사신

«Не понимаю…» Женщина средних лет с ямочками на щеках доброжелательно улыбается, что-то говоря собеседнику подле меня, но я ничего не слышу, не могу разобрать ни единого слова. Вокруг лишь белый шум, который постепенно заполняет всю комнату, стирая людей вокруг, от чего взгляд падает сначала на собственную обувь, а затем я и вовсе закрываю веки. «Где я?» Зажмуриваюсь с силой, пытаясь отпугнуть это неприятное ощущение, но ничего не помогает, поэтому цепляюсь пальцами за ткань шорт. «Где мама? Где папа?» Начинаю глубоко дышать, долгий вдох и медленный выдох, брат говорил, что если мне страшно, это поможет успокоиться. «Где братик?» -Са Шин? Ким Са Шин! – Из ступора вывел недовольный возглас рядом стоявшей женщины и её твёрдая рука на плече, что грубо тормошила моё и без того слабое тело, от чего я еле удержался на ногах. -Ох, извините, Госпожа Ямагути, он у нас иногда витает в облаках. – Смотрительница храма смущённо похихикала, заставив меня поклониться в знак извинения. Ещё немного, и она вот-вот вдавит меня в землю. -Ничего страшного, – Незнакомка снова мягко улыбнулась. – Са Шин, встань, я посмотрю на тебя. Давление в области плеча резко исчезло, и я запоздало выпрямился, пытаясь переварить сказанные слова. Мой взгляд остановился только на нижней трети лица женщины, выше же он никак не мог подняться, то ли от страха, то ли ещё от чего-то неизвестного. Няня отошла подальше, а Госпожа Ямагути начала ходить вокруг меня, я же встал и старался не шевелиться, чувствуя себя глиняным горшком на выставке. Когда-то брат взял меня на семейный поход в музей, организованный его школой. Мне ничего не приглянулось, но единственное, что хорошо отпечаталось в памяти, это тёплая, мягко сжимающая мою кисть ладонь. От воспоминаний уголки губ невольно поползли вверх, что не осталось без внимания. Госпожа взяла меня за подбородок, всё также мягко улыбаясь. -Са Шин, что тебя развеселило? – Спокойно спросила она, начав вертеть мою голову из стороны в сторону, видимо, таким образом продолжая рассматривать меня. -Н-ничего… - Запнулся от испуга. Хоть мне никто не делал больно и не кричал, всё равно чувствовалась толика тревожности от незнакомки, возможно это потому, что я ещё не привык к ней за этот короткий промежуток времени, да и странно она себя вела. -Открой рот. Внезапная просьба снова заставила меня нервничать с новой силой, от чего я непроизвольно поднял взгляд выше губ женщины, чтобы попытаться узнать по её глазам, что она от меня требует. Не ослышался ли я? Госпожа Ямагути приблизила своё лицо к моему, не сводя пристального взгляда. «Страшно.» -Я люблю послушных мальчиков, Са Шин, и не люблю повторяться дважды. – В её глазах не читалось ровным счётом ничего, будто я смотрел в зеркало, а голос был монотонным и даже в какой-то степени успокаивающим. Сжав край шорт ещё сильнее, я всё же широко открыл рот, чтобы женщина не просила меня больше ни о чём. Она же, в свою очередь, продолжала поворачивать мою голову, держась за подбородок пальцами и внимательно рассматривая что-то в моём рту. - Отлично. – Тихо произнесла незнакомка и подошла к няне. О чём дальше они общались, мне не было известно, но по энергичным поклонам «надзирательницы» можно было понять, что явно о чём-то хорошем для неё.

***

Госпожа Ямагути была женщиной лет пятидесяти пяти, любившая одеваться в традиционные роскошные кимоно, отринув таким образом корейскую культуру, в которой воспитывалась с рождения. Для своего возраста дама выглядела хорошо, намного моложе своих сверстниц, что казалось удивительным, если оглядываться в прошлое женщины. Лицо всегда украшала лёгкая улыбка и снисходительный взгляд, а также заметная черта – ямочки на щеках, от которых супруг приходил в восторг даже спустя десятилетия замужества. У них с Господином Ямагути было всего трое детей, но они не годились для ведения семейного «бизнеса» в будущем, когда супруги отправятся к почившим предкам. Поэтому было принято единогласное решение, что для продолжения работы клана «Ямагути-гуми»* необходим наследник, которого они воспитают по всем канонам гокудо*. Так выбор пал на двоюродного внука Госпожи Ямагути (доселе Госпожи Ким), что жил в Южной Корее. Племянник покинул этот бренный мир, его жена оказалась в тюрьме, а опеку получил лишь старший ребёнок, видимо, из-за лёгкости воспитания в связи с возрастом. Младший же был отправлен в церковный храм – детский дом, откуда его по неизвестным причинам ещё не взяли ни в одну семью. Ким Са Шин робкий, но добрый мальчик, который по стечению неблагоприятных обстоятельств столкнулся с проблемами уже в столь юном возрасте. Трагично потеряв родителей, он продолжал не отчаиваться благодаря своему брату, навещавшему его почти каждый месяц. Ким Докча был старше младшего на десять лет, парень ждал момента, когда сможет встать на ноги и забрать ребёнка к себе. Он и так чувствовал себя виноватым перед братом за то, что не мог встречаться с ним каждый день, как раньше, а с переездом в другой город и вовсе еле находил время и средства для визита детского дома. И вот настал день «Х», когда юный Докча смог выбраться из своей повседневной рутины. Ему пришлось найти дополнительную подработку, чтобы накопить денег для поездки, а также для подарка на день рождения маленького Шина. Пришлось пожертвовать многими благами, например, сном, более-менее полезной пищей и даже любимым романом. Из-за загруженного графика парень пропустил четыре новых главы, но это того стоило, и он совсем не жалел о содеянном, думая о том, как брат будет рад новенькой энциклопедии о мифах и легендах, собранных со всего мира. -Развит не по годам с такой-то семейкой…- Иронично подметил старший Ким и грустно выдохнул. Подъехав на автобусе к большому зданию с идеально выбеленными стенами, он прошёл через железные ворота, остановив взгляд на возвышающемся кресте на крыше детского дома. Отметив про себя весьма нелестный комментарий о фанатиках, прошёл дальше к стойке охраны. После нескольких минут ожидания охранника, который ушёл за старшей смотрительницей, Ким Докча услышал пение в одной из аудиторий здания. Чтобы утолить своё любопытство, парень прошёл по коридору к двери, за которой доносились песнопения. «Вдруг Шин тоже поёт? Он обычно не любит это делать при мне, взгляну одним глазком, ничего же страшного не произойдёт». Дотронувшись до ручки двери, за спиной раздался чей-то кашель, а затем и недовольный голос: -Ким Докча, что ты делаешь? Вздрогнув от внезапности, парень повернулся к источнику звука и криво улыбнулся стоявшей перед ним женщине. -Здравствуйте, Госпожа Пак. – Нервно произнёс брюнет, кланяясь ей. -Что тебя привело к нам? – Пропустив мимо ушей приветствие, снова задала она вопрос. -Я приехал к Шину на день рождения. – Достав из сумки цветастую упаковку, в которую было завёрнуто что-то достаточно большое и увесистое, Докча протянул ей подарок, чтобы она точно поняла, что он не обманщик. -Ким Са Шина нет в нашем храме, – Женщина скрестила руки на груди и недовольно оглядела парня с ног до головы. – Прошу тебя покинуть священную обитель и не очернять её своим присутствием. -В каком смысле «нет»? – Старший Ким сжал в руках книгу от подступившей нервозности и уставился на Госпожу Пак, не веря своим ушам. «Это что, новый вид неприязни? Глупая шутка?» -В прямом смысле. Ким Са Шина усыновили два месяца назад. Если бы ты навещал его почаще, то был бы в курсе всех дел, – Смотрительница повернулась к собеседнику спиной, собравшись покинуть его. – Если желаешь для своего брата лучшей жизни, то пропади из неё и не пытайся его искать. «Что?»