Галлюцинации Ганимеда

Сложно сказать когда это началось. Спутниковая революция закончилась плачевно для спутников, они проиграли эту "битву" и всё вернулось в прежние времена... . Многие потерпели травмы и повреждения как коры, так и более глубокие проблемы, но они оправлялись от этого. Только вот, не всем удавалось быстро и хорошо восстановится... . Ганимеда шатало, он не мог стоять, он как будто не видит себя, не видит своих ног, не видит дорогу перед собой, точнее она есть, но её нельзя ощутить, насладиться ею. Он как будто во сне, сложно мыслить линейно. Голова болит, кора поломана, а из глаз текут слёзы, не потому что чувства нахлынули, просто они тоже болели и давили на глазницы. Всё пульсирует, Ганимед смотрит на свои руки и они тоже пульсируют, словно приближаются и отдаляются. Это такое странное чувство, он как будто не дома, а в совершенно неизведанном ему месте... Это были пейзажи с Земли, но они какие-то странные, они искажённые. Вряд-ли у синей планеты светло днём, но небо при этом чёрное и облака остаются белыми. Пейзажи были знакомые, как те самые картинки которые он видел когда то, слились в одно, и тут пусто... . -...чёрт... , - Ганимед понимал где он, но не как не мог понять что он тут делает, в прочем революция его измучила, он не добился того чего хотел, не смог помочь другим, хоть и радикальными способами, но тем не менее помочь... с ним жестоко обошлись, словно он снова ощущает чужие прикосновения, оставляющие синяки и гематомы, в прочем не только это. Ему мерзко, ему страшно, никто не помог ему, никто не спас его... . Спутника начинает переполнять горечь вперемешку с тем самым первобытным страхом, но она переливалась в гнев и ярость. Ганимеда уже переполняет злоба, он злится на всех, на планет, на спутников, на своих друзей и возлюбленную, но.. в первую очередь он злится на себя, за свою никчёмность, за то что он такой, за то что он ничего не сделал сам, когда над ним потешались, он злится что позволил сделать себя таким! Всё тело в синяках и увечьях, глаз перебинтован мокрыми бинтами, руки трясутся и кое как ходит, и всё, всё, всё болит, как тело, так и душа. Он поплатился за всё то что сделал, поплатился телом и душевным состоянием. Чувство, которое ему знакомо, не покидало его, чувство гнева и горечи, нет, оно более сильное, что заставляет его рваться наружу с огромным натиском, ему хочется вылить все эти ощущения, он хочет сжаться в угол и сидеть тихо, тихо, наедине с собой или наоборот рвать и метать всё что видит, хочет рвать на себе волосы и сдирать с себя кору, при этом истошно крича... это ненависть, чистая, ни чем не прикрытая ненависть... . Даа, в этом пустом месте, в этом грёбаном аду ничего нет, даже звуки совсем иные, не такие как дома, это был детский плач, который звал маму, шум его собственной магнитосферы, которую спутник никогда не слышал и чей то раздражающий, мать его, шёпот, который бубнил не уставая! Как его это бесит, но Ганимед всё равно идёт дальше по нескончаемой тропинке, правда что-то зацепило его взгляд, это был... он? Внезапно, хотя почему то Ганимед не испугался, тот "Ганимед" оказался перед ним, смирно стоя в нескольких метрах, а пейзажи переменились на заснеженную пустошь, такая туманная, и солнце совсем чуть-чуть выглядывало из душистых, мыльных облаков. - Выглядишь плачевно...- - Кто ты?- - Я это ты.- - С чего ты это взял?- - Потому что наши тела идентичны и разум такой же, вот только...- некто сделал паузу,- я тот, кого принято называть совершенным или настоящим.- Лицо того Ганимеда было невозможно разглядеть, его сглаживала ледяная поверхность, он был чист, такой чистый лёд мало где увидишь. "Ганимед" отражал лучи солнца, образуя свет вокруг себя. - ...настоящим?- Ганимед опешил, как он смеет так говорить, возомнил себя совершенным, да кто он вообще, - ...как ты вообще такое говорить можешь, с чего ты это взял, что ты какой то там совершенный?!- - А ты не видишь? Посмотри на себя, разве *это* совершенство? Разве это настоящий ты? Ты всего лишь пустая оболочка в которую напихали всю ту ненависть, которую не может выносить ни одно небесное тело. Тебя кто-то любит? Даже родная планета не говорит что ты ей дорог, она не смотрит на тебя, не видит тебя, ты для неё никто. Все желают тебе смерти, самыми ужасными способами. Для других ты раздражитель, тебя в принципе не должно существовать, зачем вселенной такой как ты? Ты заслужил всё то что с тобой сделали.- "Ганимед" был иной, а голова уже вот вот готова лопнуть, настоящий Ганимед уже хочет просверлить себе вески, добивали ещё резко появляющийся картинки его друзей и самого себя шокирующего характера, а звуки стали чётче, теперь это бормотание было слышно, оно из раза в раз повторяло "Ты это заслужил!", "Так тебе и надо, мерзкая тварь!". Нет, нет, нет, это ужасно, это невыносимо! - ...Юпитер никогда не любил тебя, Европа никогда не любила тебя, а ты так отчаянно ищешь их любовь, ищешь любовь каждого, привлекая к себе внимание.- -...перестань...- Ганимед закрывал уже себе уши. - Ты хочешь быть любимым, поэтому тебе так важна Европа, поэтому ты так зависим от неё, поэтому ты делаешь всё, чтобы быть её центром...- -...прошу...- он уже медленно садился на свои больные колени, гнев пропал, хотелось просто заткнуть этого самозванца или всё таки он не был таковым? - ... поэтому ты ей потакаешь, ты привязан к ней, без неё ты никто, она сделала тебя, без неё твоя личность не имеет смысла. У тебя самооценка ниже плинтуса, так ещё тебя унизили, знаешь я удивлён что Юпитер принял тебя после всех твоих выходок, потому что будь бы я на его месте, запинал бы тебя ещё сильнее и оставил бы таять возле Солнца, чтобы ты полностью растаял и исчез из системы, а твоё место занял бы Титан...- - заткнись, заткнись, заткнись, не хочу тебя больше слушать!- - Почему же?- - Потому что всё это правда, то что ты говоришь это правда, я просто не могу это слушать!- Ганимед говорит это чуть ли не рыдая, ему больно и он понял посыл ещё одного шума. Ребенок плачущий, который отчаянно зовёт маму, это и есть сам Ганимед. Спутник буквально рыдает от всего, все те эмоции накопились, ненависть сменилась болью и грустью, он будто бы хочет позвать материнскую планету, свою планету Юпитера, хочет помощи, хочет чтобы он его утешил, как это делает мать, когда ребёнок плачет, но его нет... . - Думаю ты понял что я хочу тебе сказать...- - Ты это я, но не как я,- солёные слёзы катятся по его ледяным щекам, Ганимед понял посыл, но уже слишком поздно что либо делать, он провалился в чёрную пустошь. В реальности всё иначе, всё такой же Ганимед лежал у себя в комнате, у себя дома, в родной кровати. Чистая постель, на которой лежал сам спутник с широко открытым глазом, а в нём было пусто. Ганимед так и не пришёл в себя после революции, возможно он так и останется лежать в кроватке, бережно накрытый одеялком и пледом, который так аккуратно и с такой любовью был связан Юпитером. Кто знает сколько времени пройдёт... .