Спор о Крылоборстве

      — Мне даже жаль ангелов, — хихикает Мими, воодушевлённо болтаясь на перилах, чуть ли не выпадая на тренировочное поле, — бедняжки, всё никак не смирятся с поражением!       — Я прям вижу, как ты расстроена, — Сэми облокачивается на те же перила, но уже со стороны поля, пытаясь успокоить сердце и дыхание. Он старался выложиться на полную, но бедственное положение своей команды, увы, лишь один игрок не исправит.       — Я вечером поплачу! — заверяет дьяволица, сверкая от радости. И Сэми не может её в этом винить. Но глаза это ослепляет весьма противно.       Закончилась общая тренировка по Крылоборству, в которой команда Ангелов, в образовавшейся, как обычно, «по случайности», стычке — позорно продула. Всё бы ничего, проигрыш и проигрыш, ангелы могут отступить и всё такое прочее, но «отступали» они во всём: начиная от результатов тестов, заданий на Земле и заканчивая матчами по Крылоборству. И то ли для ангелов наступила «чёрная полоса» в жизни, то ли повлияло подавленное состояние их неформального лидера — Дино, но суть была одна: ангельский боевой дух стремительно падал, а самолюбие демонов, не менее стремительно, повышалось. Что не могло не раздражать, особенно, когда ты — ангел, дружащий с двумя демонами.       — Наш победитель! — замахала руками Мими, переваливаясь через перила ещё сильнее. Сэми едва успел придержать дьяволицу под рёбрами. Повалит ещё это несчастное ограждение и себя угробит. А бюджет школы и нервы учителей не резиновые.       А к ним действительно приближался «их победитель» — Ади, с подобающими его «статусу» самодовольной ухмылочкой и многозначительным взглядом в сторону Сэми. Ну да, куда уж, ангелам, чертям побеленным, до настоящей силы и истины прекрасной. От ситуации тошнит, и Сэми не стесняется изобразить это под хохот друзей.       — Не расстраивайся, малыш, — меткая добивочка самоуважения Сэми с первой же реплики. Ади сегодня в ударе, — однажды удача улыбнётся и вам, — подмигивает и облокачивается одной рукой о перила. Ади сегодня ударят.       Когда только началась полоса нереального везения демонов, Ади дурачился, наигрывая высокомерие и самолюбование. Сэми бы даже назвал те шутки «высмеиванием». Очень хорошим и смешным, к слову.       — К тому времени ей будет уже нечем улыбаться.       В то время Сэми правда радовался за победы Ади и Мими, у которой, наконец, с учёбой пошло намного лучше. А потом это стало перерастать в каждодневное любование, за счёт унижения других. Сначала его собратьев, а теперь переходило и на самого Сэми.       — Хэээй, это на что намёк? Разве говорят такое в лицо победителям? Особенно таким очаровательным, как я? — рыжий чёрт ухмыляется и пытается поиграть отсутствующими бицепсами.       — Ты такой обаятельный, что аж всем тут тошно, — смеётся Мими и игриво щипает за жирок на предплечье. Они начинают дурачиться, цепляясь сперва за одежду, затем за волосы друг друга.       «Ничего не произошло» — мантра, повторяемая в мыслях, уже не помогала сбросить раздражение, нарастающее в груди. Оно не было обращено ни к Мими, ни к Ади конкретно, но вылиться ему суждено было конкретно на них:       — Это была всего лишь тренировка. До матча шестьдесят дней.       — Ангелки и на матче продуют. По секрету, — подмигивает Ади. Оба демона разражаются смехом, переставая портить друг другу причёски.       Друзья всегда принимали его за «своего», что помогало им дружить, но и это же было проблемой. Они часто могли сказать что-то нелестное в сторону ангелов, забывая про то, что Сэми — тоже относится к обобщающему «ангелы». Он не обижался, но неприятный осадок иногда оставался на пару дней. Сейчас же это откровенно злило. Так сильно черту они ещё не переходили.       — Спорим?       — Тут и без спора всё ясно, — хмыкает Ади, откидываясь на перила, смотрит сверху-вниз. Сэми уже жалеет, что не дал Мими их доломать… свалился бы, чёрт напыщенный, — но если та-ак хочешь выполнять желание…       — Когда мы, ангелы, — дружеское напоминание, которое Сэми, на эмоциях, выделяет интонационно, заставляя Ади поднять брови вверх, — выиграем в Крылоборстве — ты извинишься. При всех.       Мими протягивает «у-у-у» и хохочет. Они втроём прекрасно понимают, насколько это звучит абсурдно. «Демоны слишком горды для извинений», «демон никогда не будет извиняться перед ангелом», даже такие «добрые», по Адским меркам и их же словам, как Ади с Мими. Конечно, Сэми прекрасно помнил всю эту чушь. Они её задвигают при любом удобном случае. И Сэми раздавит эти «убеждения». Умение извиняться ещё никому не вредило.       — Ангелы не выиграют, — повторяют одновременно Ади с Мими. Ещё раз смеются, — так что, готовься исполнять желание, Сэ-эми-и, — дразнит рыжий гад и вместо привычных огоньков «Сэ-эми-и» видит в его глазах чёткое зелёное обещание: желание будет мерзким. Небольшая месть за попытку расшатать сформировавшееся ЧСВ, — спорим.       Они пожимают руки, Мими разбивает. Тренер объявляет урок законченным.       В раздевалке от ангелов веяло полумёртвой атмосферой, что забавляло итак радостных демонов, которые в свою очередь, издёвками пытались превратить «полумёртвое» в «мёртвое». Даже Астр не полез в драку с откровенно нарывающимся Ади. А Дино ничего не делал. Почти буквально. Одно движение за минуту — такая себе активность. Смотреть за этим было неприятно. Гордость и желание победить с каждой минутой брыкались внутри всё активнее, заставляя Сэми делать всё медленнее, чтобы остаться в раздевалке последним, вместе с явно никуда не торопящимся капитаном. Долго делать вид, что не различаешь перед-зад в штанах, а потом не можешь вспомнить как их натягивать - не пришлось. Бессмертные рассосались быстро: ангелы ушли незаметно, а демоны громко, планируя, как будут отмечать, с предложения, конечно же, одного рыжего активиста. К слову, решившего, что мало издевательств вылил на ангельскую расу за последний час и нужно добавить: показательно последним с показательной ухмылкой вышел, «невзначай» толкнув плечом и, чтобы до Сэми точно дошло, опалил ухо горячим дыханием: «Готовься», — и ушёл к радостным сокомандникам. Занавес. Прям главный герой романтики. Лучше ему сегодня не возвращаться в их комнату. Сэми случайно может не сдержаться и случайно по случайной случайности придушить случайной подушкой этого неслучайного рыжего чёрта.       И после этого маленького представления для самых маленьких, в раздевалке остались только Сэми и Дино. Полураздетый Дино у лавочки, влипающий в одну точку рядом со своими вещами уже как… около пяти минут. Надо действовать сейчас. Брать Дино, пока он не опомнился. Или не превратился в мраморную статую.       Глубокий вдох. Выдох через нос.       — У меня есть предложение.       Дино вздрогнул всем телом. Будто это не Сэми решил помочь, а Люцифер с предложением руки и сердца явился. Встряхнул крыльями. Медленно повернулся. Вопрос возник сам к себе: «Сэми, ты точно уверен, что единственный вариант — это он?». Дино совсем размяк (и тут Сэми даже воздержится от комментария в сторону его семейного положения). «Радость Фенцио» не смог почувствовать энергию какого-то там Сэми, а что говорить о Крылоборстве, капитанстве?       — Прости, Сэми, не смогу помочь. Обратись лучше к Лилу, — шепчет ангел, кидает быстрый виноватый взгляд, уже собрав (покидав) свои вещи в сумку.       Раздражали мямлянье ангелов и излишняя самоуверенность демонов.       — Нет, я о Крылоборстве, — «первым делом придётся приводить в чувства Дино» и Сэми не может не закатить глаза, но жест остаётся незамеченным. Дино очень интересно смотреть в никуда.       — Прости. Хочешь уйти? Я… — он мнётся, застёгивая рубашку, но путается в пуговицах.       — Нет же, — Сэми перестаёт контролировать спокойный тон голоса, — выслушай: у меня есть идея, как нам победить демонов на Крылоборстве.       Наконец, капитан перестаёт суетится и смотрит прямо на него. Выпрямляется. Сжимает челюсти, но продолжает колебаться. И Сэми не хочет ждать, выпаливает чуть громче, чем ожидал:       — Сегодня вечером в библиотеке. Отдел «Валькирии», — отворачивается и, чересчур агрессивно, складывает оставшиеся вещи в сумку, чтобы запихнуть её в свой шкафчик и свалить быстрее в библиотеку, нюхать книжки и думать о своём поведении.       — Смогу, — доносится негромкое в спину, и Сэми, не оборачиваясь, выходит из раздевалки.       «Не смогу. Я капитан. Я должен быть примером, а я пошёл на поводу своих эгоистических прихотей. Шепфа, так нельзя. Не смогу». И насколько правильным будет вмешиваться в течение Равновесия? Если так всё идёт, то, так и надо…       Комната совсем не помогала думать. Дино уже очень давно не был ни у статуи в саду, ни, тем более, у Мыслительного Древа — всё время занимали тренировки и учёба под чутким и ещё более строгим, чем обычно, надзором отца. Сейчас было роскошью перед сном обратиться к Шепфа и приоткрыть окно на ночь, чтобы насладится лёгким ветерком и умиротворяющей ночной тишиной острова, на котором стояла Школа. Кровать являлась уже который день, единственным более-менее уединённым местом, где Дино мог подумать. И было о чём. Как поступить? Проигнорировать и не прийти уже было нельзя — неправильно. Дино сам дал согласие на встречу и если он передумал, нужно дойти до библиотеки, найти Сэми и известить о том, что это было недоразумение и попросить его не вмешиваться в Равновесие. Объяснить, что всё идёт так, как задумано. Дино позволил себе вздохнуть и перевести взгляд от своей обуви.       «Семь часов» — отстукивали единственные часы в комнате. Отец, как обычно, придёт после восьми. У Дино есть час. По-хорошему — тридцать минут. Чтобы не тревожить отца своим поздним незапланированным походом в библиотеку и успеть встретить его в комнате. Не хотелось провоцировать лишние конфликты. Их и так было много. В последнее время, отец сильно наседал и очень нервничал. Демоны внезапно начали сильно обгонять ангелов и лучшие результаты показывали даже те, кто никогда на них не претендовал. Но самое главное, конечно, для отца было, что Люцифер стремительно и успешно обгонял Дино. И близилось Крылоборство, которое ясно и окончательно показало бы растущую пропасть в силе.       Конечно, Дино это тоже сильно беспокоило. Но беспокойство отца, Лилу и других ангелов, просматривающееся на лицах и ощущаемое в энергиях, даже учительницы Мисселины, было будто бы сильнее и забирало все мысли из головы, все собственные чувства и эмоции. Его поглощала усталость, смешанная с нарастающим беспокойством. Стало сложнее следить на питанием и сном — а это очень важно! Хотя и на фоне происходящего было сущей мелочью. Но Дино упорно твердил себе каждый вечер, пусть силы и были уже на исходе: «Всё будет хорошо. Нужно время». А время уже поджимало.       Коридор общежития учительского крыла встретил тишиной и такими же скучными серыми сумерками, как покинутая только что комната. Дино закрыл дверь на ключ. Наверное, в крыле учеников сейчас оживлённее. И светлее. Там, на ночь, зажигают энергией лампы, которые меркнут с первыми лучами солнца. Но для немногочисленного состава учителей никто такого не делает. Не имеет просто смысла. Тут ходят только учителя и Дино. Он тут живёт. Потому что это его, с отцом, дом. Переселять его в ученическое крыло они с отцом не решили, потому что тут, как минимум, Дино будет лучше для учёбы. Тихо, думать никто не мешает. Ученики сюда не ходят. Разве что, ради «шутки». Но ничем хорошим это не заканчивалось, да и было бессмысленным. Дино не понимал, что может быть весёлого в том, чтобы ночью попытаться взломать их с отцом комнату или неувиденным проскользнуть к Мисселине наряженным в простыню и испугать бедную женщину до боли в сердце. Пугали не только учителей-ангелов, но и учителей-демонов: залетали через окно к Геральду, чтобы попытаться раскрасить лицо, пугали учителя по физкультуре до непрекращающегося неделю заикания. Каждый раз их ловили. Каждый раз это были идеи троицы: Ади, Сэми, Мими, как выяснялось позже и не было удивлением. Иногда они посылали других бессмертных, проигравших им желание, но чаще отправлялись на пакости сами.       Скрипнула дверь, и перед ангелом предстала хорошо знакомая библиотека, необъятная в своих размерах. Он был тут частым гостем. Размышления продолжали течь: а ведь Сэми он совсем не знал. Парень пришёл уже во взрослом возрасте, в отличии от остальных, прибывших сюда ещё детьми.       Библиотекаря, строгой ангелицы, работающей с открытия Школы, с дрожащими руками, покрытой признаками человеческого старения, впервые, на памяти Дино, не оказалось на месте. Он даже не знал, живёт она тут, прямо на своём рабочем месте или всё же в комнатах для персонала, под учительским крылом общежития. Прошёл дальше.       Мими знал и помнил ту ещё с детскими крылышками, а вот Сэми — нет. Мими любила малину и болтать на уроках. А Сэми… Сэми сидит с Ади и… они вместе придумывают всякий бред, дают поводы другим обсудить их странные отношения и очередную выходку.       Библиотека так же, как и учительское крыло, почти не освещалась. Идти приходилось не то, что в потёмках, а в почти что темноте. Окон в помещении не было, а свет ламп за столиками, которые стояли в центре каждого отдела, перекрывался высокими стеллажами, беспросветно забитыми различными видами книг.       Парни одни из лучших в Крылоборстве. Сэми отбирал лично Дино, Ади — лично Люцифер. Но больше Дино ничего не мог сказать о Сэми, да и получалось скорее, что он говорил о двоих — о Сэми и Ади. Их много обсуждали, они были всегда на виду, но, слегка задумавшись, Дино даже не мог вспомнить, когда они появились, а не то, чтобы сказать что-то конкретное о личности.       Дино остановился у бронзовой статуи воинственной ангелицы с мечом, знаменовавшей вход в отдел «Валькирий». Многоличие всех рядовых Валькирий было собрано в одном постаменте, передававшем образ безгранично сильной женщины. Несмотря на большое количество времени, проведённого в библиотеке, (но наверняка не больше, чем у Люцифера), в этом отделе он почти не был, в Школе почти не трогали историю Валькирий. Да и информации про них было немного, даже отсек был небольшим.       Известно, что отбирали женщин на один лунный год, достигших определённых успехов, для специального батальона под цели Цитадели. И пусть женский батальон особого назначения давно был расформирован, образ девы-воительницы оставался, в какой-то степени, востребованным — многие девочки хотели быть похожи внешне и внутренне. Например, Лилу, когда была помладше…       «Соберись, Дино». Шаг.       Читательский столик стоял одиноким в пространстве между стеллажами. За ним — фреска. Небольшая по сравнению с другими по Школе. Но одна из самых жутких, что тоже являлось причиной, почему отдел был, если мягко говорить, «крайне не востребованным». Город, бывший когда-то главной обителью Рая, горел, горел до тла, в войне. На фреске — валькирии, восставшие против Цитадели, решившей убрать преданных себе веками воинов. Валькирии сражаются за свою свободу против регулярной армии Рая. Ангелы против ангелов. Одно из самых страшных и кровожадных событий в истории Бессмертных.              Дино сморгнул, уставившись в полки. Смотреть на фреску было неприятно, страшно и больно. Попробовал сконцентироваться на энергии. Всё-таки он пришёл сюда за диалогом с Сэми. Никакого чужого присутствия не чувствовалось.       Ну конечно, Сэми же дружит с демонами, и они все вместе решили просто подшутить. Как он сразу не догадался? Завтра услышит от взволнованной Лилу подробности, которые ей рассказала другая ангелица, а та узнала от ангела, а тот… И это многое проясняло, например, всю эту странную ситуацию. Нужно возвращаться обратно в комнату, по времени, Дино должен успеть сделать домашние дела, начать выполнять уроки к приходу отца. И хорошо, что так оказалось.       Из глубины книжных стеллажей хлынула морская волна. Неожиданно и ярко. Перед ним — бесконечный, до жути холодный, но полный красивого и неожиданного разнообразия, океан.       — Дино! — вылез Сэми, так же быстро и неожиданно прогоняя наваждение, вызванное его собственной энергией. Дино снова стоит у читательского столика среди громоздкой мебели. Наверное, только что он впервые так ярко прочувствовал чью-то энергию. С чего бы? Необычно. Наверное, ему надо больше отдыхать, а то никаких нервов не хватит. Для такого появления, у людей есть подходящее выражение: «как чёрт из табакерки».       — Пока ждал тебя, ушёл вглубь зала и забылся о времени. Садись, — Сэми любезно указывает на стул и садится сам, — сейчас всё расскажу, — прячет под руки какую-то книгу. Видимо, не шутка. Значит, Дино будет действовать по плану, заготовленному ещё дома:       — Сэми, извини, произошло недоразумение. Мы не должны…       — Ничего незаконного и даже отдалённо плохого, — он всегда был таким нетерпеливым? — Клянусь. Всё по заветам ангелов.       — На празднества, как и на дополнительные тренировки времени нет, — Сэми, видимо, был из упёртых.       — И желания. А я предлагаю это исправить. Сядь, — голос ангела почти неуловимо понизился на последнем слове, откровенно настаивая. Ещё при неожиданном диалоге в раздевалке, было заметно, что Сэми был на взводе и, спустя столько времени, это не прошло? Они никогда не общались, пара перекинутых фраз во время тренировки и то, один раз в лунный год — предел. Но Дино не думал, что Сэми окажется… таким… эмоциональным, что ли? Со стороны он таким не казался.       Стул легко приподнялся рукой Дино, переместился ближе, скрипнул от веса — Сэми молча согласились выслушать. Раз он так уверен (и вдохновлён), Дино уступит.       — Спасибо, — Сэми замолкает на секунду, уводя взгляд куда-то в сторону. Проводит языком по внутренней стороне щеки, видимо, собирая мысли в кучу, начинает медленно говорить, неожиданно мягко формулируя:       — Я думаю, что корень наших проблем — разрозненность и подавленность. Демоны это всё видят и, ты сам замечаешь, жмутся к друг другу ближе, — в голове появилось чёткое воспоминание, как во время стычек с Люцифером, Ости, всегда стоявшая чуть позади и молчавшая, начала вставать рядом с сыном Сатаны и прямо, без утайки, не только встревала, но и становилась полноценной собеседницей, неприкрыто высказывая колкости. Когда раньше язвительности предпочитала тихую войну — прятать мысли и рассказывать лишь за спиной, другим ученикам.       А затем ещё одно, как всё чаще, Лилу, выступавшая единственной связью с миром не-учёбы — рассказывала, как того-то и этого обидели демоны за день, и как подавлены ангелы. Рассказывала, что даже непризнанные, выбравшие раннее сторону ангелов, по-тихоньку отдалялись, чтобы, итак угнетаемые, не навлечь на себя что пострашней, от демонов, почувствовавших, что Школа и все бессмертные в ней — у их власти. А во время тренировки Дино, не имеющий привычку подслушивать, узнал от Геральда, пришедшего поговорить с отцом, что демоны стали неуправляемыми, и на последок преподаватель даже дал личный совет: Дино стоит быть осторожнее и, если увидит что, помогать. Но этому всему он не уделял внимание, слушал краем уха и кивал, выполняя очередное задание отца. И только в этом странном разговоре, Дино, наконец, осознал и чрезмерную уверенность Ости, и слова Лилу, и предупреждения Геральда. Но Сэми не останавливался, не давая времени на обдумать:       — Они помогают друг другу охотнее, чтобы ангелов обогнать ещё больше. Но, если мы сможем поднять боевой дух нашей команды и победить, — удивительно, вариант с «просто дать хороший отпор» даже видимо не учитывался, — то поднимем дух ангелов и поставим на место демонов, вернув всё, как было.       «Восстановив равновесие снова», если простыми словами.       — Я предлагаю поговорить отдельно с каждым членом команды по Крылоборству и устроить несколько нестандартных тренировок, но вдали от Школы. Лучше перестраховаться, — какое слово интересное, — демоны сейчас, конечно, заняты самолюбованием, но могут заметить и помешать. Ну и тренировка в нестандартных условиях должна лучше помочь.       Рассказав суть плана, Сэми потерял сосредоточенность и уверенность в своих словах, что, странно, позволило Дино немного расслабиться:       — Если мы застанем их врасплох, наши шансы выиграть намного выше. Не нужно недооценивать демонов, — и затих, будто последнее предложение вырвалось само собой. Но продолжать не стал, сразу отвёл задумчивый взгляд в сторону. Дино тоже было над чем подумать. Он будто резко выплыл из воды на воздух. Шепфа, он, как ангел, как негласный лидер всех ангелов Школы, должен помогать и направлять собратьев, а не зацикливаться на себе, пропуская их проблемы мимо ушей.       Дино должен это исправить:       — Я согласен.