Разговоры на балконе

      Сидеть среди ночи вдвоем на балконе стало уже чем-то привычным. Они никогда не договаривались об этом, и никогда не выходили на него одновременно. Сначала приходил кто-то один, а через некоторое время другой. Затем они разговаривали обо всем, что их тревожит. Наутро оба умело делали вид, что ничего не было. Словно все их ночные откровения лишь сон. Вот только сном это не было.              Сегодняшняя ночь не стала исключением. Лу, выждав нужное по ее мнению время, неспешно отправилась на балкон. Медленно ступая по холодному полу, она снова пролезла между Иво и перилами, обнимая.              — Снова не спишь, — тихо прошептала она и встретилась с ним глазами, замечая в них уже нескрываемую усталость. Сейчас ему это было ни к чему. Он обещал доверится ей. Но все же Иво молчал, продолжая пребывать в своих мыслях.              — Расскажи, станет легче, — Лу прижалась обратно к его груди, дожидаясь ответа, но Мартен продолжал молчать.              — Дать побыть тебе одному? — спросила она, когда молчание Мартена уже стало невыносимым.              — Нет, останься, пожалуйста, — шепнул Иво и наконец-то обнял ее в ответ.              — Помолчим?              Иво кивнул, а затем осторожно опустил подбородок на макушку Лу, прикрывая глаза и обнимая чуть крепче. Лу вздохнула с облегчением, вероятно, догадываясь о том, что беспокоило Мартена. Провела рукой по его спине, касаясь кончиков распущенных на ночь волос. Потерлась щекой о его грудь, удобнее устраиваясь в его руках. Стала слушать стук его сердца, чуть более быстрый, чем обычно. Тоже прикрыла глаза и улыбнулась. Она чувствовала, что Иво тоже постепенно расслаблялся. На душе у обоих становилось спокойнее.              Молчание.       Они не первый раз просто молчали, поэтому оно не было непривычным. В нем не было ничего некомфортного и неловкого. Их молчание говорило само за себя и порой несло в себе намного больше смысла, чем самый душевный диалог. Порой казалось, что слова и вовсе не нужны им, чтобы понять друг друга.              Сейчас был именно такой момент. Слова были лишними, а молчание стало для них чем-то личным и сокровенным... хотя, кажется, они никогда и не молчали.