Тома, останься сегодня после уроков

— Учитель, можно выйти?— именно эта фраза была ключиком к спасению от ответа параграфа по истории. Вчера Томе ну уж совсем никак не удавалась открыть этот учебник, пришлось оставить затею.. Камисато Аято недовольно поправил очки на носу, грозно смотря на ученика. Мужчина понимал, что его предмет мальчику трудно освоить, однако.. он же полный лодырь! — Тома, останься сегодня после уроков. Иди..— строгое выражение лица сменилось игривым огоньком в васильковых глазах, что в упор глядели в зеленые. Тома нервно сглотнул, но покорно кивнул и поспешил удалиться желательно до конца урока. Историк заправил за ухо прядь голубых волос и вернулся к опросу домашнего задания. Теперь же ему до жути хотелось конца занятий, а не завалить половину учащихся. Так хотелось снова увидеть его. Это красивое, изящное, но крепкое тело. Потрогать и погладить его золотистые волосы. Взглянуть в зеленые глаза и зацеловать до потери пульса. Всего, чего желал Аято — Тома. Тем же временем Тома отчаянно бьется в истерике, сидя в одной из кабинок туалета. Была бы сейчас сигарету, дабы закурить стресс, однако останься только мечтать о небольшой порции никотина. Звонок. Шумные школьники выбегают из кабинетов, заполоняя все пространство вокруг. На некогда просторном этаже становится тесно и даже душно. Дети орут, играют в догонялки ну или же просто учат домашнее задание, которое не сделали вчера. Забавно, ведь Томе сейчас совсем не весело. Приходит конец перемене. Все ученики спешат возвратиться в класс, дабы не получить выговора от учителя. Одиннадцатиклассник не спеша плетется в нужный кабинет. Уроки проходят довольно быстро. Сам того не замечаешь, а уже конец последних трех минут до звонка. Учитель что-то неразборчиво гудит себе под нос, выводя корявым почерком непонятные символы, судя по всему — домашнее задание. — Итак, мы закончили! Всем вон из класса, я проветривать его буду,— старшеклассники дружно плетутся из помещения наружу. Вечно она со своим «проветривать!».. Тома, радостный из-за окончания учебного дня, уже собирает портфель, как вдруг одна мысль неприятно бьет прямо по лицу. Ученик совсем забыл о просьбе учителя истории. Придется возвращаться в класс и сидеть над каким-то скучным заданием. Аято всегда был для Томы привлекательным, но в то же время странным и чуть ли не мерзким. Эти странные взгляды, который то и дело бросал на него учитель, подкрадывание сзади и зажимание в школьных коридорах на переменах. Старшеклассник ясно понимал к чему все идет, но против никогда не был. Ему даже..нравилось? Парень, сам того не замечая, быстро влюблялся в учителя, все мечтая о взаимности чувств. Камисато Аято четко попал по всем его внешним стандартам: высокий, широкие плечи и наверняка большой.. Томе и правда нравились мужчины, но ни одного настолько подходящего он еще не встречал. Обидно, что этот человек — его учитель.

***

Парень нервно кусает нижнюю губу, все никак не решаясь зайти в кабинет. Переминаясь с ноги на ногу и уже переосмысливая почему же он всё-таки не прогулял доп по истории, он все же делает довольно решительный стук в дверь. Слышится тихое, но четкое «войдите», и парень робко просовывает голову в класс. — Добрый день,— Тома уже проходит дальше и садится за парту, что стоит прямо перед Камисато. Учитель особо не придает значения появлению ученика, что пришел по его прихоти, и с большим интересом продолжает читать книгу. И о черт: ему так шло это. То как на нем смотрелись очки было просто шикарно, а эта мужественная и широкая рука, что довольно сексуально обхватывала книгу. Ученик сам не заметил, как сглотнул, продолжая таращиться на горячего историка. — Может ты уже обратишь внимание на что-то другое, помимо меня?— с ухмылкой говорит преподаватель. Тома одернулся. Глаза опускаются прямо на лежащий перед ним листок. Как он его не заметил?.. Аято встает из-за стола, направляясь к выходу из класса. Мужчина закрывает дверь, слышится странный звук, похожий на запирание двери. Однако Тома отрывает себя от ненужных мыслей, стараясь сконцентрироваться на листке с заданием. Выходит плохо. Холодок пробегает по спине. Старшеклассник чувствует легкое прикосновение по ней и вздрагивает. Горячим дыханием Аято шепчет на порозовевшее ушко. — Скучно не правда ли? Слова в упор ударили по мозгу, въевшись и повернувшись несколько раз. Щеки покраснели, а зеленые глаза расширились, уставившись в голубые напротив. В них снова заблестел тот азартный огонек, что и во время урока. Неужели он?.. — Господин Камисато.. я совсем не готов! Тома хватает сумку с вещами и уже пытается смотаться из класса подальше от соблазнителя, как врезается в дверь и неуклюже шлепается на пол. Сумка, подлетев вместе с хозяином, выронила все листки с распечатками, что вальсом покружились за Томой. Аято захихикал, подмечая, что парень очень милый. Мужчина встает из-за парты и идет к оторопевшему Томе. — Зачем вы заперли дверь?!— парень не на шутку испугался. Что же теперь будет?.. Учитель молча собрал в стопку все листки и аккуратно сложил их все в сумку. Едва паренек опомнился, его уже прижала к закрытой двери сильная мужская рука. Голубые глаза потемнели и стали ярче, словно в них загорелось просто дикое желание и нужда. Тома наклонился ближе к лицу Аято. Мягкие губы прикоснулись к шершавым губам. Поцелуй был настолько коротким, что уже через секунду Тома резко отстранился. — Хахахахаха-а!— что?.. почему он смеется?..— это ты называешь поцелуем? Тома, ты и правда очарователен. С этими словами Аято снова, уже с большей жадностью, впивается в губы ученика, такие мягкие, розовые, желанные. Влажный язык сталкивается с неумелым языком, отлаживает его, а затем проходится по зубам, обводя каждый. Это был такой взрослый, страстный поцелуй, с большой похотью. Из-за отсутствия кислорода пришлось отлипнуть друг от друга. Жадно вдыхая воздух, Тома смотрит в томные глаза учителя, что так и манили к себе. — Все еще не готов?— спросил, запыхавшийся мужчина. Старшеклассник, уже раскрасневшись до предела, сверкнул глазами. — Этот раз, — парень замялся и засмущался,— он мой первый. — Почему же ты решил отдать его мне?— спросил удивленный Аято. — Потому что вы, учитель..— Тома отводит взгляд. Кажется резерв уверенности уже высыхает,— вы мне нравитесь. Тишина рвала на части, на лице Аято выступил едва заметный румянец, а в голове крутились самые разные мысли. Взаимно ли чувства Томы? Судя по лицу историка — да. Аято был готов разорваться от стыда и эмоций, что уже наполнили его до краев. Учитель неловко кашлянул и отвернул голову. — Тебе лучше идти, вот ключ от двери. Но старшеклассник уходить уже совсем не собирался. Руки плавно ложатся на бархатистую кожу, поворачивая прекрасное лицо к себе. — Вы. Мне. Очень. Нравитесь,— он смотрел на Аято с такой искренностью и уверенностью, что заставил учителя дернуться. Тома решил взять инициативу в свои руки, которые так и тянулись к нему. Встав на ноги, парень снова начал целоваться с учителем, который покорно отвечал на новые проникновения языка в рот. Аято прикусывает покрасневшую и припухшую от поцелуя губу, вызывая удивленное мычание. Так они подходят к самому столу. Скинув на пол все вещи на нем, Аято прижал его к самому углу. Факт того, что парня разложит прямо на этом столе и лишит девственности его горячий учитель невероятно будоражили, вызывая бабочек в животе. — Тома, ты точно готов?— глаза смотрели строго. Парень вяло кивает,— что ж.. Пройдясь поцелуями по шее и оставив красный засос в стыке между ней и плечом, Аято начал расстегивать рубашку. Тома же припал к сильной груди любовника, снимая водолазку. — Господин Камисато, оденьте очки пожалуйста.. вернее, я..— парень покраснел еще гуще, и это не могло не умилять. — Конечно, солнце,— учитель поддался вперед, кусая ушко,— говори в следующий раз заранее о своих фетишах, любимый. В очках он выглядит настолько зрелым и чертовски сексуальным, что ноги подкашивались. Рубашка полетела на пол за всеми вещами. Аято приспустил штаны, освобождая набухший член. Затем мужчина развернул того к столу передом. Тома запаниковал, начал вертеться и пищать от смущения. Камисато, совсем не слыша возмущенных криков отодвинул самый дальний ящик, доставая оттуда бутылек и пластиковый сверточек. — Вы храните смазку и презерватив в школьном кабинете?!— парень покраснел еще гуще. Аято демонстративно прикусил презерватив и поправил светло-голубые волосы. — Хотел бы сделать это без них? —.. — Умничка,— с этими словами обертка порвалась, а бутылек смазки звонко щелкнул. Аято расстегнул ширинку и приспустил трусы. Презерватив натянулся на большой, истекающий смазкой член. Историк выдавил хорошую порцию жидкости на ладонь и приставил два пальца к дырочке. Холодная смазка заставила Тому вздрогнуть. Аято взглянул на парня, задав тому немой вопрос. Тот лишь легонько кивнул и поспешил вжаться в стол. Пальцы вошли легка, видимо до этого там побывали и руки ученика. Камисато ухмыльнулся, продолжив искать то самое место. Проходясь по выступам, разводя и сводя пальцы, он наконец услышал нужный ему удивленный вздох. «Нашел» Надавив посильнее, из рта парня вырвался протяжный сладкий стон. Закончив тщательную подготовку, Аято посмотрел на Тому и сразу же замер. Прекрасный и изящный он уже повис на столе словно отрубился, но член стоял колом, прижимаясь к животу, из дырочки вытекали остатки смазки, а зеленые глазки заволокло дымкой. В них тускло, но все еще горела просьба. «Оттрахай меня уже своим членом!» Мужчина сглотнул. Приставив орган к колечку мышц, он начал медленно входит внутрь. Попав уже наполовину полностью, Аято простонал. Член плотно сжало внутри, как-бы моля остаться. — Я начинаю двигаться,— хриплым голосом сообщил он. В ответ послышалось тихое «угу». Первый толчок с силой зашел глубоко внутрь. От резкого движения, Тома будто ожил. Стоны заполнили всю комнату в такт влажным шлепкам двух тел друг об друга. Парень сам поддавался задницей назад, позволяя входить как можно глубже. Аято приложил большие руке к ягодицам, сжимая их, держась за них. — Ха-а-а! Аято-о-о, сильнее!— не умолкал не на секунду Тома, постепенно превращаясь в месиво под умелой работой преподавателя. Аято звонко шлепнул по заднице парня, так что внутри все сжалось еще сильнее. «Он и правда невероятен» Казалось, что оба уже на пределе. Камисато натянул Тому на всю длину члена, застонав в унисон с парнем. Сперма струей выстрелила из органа, испачкав стол. Презерватив натянулся, задерживая семя. Аято снял вспотевшие очки и вытащил член. Посмотрев на Тому, он увидел сытые и вымотанные стеклянные глаза. На лице была полностью удовлетворенная улыбочка. Одними губами пошевелил Тома. — Люблю. — И я тебя, мое солнце.