Несколько попыток, но одна удачная

Сегодня Феликс опоздал на первый урок, просто потому что проспал. Он пришел ко второму, с трудом встав с кровати. Не то, чтобы он прям торопился в школу, просто маме обещал не прогуливать. Зайдя в свой кабинет, пока была перемена, Ликс увидел на парте записку. Он провёл глазами по классу и увидел, как его одноклассницы о чем то перешептывались. " Вот это я альфа самец, уже девок приманиваю! ", – подумал Феликс про себя и посмотрел на свои мышцы, которых не было. Ну да, до бодибилдера ему еще далеко, но листочек от девчонки уже был показателем, что не все потеряно! И было абсолютно неважно, что Ликс – гей. Он демонстративно подходит к своему столу и берет записку в руки, и, надеясь на комплименты, раскрывает ее: *Ты лох* – Что за хуйня?! Это вы мне подкинули,?!, – Феликс кричит прямо на весь кабинет и показывает пальцем на тех одноклассниц, которые о чем то шептались. Они изумленно переглянулись и уже хотели что-то сказать в ответ, но их опередили. – Ли Феликс, что за словечки?!, – в класс зашла самая ненавистная Ликсом женщина – учитель математики. На вид ей было лет пятьсот и выглядела она раза в три хуже той библиотекарши, царство ей небесное. При этом она ещё злющая была, как динозавр. Всем сердцем математичка ненавидела Феликса и ему иногда правда казалось, что она может его съесть. – Да вам послышалось! Знаете, как говорят: старость не радость, маразм не оргазм! – Ли Феликс, живо к директору!, – учитель не выдержала поведения Ликса и отправила его к директору. Снова! Он там бывал чаще, чем у нее на уроках. Возможно это был ее план, чтобы не учить Феликса, но на её уроках он все равно спал, так что сейчас не многое теряет. – Мда, не любят меня женщины, – сказал Ли, выходя в коридор. Там было абсолютно пусто и тихо, будто он находился в школе один. Решив не идти сегодня к директору, так как ничего нового он там не услышит, Ликс решил сходить покурить в туалет на первом этаже. Там открывалось окно, поэтому на перемене там было просто не протолкнуться. Пока Феликс шел по лестнице из его головы все не выходила та записка. Какой идиот мог ее там оставить? Ясно же, что это были не его одноклассницы, но тогда кто? А хотя есть у Ликса предположение, что же за чудовище это сделало. Хван Хёнджин. Закрыв входную дверь туалета, Ли открыл окошко и уселся на подоконник. Только он успел выпустить первый дым из легких, как сзади донеслось: – Это полиция, курение в туалете запрещено!, – от неожиданности Феликс чуть в окно не вылетел. Он обернулся и увидел Хёнджина, который стоял и улыбался своей фирменной дурацкой ухмылкой. – Ты еблан? Как ты сюда вообще попал? – Ну лично я уже был здесь, когда ты зашел, цыпленок, – Хван медленно подошел к подоконнику и поставил свои руки на него. – Чо? Ну ка свали отсюда. – Цып цып цып. – Гав гав гав нахуй. Говорю же: съеби. – А то что?, – Джинн наклонился к Ликсу и взял сигарету из его рук. Он сделал одну затяжку и выпустил дым прямо в лицо младшего, на что тот поморщился и толкнул его рукой в грудь, но это не особо облегчило ситуацию. – А то к бабушке своей отправишься. – Боюсь боюсь. Такая мышка, как ты, и мухи не обидит. – Слышь, Микки Маус ебанный, дай выйти, мне к директору надо. – Неа, – Хёнджин силой раздвинул колени Ликса и встал меж ними. От такой наглости младший знатно прихуел и уже было открыл рот, чтобы высказать все в лицо Хвану, но тот действовал намного быстрее. Он заткнул Ли поцелуем, кусая его нижнюю губу. Глаза Феликса выпали на месте и он остался неподвижно сидеть в одном положении, пока Хёнджин бесцеремонно придвинул его ближе к себе, оставляя руки на талии. Он жадно и мокро терзал губы Ли, не давая тому даже продохнуть. Держал настолько сильно, что похоже на теле останутся синяки. Все происходило всего несколько секунд, но для Ликса это показалось ебаными часами. Еще бы немного, и он бы снова сдался этому придурку в руки, ведь уже даже не пытался себе доказать, что ему это не нравится. Ножиданно прозвенел звонок на перемену, поэтому Хван наконец-то отстранился от его губ, облизнулся и сказал: – Плоховато целуешься, цыпленок. Ну ничего, научу, – после чего он развернулся и просто вышел из помещения. – Пиздец, лучше бы к директору пошел.