Часть 17
24 мая 2024 г., 14:34
Утром к психологу они тоже собирались молча. Тэхён сел на заднее сидение в машину, и пока Чонгук держал курс в клинику, разулся и закинул ноги, включил какой-то сериал, лишь бы не говорить со своим мужем и скоротать время.
Когда они приехали, Тэхён нехотя выключил сериал принялся обуваться, очень медленно, пытаясь тянуть время, вышел из машины. Как же он не хотел идти к психологу.
Психолог оказался омегой лет сорока. Он дружелюбно улыбнулся и предложил сесть или на диванчик вместе, или в два кресла. Чонгук и Тэ, не сговариваясь, сели в кресла. Психолог понимающе кивнул.
— Что привело ко мне такую красивую пару? Вижу, что ждёте прибавление. Поздравляю. Срок — месяца три уже? Полсрока до родов. Понимаю, волнительно. Гнездование, наверное, во всю идёт.
Гук непонимающе посмотрел на Тэ, потом на омегу в белом халате. «И зачем психологу белый халат? — подумал он, — только напугает Тэ зря».
Молчание затянулось.
— Так, что вас привело?
Тэхён сжался, ожидая, что Чонгук скажет, что его муж псих, и его точно запрут. От напряжения ноги больно свело судорогой, и, не выдержал, он тихо заплакал.
— Ну, что же Вы, милый, такой хорошенький омежка, будущий папочка, и плачете, — психолог встал и протянул салфетки.
Тэ от неожиданных добрых слов, которых так давно не слышал, от ласкового голоса разревелся в голос. Чонгук встал и не знал, что делать: — Ну ты чего опять? Прекрати нас позорить. Не реви.
Психолог дотронулся до его плеча, привлекая внимание.
— Не мешайте ему, у беременных так бывает — скачки настроения, гормоны. Пусть он поплачет, а мы поговорим. Так, как с гнездованием?
— Нет у нас никакого гнездования. Я вообще не знаю, что это и зачем. И он, видимо, тоже. А можно что-то сделать, что бы он не ревел, не кричал и не психовал?
— Можно, конечно: окружить заботой и любовью.
— А давайте без этих ваших омежьих штук.
— Омежьих штук? — психолог был так удивлён, что не сразу нашёлся, что ответить.
— Ну без всей этой любови. Что-то можно сделать, таблетки какие-то? — Чонгук нервно зашагал по кабинету.
— Начните с простого. Купите много подушек разного размера и вместе устройте гнездо. Вашему мужу сразу станет лучше. Обязательно нужно много тактильности: помассировать поясницу, ноги, погладить животик. Беременным омегам это жизненно необходимо, — психолог поправил очки.
— А что необходимо альфам? — Гук решил, что в следующий раз пойдёт к психологу-альфе.
— Спокойная атмосфера в доме, чтобы возвращаться было не страшно, а в радость. Так ведь? — психолог вернулся в своё кресло.
— Так. Но я не хочу быть нянькой. Я хочу жить своей жизнью!
— Тайминг. Установите время. Час утром — вы гуляете за ручку на свежем воздухе и час вечером — обнимашки. А в остальное время вы живёте своей жизнью.
— Ну, в принципе, вполне неплохой план, — Гук подумал, что и этот психолог сойдёт.
Тэхен прекратил плакать, когда понял, что никуда его отправлять не будут, и начал прислушиваться к разговору.
— Я согласен! — радостно встрял он. Что угодно, только не психушка.
Гук удивлённо посмотрел на мужа. Только что тот плакал, а теперь лыбился во все тридцать два зуба. Да ещё и не спорил, и со всем был согласен. «Надо почаще сюда ходить», — с этой мыслью он попрощался и вышел из кабинета.
— Мы домой? — робко спросил Тэхён. Он уже не знал, чего ждать от мужа.
— В магазин, за подушками!
***
— Ну и как мы это будем делать, — первое, о чём спросил Чонгук, затаскивая кучу пакетов с подушками в дом. Накупили они их штук сто, от маленьких, до огромных. А ещё «пуфиков, пледиков, одеялок и пару валиков», — Гук мысленно воспроизвёл голос Тэхёна. — Я не знаю, но неси всё в мою спальню, — скомандовал довольный Тэхён. Чонгук три часа ходил с ним по магазину, складывая в тележку всё, на что указывал омега. Молча, не ворча, не припираясь. По дороге в машине он произнёс только одну фразу: «два часа в день и ни минутой больше!». И удостоверившись, что Тэ кивнул в знак согласия, больше не проронил ни слова. Закинув все покупки на кровать, Чонгук встал, сложив руки на груди. Это целая гора, Тэхён аж подпрыгивал от нетерпения. — Эту подушку сюда, а пуфик под неё, валик справа, нет, слева, нет, сначала одеялко, — Тэхён горел энтузиазмом, и Чонгук не смог смотреть на это и оставаться серьёзным. Он расплылся в улыбке и присоединился к строительству грандиозного мягкого гнезда или, ну, чего-то на него похожего. Они возились больше часа, по сто раз всё перекладывая и поправляя, пока Тэ не остался совершенно довольным. — Ты просто светишься. Я и не знал, что ты умеешь светиться, — Чонгук с восторгом смотрел на мужа. — Мне здесь так хорошо, — он забрался в самую середину и заставил Чонгука присоединиться. — Ага, тут уютно, только места мало и что-то мне подсказывает, что спать ты будешь в моей спальне. — А ты против? — настроение Тэхёна стало падать, он всё ещё боялся спать один. Для него это было мучение. — Конечно нет, медвежонок. Мне нравится, как ты сопишь мне на ухо, отбираешь одеяло, ещё и пинаешься, — он засмеялся. — Я тут днём буду, когда ты будешь уезжать. Только ещё твоих футболок положу для запаха. — Ах, вот куда пропадают мои футболки после тренировки, а я-то думал, что горничная их теряет. — Злишься? — Нет, малыш, наоборот, рад, что тебе нравится, как я пахну, — Чонгук был доволен тем, что они снова разговаривали, и в воздухе не пахло грозой. — Мне, правда, нравится, — Тэхён уткнулся в него носом и вдохнул. Ему стало так хорошо, так спокойно, а когда Чонгук стал гладить животик, готов был замурчать от счастья.
