже, дать пощёчину, стало невозможным, при повышении голоса он уже начинал плакать, если омеге казалось, что альфа кричал или говорил не с той интонацией — он начал рыдать.
Посмотрев на Тэ, больше похожего на взъерошенного воробушка, Гук напомнил себе, что потерпеть осталось всего-то три месяца. Хотя, кого он обманывал, потом у него просто будет два несносных ребёнка. Он вздохнул и пошёл на кухню за салфетками.
А Тэ сидел и обиженно шмыгал носом, согревая себя грелкой. Он смотрел на ноги, которые стали пухлыми, и его это сильно бесило.
Гук вернулся с салфетками, сел рядом, обнял омежку.
— Давай я тебя в спальню отнесу?
— Сам дойду, иди отсюда, — проговорив это, он положил голову на плечо мужа и облокотился на него, продолжая шмыгать носом.
— Ты сама последовательность, — рассмеялся Гук и погладил Тэ по кудрявой макушке.
***
Этим же вечером Тэхён сидел на высоком диване и болтал ногами, поглаживая округлившийся животик. На его лице красовалась довольная улыбка, ведь теперь в доме пахло свежей сосной, а его альфа беспрекословно выполнял все его «хочу». — Гук~а, поставь её немного левее, вы так загородили весь вид на наш двор, — канючил парень, указывая пальцем в другую сторону, и недовольно дул губы. Чонгук, понимая, что лучше не спорить, чуть сдвинул громадину. — Хотя, нет, лучше поставь её на прежнее место, там было лучше. А ещё, принеси мне игрушки, пожалуйста, сейчас будем украшать её! — Был уговор: сосна на мне, игрушки на тебе! Я своё дело сделал и умываю руки, — довольный Чонгук направился к бару, намереваясь плеснуть себе коньяка. — Как это я? А ты чем будешь заниматься? — глаза Тэхёна округлились, и он поспешно встал, шаркая по полу домашними тапочками. — Разве ты не поможешь мне? Посмотри, какая она большая! — А я буду лежать на диване и говорить, куда и какой шарик повесить. Вот куда дотянешься, туда и вешай. Будет супер-сосна, нарядная снизу и голая сверху, — Гук передумал, поняв, что лучше двойной виски. Налил себе в бокал и довольный пошёл к освободившемуся дивану. — Хоть на сосну голую полюбуюсь, раз больше не на кого, — бурчал он. — Эй, засранец! — начал уже возмущаться Тэ. Да, после того секса в машине у них ничего не было, скорее из-за стеснения младшего к изменившимся формам. — Я должен раздеться, чтобы ты её украсил? Командир нашёлся тут. Он ушёл в противоположную сторону, чем-то долго гремя, а затем подталкивал большую коробку к ели, кряхтя и корчась от тяжести. Тэхён был одет в одну большую бесформенную футболку, переваливаясь, ходил вокруг огромного дерева, развешивая игрушки то тут, то там. Когда, наконец, нижняя часть была украшена, он встал на носочки, стараясь дотянуться до более высоких веток. Его футболка немного задралась, показывая короткие шортики, а губа была закушена от усердия. — Ты что, ограбил магазин игрушек? Откуда столько? — Гук поражён размером коробки. — У нас и сосна соответствует, вообще-то, — пробубнил Тэхён, а затем направился за стремянкой. Тэ аккуратно поставил её перед сосной и начал залезать повыше, чтобы повесить очередной шарик. — Дебила кусок, куда ты лезешь? — Гук залпом выпил виски, поставил стакан и пошёл к стремянке с мыслью, что, если подумать, то падение с неё — это ведь несчастный случай? А что, вдовец, все омежки будут его активно жалеть. В голове сразу представилась картина, как сразу три омеги жалели его на огромной кровати. Он даже на секунду остановился. — Сам такой, отвали от меня! — омега не собирался пинать партнёра, просто делал вид, что вот-вот ударит, а сам успел повесить один шарик, опуская взгляд на Гука. — Что с твоими ушами? Засмотрелся на моё бельё, извращенец? — Слезай по-хорошему, — Чону так понравилась картина, которую он представил, что даже настроение поднялось, и замечание мужа он пропустил мимо ушей. — Не буду я слезать, не командуй мной, понял? — фыркнул парень, скрещивая руки на груди. — Дай мне следующий шарик, извращенец. — Тэ, ты понимаешь, что это опасно? — Гук понимал, что спорить бесполезно. — Давай ты будешь подавать, а я всё повешу. Или горничной поручим. — Да, давай я буду подавать, а ты вешать, — парень аккуратно спустился, на последней ступеньке спрыгивая в руки старшего, обнял его за шею и ярко улыбнулся. Сосна подняла его настроение, и он готов даже немного позаигрывать с мужем. Гук поймал Тэ, крепко держа за попку. Понимал, что совершенно не хочет отпускать, а хочет утащить в спальню наверх. — Может, ну её, эту сосну? — спросил он, поглаживая ягодицы омежки. — А может, ещё пару шариков повесим и тогда уже и пойдём? — младший очень засмущался и густо покраснел, отворачивая голову в сторону. — Как скажешь, — Чонгук поставил омегу на пол и забрался на стремянку. — Повесь этот шарик вот туда, пожалуйста, — Тэхен подал игрушку в руки старшего, всё ещё немного краснея от пристального взгляда. Чонгук вешал, покачиваясь и пытаясь не свалиться, двойной виски давал о себе знать. — Готово. — Может, лучше попросим горничную? Ты вон как шатаешься, — да, возможно, у них были недопонимания, но омега всё равно переживал. — Отличная идея! — Чонгук радостно спрыгнул. — Засранец, так ты этого только и добивался? — проворчал Тэ, отходя немного в сторону, и взял альфу за руку. — Конечно, у тебя самый коварный в мире муж, — захохотал Чонгук. — Какой ужас, а мне с тобой ещё детей воспитывать, — вздохнул омега, закусывая губу и слегка краснея. — Тогда пойдём в спальню? — В спальню? Ты серьёзно? Я, вроде как, выспался, — Гук решил косить под дурака до последнего, чтобы не разочаровываться. — Гук-а! Не будь таким, — возмутился парень, от недовольства топая ногой. — Пойдём давай, и не задавай лишних вопросов. Гук поднял Тэ на руки и аккуратно понёс на второй этаж, к себе в спальню. Опустил на кровать, сам продолжая стоять рядом. — Ты чего как не родной, ложись давай, — смущаясь, бубнил омега, сам приподнимаясь и убегая в свою спальню. — Никуда не уходи, я быстро. Гук заподозрил неладное. От Тэ и раньше можно было чего угодно ожидать, а сейчас, когда прибавились гормоны… Всегда нужно иметь пути отступления. Беременность Тэхёну очень шла. Он не просто округлился, черты его стали мягче и привлекательнее. Он перестал выглядеть угловатым подростком. А запах хурмы стал в десять раз сильнее. Гуку часто с трудом удавалось держать себя в руках, чтобы не наброситься на омегу, как он делал это в первые дни их совместной жизни. Но он и сам повзрослел за это время. Научился, пусть не понимать, но принимать во внимание чужие желания или, скорее, нежелания. В это время омега надел на голову мягкие ушки котика и небольшой чокер, а на ноги надел белые чулки с нарисованными кошачьими лапками. Он аккуратно пробрался к комнате и выглянул из-за угла. — Я не знаю, понравится ли тебе, но надеюсь, что да, — Тэ показался из-за косяка, и покраснел, опуская взгляд в пол. — Тэхён, это точно ты? — Чонгук открыл от удивления рот. Он сел на кровать, с жадностью рассматривая омегу. — Ты потрясающий, котик, — Гук хмыкнул. — Мы, ну я и малыш, понимаем, что я сейчас выгляжу не очень, но понимаешь, мне хочется немного ласки, поэтому я, наверное, так много нервничаю, — чуть краснея, мялся парень, всё так же стоя в дверях их спальни, перебирая край футболки. — Иди сюда, малыш, ты получишь всё, что хочешь, — Чонгук встал, притянув к себе Тэ, нежно обнял и зарылся носом в его волосы. — Ты самый красивый омега на свете, даже не сомневайся, — что-что, а врать и говорить комплименты Гук умел как никто другой, не зря все омеги школы на него вешались, но сейчас, как ни удивительно, он был абсолютно искренним. — Правда? — Тэхён поднял смущённый взгляд, обнимая альфу за талию. Впервые они стояли вот так и шептали нежности. — Я думал, что тебе не понравится наш сюрприз. Я ведь сейчас больше похож на… На ту елочную игрушку, — омега хихикнул и залился краской до самых кончиков ушей, а после уткнулся носом в грудь Чонгука. — Ты сейчас похож на самого желанного котика в мире, — Гук гладил его по спине, спускаясь ниже и забираясь под футболку. Тэхён разнежился в руках альфы, казалось, что вот-вот и он замурчит, словно кот, а затем начнёт тереться носом о сильное плечо, прося так ласки. Рука Чонгука забралась под футболку, но пошла не вниз, а вверх. Он гладил бархатную кожу спины, продолжая прижимать его к себе. Ему нравилось так стоять. Нравилось целовать шею и вдыхать такой сладкий запах, нравилось ощущать, как подрагивал Тэ от его прикосновений. Он такой тёплый, такой уютный. От таких ласк Тэхён не заметил, как начал выделять очередную порцию феромонов, заставляя альфу желать его ещё больше. Тэ жался к телу Гука, начиная тихо поскуливать от ласк и просить большего. — Гуки, только помни, что говорил врач, хорошо? Только нежно, никак иначе. — Котёнок, я сама нежность, — шептал он на ушко. — Подними лапки вверх, — Гук стащил с омеги футболку, подвёл к кровати, аккуратно укладывая его на спину. — Какие превосходные чулочки. Давай их оставим? А малыш там спит? — он погладил животик, потом поднялся выше и начал нежно целовать Тэ в губы. — Мне так приятно это слышать от тебя сейчас, даже немного неожиданно, я думал, что ты меня ненавидишь, — сказал омега, послушно укладываясь на кровать, рассматривая нависшего над ним Гука. — Малыш спит, видимо, почуял, что папочка что-то затевает, и уснул, — не успел договорить Тэ, улыбаясь в поцелуй и слегка неуверенно отвечая мужу. Все эти ласки спустя такое время казались ему безумно приятными, отчего хотелось закатить глаза и подогнуть пальчики ног. Омега начал нежно поглаживать плечи мужа. — Если честно, было время, когда ненавидел, но оно давно уже прошло, — Гук покрывал омежку поцелуями. — Сейчас я понимаю, каким был идиотом. Простишь меня? — Гук остановился, сел и с надеждой посмотрел Тэ прямо в глаза. — Я… Я прощу, только будь со мной честен, хорошо? — он строил глазки старшему, вновь притянул его к себе, начиная нежно целовать мягкую шею, тяжело дыша и мило улыбаясь альфе, которому были явно по душе такие ласки. Гук выдохнул. Он сам не понимал, насколько тяжело ему было всё это время. Вся эта недосказанность между ними просто убивала его изнутри. — Я сама честность, — пошутил он и начал отвечать на поцелуи. Тэ радостно обнял его, прижимаясь, словно напуганный котёнок, обхватывая талию стройными ножками. — Может, мне ещё и помурчать для тебя? Мяу, — громко и протяжно мяукнул парень, начиная мило тереться лицом о щёку Гука, несильно царапая короткими ноготками руку мужа. — Признавайся, тебя похитили инопланетяне и вместо рычащего медвежонка вернули мне мурчащего котёнка? — Гук уже во всю хохотал. — Да, именно так, человек Гук, — сказал электронным голосом омега, начиная заливисто смеяться, крепко целуя Чона в губы, а затем обнимая за шею. — Прости, что я тебе истерики закатывал… Я просто внимания хотел. Гук начал смеяться в ответ. — Ты такой ещё ребёнок, — он целовал Тэ в шею, где стояла его метка. — Ой, Гуки, — омега замер, взяв Чона за руку, его глазки округлились, а затем он приложил ручку к своему животу. — Он пинается! Гук тоже положил руку на живот омеги. — Правда, пинается. Он настоящий альфа, с характером, — Гук усмехнулся. — Ты уже думал, как его назовём? — Чонгук вдруг осознал, что они никогда это не обсуждали. — Я думал Гукджу или Бокду. Тебе нравится? — Тэ прослезился от такого момента. Он совсем не ожидал, что их сыночек начнёт пинаться при таких обстоятельствах. — А вдруг это омега, просто с характером? — Нет, на УЗИ же сказали, что альфа, они редко ошибаются, да и я, если честно, чувствую его. А по поводу имени, может, как-то попроще? Я хотел в честь отца — Намджун. — Я хотел назвать его Гукджу в честь тебя, но если ты хочешь, то давай Намджун… — Спасибо, — он был очень тронут, ведь не думал, что Тэхён так легко согласится. — Эй, Джун-младший, как ты там? — он погладил животик. Младший альфа с силой пнул животик омеги, да так, что Тэ пришлось скорчиться от боли и наклониться вперёд. — Он буянит теперь… — Эй-эй, малыш, давай поспокойнее, папе больно, — Чонгук начал гладить животик. — Может, он голодный? Хочешь, я принесу что-нибудь вкусненькое? Йогурт? — Мы хотим что-то солёное. Да, малыш? — довольно мурчал омега, поглаживая. А альфочка лишь слабо пнул папину руку, как бы подтверждая его слова. — Хотим рыбу солёную. Гук встал и пошёл на кухню искать рыбу, да ещё и солёную.
