Прирученный гонщик для Икарус-тян

Пепел от сгоревшего кружка кибернетики ещё кружился над лагерем, но жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. Толик пробудил в себе завхоза и наконец-то оформил бумаги со списком утраченного имущества, Кэнак и кибернетики в прямом смысле слова ушли в подполье, а вожатая лечила нервы в медпункте, открывая бутылочки то с валерьянкой, а то и с чем-то покрепче. Только Маруся с самого утра твёрдо решила развивать вчерашний успех, и после пожара сразу же отправилась в музыкальный кружок – строить дальнейшие планы соблазнения своего водителя. «Мику вчера здорово помогла мне с караоке, да и сама она была в считанных секундах от потрахушек с Персуновым... Наверняка эта девушка лучше других знает, как надо развивать отношения». Только вот после ночных танцев Мику спала очень крепко, так что будить её с утра Икарус-тян не захотела. Посоветоваться с циановой болтушкой легко можно было и по ходу дня, а вот посидеть в тишине посреди пионерского лагеря удавалось нечасто. – Заодно наведу красоту. Фары подводить незачем, они у меня и так выразительные, а вот лак никогда не бывает лишним. Это каждый автомобиль знает... Усевшись возле зеркала, автобуська причесала волосы и собрала их в хвостики, сбрызгнув лаком, застегнула форму и повязала красный галстук. Достигнув таким образом идеала красоты, рыжик подмигнула своему отражению и отправилась очаровывать Кэнака. Утренняя линейка к этому времени благополучно закончилась, так что автотян решила не тратить время на формальности и заранее занять свободный столик. Напевая вчерашнюю песенку Юдит Сюч, венгерская пионерка как раз парковалась возле столовой, когда со стороны общих кружков потянуло дымом и раздались вопли: «Пожар! Горим!». – Что за фигня? - удивилась Маруся. – Неужели у Персунова после вчерашнего облома окончательно включился режим Пионера, и он задумал сжечь весь лагерь? Конечно, при обычных обстоятельствах Икарус не парилась бы из-за такой малозначительной фигни, тем более что в следующем цикле сгоревшие домики всё равно восстановятся, а пришибленные пионеры возродятся. Но сейчас девушка была полна решимости замутить летний роман со своим водителем, и безумствующий в лагере маньяк мог серьёзно подпортить эти планы. – Ну уж нет! Эти несколько дней – мой заслуженный отпуск, а я не собираюсь тратить их на борьбу с каким-то психом! Захватив с собой булыжник потяжелее, рыжуля отправилась искать чокнутого поджигателя, и шлейф дыма скоро вывел её к пылающему кружку кибернетики. Короткий допрос перепуганного Электроника показал, что причиной возгорания стал забытый паяльник, и у Икаруски слегка отлегло на душе. Если это бедствие произошло не по вине рехнувшегося Семёна, то смену ещё можно было спасти. Подавив в себе желание вмазать Сыроежкину по роже за ротозейство, Маруся резко развернулась и помчалась за водой. Конечно, тушить горящий дом ведёрком было бы довольно глупо, так что девушка решила пустить в ход всю свою недюжинную силу и выбрать ёмкость побольше. На кухне как раз мыли пустые бидоны от молока, и прихватив с собой один, Икарус-тян понеслась к умывальникам. – Эй, куда?.. - всплеснула руками повариха, но автобусессе некогда было перед ней отчитываться. – Пардон, потом верну! Вода из рукомойников текла ужасно медленно, но таскать её отсюда было всё же ближе, чем бегать до речки. Рыжая пионерка набрала в бидон литров двадцать, и чувствуя себя перегруженным молоковозом, двинулась к общим кружкам. – Хорошо хоть не бензоколонка горит... Но несмотя на все усилия Маруси и других пожарных, огонь бушевал всё сильнее. Икарус-тян видела, как вернувшийся из леса Кэнак вклинился в бой, но вот на взрыв девушка не попала. Она как раз набирала воду, когда над лагерем раздалось громовое «ба-бах!», а когда автотянка добралась до места событий, от гордого оплота кибернетической науки остались лишь дымящиеся руины. Джош, к счастью, пережил взрыв, и сейчас что-то активно доказывал Виолетте, а слегка оглушённая Ольга по инерции бранила кибернетиков. Маруся потопталась рядом ещё минут пять, и убедившись, что выцепить Кэнака сейчас точно не получится, залила водой догорающие угли и отправилась в гости к Мику. Пионерка-оркестр, само собой, тоже присутствовала на пожаре, и едва увидев подругу, поспешила к ней, чтобы поделиться впечатлениями. – Марусечкатыэтовидела?!! - с порога начала тарахтеть циановая, забывая даже делать паузы между словами. – Вотэтобылбабам! – Угу, долбануло и правда знатно, но я пришла говорить не про взрывы, а про любовь. – Любовь? - сразу затихла Хацунэ. Щёчки девушки мигом стали пунцовыми, и события прошлой ночи снова встали у неё перед глазами. – Да, про моего рыжего водите... друга. Смена скоро заканчивается, и я хотела бы немного ускорить наши отношения. Ну, ты понимаешь... - и Икарус сделала несколько недвусмысленных жестов. – Ух ты, вы уже так далеко зашли! Прямо как мы с Сёмочкой... Когда дело касалось не только её, Мику начинала говорить о сексе намного свободнее, и с ходу придумала отличный план соблазнения. – Слушай, Мару-чан, а давай попробуем заманить их в баню? Вначале просто пойдём попариться, а мальчиков позовём таскать дрова для печки. Потом я попрошу Сёмочку просушить мне волосы феном, и вы с Джошуней останетесь вдвоём. Он потрёт тебе спинку, возбудится, и у вас будет любовь! Ой, неужели я такое вслух говорю? Стыдно-то как... – Да ничего в этом стыдного нет, Микуся! - хлопнула японочку по спине автобусиха. – Девушки без ухажёров – это как автобусы без пассажиров. А идея с баней вообще улёт, как я только сама про неё позабыла... Подруги условились вернуться из похода пораньше, чтобы затащить кавалеров в парилку без лишних свидетелей, и оставив Мику собирать разные шампуни и мочалки, рыжуля отправилась искать Кэнака. «Попробую заранее уговорить его прогуляться после похода... Но про конечную станцию, конечно, пока лучше не гудеть». Бородач обнаружился довольно быстро – он сидел на корточках у памятника, сбрасывая в люк обгоревшие детали многострадального «ЕРЁМЫ». Поначалу Икарус-тян решила, что стиги так провожают свои автомобили в последний путь, но показавшееся из шахты лицо Шурика дало понять, что история самодельного автомобиля ещё не окончена. – О, пацаны, вы в подполье уходите? А зачем тащить с собой это убитое корыто? – «ЕРЁМА» – не корыто, а средство передвижения! - обиделся Кэнак. – Вот увидишь, он ещё будет ездить по лагерю! Не зря же я на механика-техностига учился... «Механическая» тема была отличной возможностью перевести разговор, и убедившись, что кибернетики с горелыми железяками скрылись в шахтах, Маруся решила задать парочку наводящих вопросов. – Кстати, ты вчера так и не рассказал мне, кто такие техностиги... Девушка быстро пожалела о своём любопытстве. Канадский гонщик сразу позабыл про все обиды и обрушил на бедную Икаруску целую лекцию по истории стигов, включающую в себя теорию трёх сословий (гонщики, механики, стюарды), раскол авто- и мотостигов, а также краткое описание всех шести Граней Братства Механиков. Маруся быстро перестала понимать, что к чему, и к концу рассказа у неё остался только один вопрос – что вообще из себя представляет Стигоносис. – Гонщики ездят, механики чинят – это понятно. Ты лучше объясни, какой он, этот твой Стего... фиг выговоришь... – Стигоносис? – Он самый! - закивала девушка. – Это такой большой лагерь? – Ну, можно и так сказать... - задумался Кэнак. – Представь, что примерно сотня наших лагерей запаяна в огромный шар, который летает по космосу, а внутри него целый город – небоскрёбы, автобаны, машин не сосчитать... Ты когда-нибудь была в городе? – По-настоящему – ни разу, - вздохнула автобусинка. – Для меня циклы и начинались, и заканчивались только на остановке... Я вроде бы знаю о внешнем мире, но никогда его не видела. Какой он вообще? – Мир людей? Так просто и не расскажешь, - почесал бороду Кэнак. – Шумный, суетливый, бестолковый... Но по-своему прекрасный. Изначально ведь я тоже был человеком, а уже потом превратился в стига и улетел с ними в космос. Канадец мечтательно поднял глаза к небу. – Вот среди звёзд – там раздолье! Никаких тебе ипотек, кредитов и политики – одни только гонки. Правда, когда гонки заканчиваются, многие из нас впадают в апатию и часами могут сидеть на месте, уставившись в одну точку. Некоторые, будь их воля, вообще растворились бы в ноосфере. – Что за хреносфера? - сразу насторожилась Икарус-тян. – Это что-то вроде переплавки металлолома? – Нет, разумеется! - засмеялся Джош. – Не в прямом смысле слова «растворились». Просто ноосфера – что-то среднее между обычным разговором, телефонным звонком и форумом для обмена знаниями, но только происходит этот обмен непосредственно в голове. Поскольку я немножко учился на механика, моя связь с ноосферой куда крепче, чем у других гоночных стигов. Это такое офигенное чувство, когда ты можешь чувствовать мысли и действия тех, кто находится рядом! Прямо как телепатия, про которую так любят писать разные фантасты. – То есть, один механик чувствует другого, как будто они колёса, связанные гидравликой? – Получается так... Может, Маруся спросила бы у бородача ещё что-нибудь, но тут из люка высунулась измазанная мазутом физиономия Электроника. – Джош, ты идёшь? Мы там не можем договориться, как закрепить ручник! – Иду, иду! - закивал рыжий гонщик. – Ну, Марусь, мне пора, нам с пацанами надо заканчивать машину. Хочешь потом покататься, когда будет готово? Икарус-тян не хотела. Сама мысль о том, чтобы садиться за руль, вызывала у девушки-автобуса странное отторжение, но рыжику пришлось согласиться на это, чтобы уговорить Кэнака пораньше свалить с похода. «Ладно, раз я всё равно уже человек, то придётся попробовать себя в роли водителя. Может, это и правда не такая уж плохая идея».