Обретенное счастье

С того дня, как этот непоседливый омега из клана Цзян - Вэй Усянь прибыл в орден Гусу Лань, Второму Нефриту так и нет покоя. В целях перевоспитания и наказания за очередное нарушение правил Лань Цижэнь определил своего племянника в качестве надзирателя для Молодого Господина Вэя, посчитав его подходящей кандидатурой для такой роли, так как он считается лучшим учеником их ордена и его выдержке перед омегами даже в разгар течки можно позавидовать. По сему Второй Молодой Господин Лань каждый день по несколько часов находится в библиотеке и следит за нарушителем, что так въелся в его голову с самого прибытия. Хоть Лань Ванцзи и ненавидел этого омегу, но никак не мог забыть его запах. Для него он стал камнем преткновения в контроле своего внутреннего альфы. От Вэй Усяня пахло мятой… свежей мятой после летнего дождя, которую только что сорвали с куста. Аромат действовал освежающе, оживлял сердце, пробуждал желание жить и радоваться жизни, что для альфы было не свойственно, ведь он ограничен множеством правил, что диктуют воздерживаться от излишеств проявления чувств. Младший Лань всегда хоть и внешне спокоен, но когда рядом оказывается этот мальчишка, то его разум сразу выбивается из равновесия, пытаясь вывести на эмоции. Поэтому проанализировав свое состояние и эмоции, альфа решил, что это будет очередное его испытание в выдержке перед омегой. Их клан категорически был зациклен на правилах, которые каждый день вторил себе Второй Нефрит, дабы оставаться сосредоточенным и сдержанным. Но чему быть, того не миновать. В очередной раз Вэй Усянь маялся в библиотеке и не знал, чем себя занять, ведь переписывать более трех тысяч правил ордена Гусу Лань было наискучнейшим занятием. Он сидел на своем месте и смотрел на альфу, не скрывая взгляда. Второй Нефрит сначала показался ему очень холодным, как глыба льда посреди бескрайнего моря, и отстраненным. Он был очень молчалив и не проявлял эмоций. Для омеги это оказалось очень интересная загадка, которая казалось одновременно и невозможной разгадать, и очень опасной. Ведь каждый раз, как он пытался пошутить или же подколоть альфу, на него смотрел строгий и осудительный взгляд, от которого по спине проходились мурашки. Но не будь он Вэй Усянем, если не попробует сломить эту стену, что огораживает настоящего Ланя от людского мира. Придумав в своей голове очередной план по раскрепощению, он встал из-за стола и направился в сторону своего “милого надзирателя”. - Гэгэ, а гэгэ, - с улыбкой на лице омега устроился сбоку от стола альфы, облокотился на стол и поместил подбородок на ладони, - мне так скучно, давай чем-нибудь займемся. - сложив губы в трубочку и сделав умоляющий взгляд, попросил младший. - Следи за словами. - только бросил взгляд Лань и вернулся к своему занятию. - А как тогда мне тебя называть? Второй Молодой Господин Лань? Лань Ванцзи? Лань Чжань? Хангуан Цзюнь? - немного преободрился омега и заулыбался во все тридцать два зуба. Но его проигнорировали. - Мне очень скучно! - вновь застонал Вэй Усянь, расправив руки вперед по столу. - Разве тебе нет? - Сядь на место и примись за задание. - холодно произнес Второй Нефрит, не отрываясь от написания иероглифов. - Бессердечный! - надул губки омега и отвернулся. Больно надо было ему общаться с этой ледышкой! Но тут же в его светлую голову пришла очень гениальная мысль, как вывести Лань Ванцзи на эмоции. Он присел к альфе поближе, касаясь своим плечом чужого и прошептал томным голосмо на ухо: - Гэгэ, а не хочешь со мной поразвлечься? - ухо и все тело следом тут же обдало жаром. Второй Нефрит резко отскочил от нарушителя своего спокойствия и потянулся рукой к мечу. Его брови немного нахмурились, а глаза выражали смятение. - Да как ты… - хотел было достать альфа меч из ножен, как Вэй Усянь завосклицал, отодвинувшись назад при виде руки, тянувшейся к оружию: - Да ладно, ладно, Второй Молодой Господин Лань, я же пошутил! - омега поднял руки в знак того, что сдается. - Это была просто шутка. А вот меч я бы посоветовал убрать, все же ваши правила гласят, что нельзя устраивать драки везде, кроме тренировочного поля. - тут же с умным лицом парировал “противник”, на что альфа убрал руку от меча и снова сделал невозмутимое лицо. - Бесстыдник! - последнее, что сказал младший Лань, и сел обратно за стол. - О! Неужели я задел больную тему для гэгэ?! - снова заинтересовано приблизился, но уже не так близко, омега с ехидной улыбкой. - Неужто гэгэ так далек от мира плотских утех? - Вэй Усяню определенно нравилось выводить свою жертву на эмоции, это было очень забавно. Еще и приятный запах сандала, что понемногу начал усиливаться, только будоража сознание омеги., так и притягивал поближе. - Альфе и омеге, не состоящих в близких отношениях, не положено вести себя неподобающе. - холодно отозвался Лань и вновь взялся за кисть. Но не успел он промокнуть ее в чернила, как его лицо развернули и приблизились к губам. Поцелуй был настолько невесомым, всего лишь прикосновение, но тело тут же бросило в жар из-за близости. От таких действий в свою сторону альфа окаменел и перестал нормально соображать. И стоило его сознанию хоть немного начать возвращаться, как омега отвел свои губы, открыл глаза и, испугавшись собственных действий, убежал куда глаза глядят. Младший Лань только и мог удивленным взглядом смотреть тому вслед. Он не сразу понял, что с ним происходит. Но как только через пару мгновений сознание вернулось, он вновь ощутил, что оно затуманивается. Это был гон! Этот чертов Вэй Усянь посмел его поцеловать, украсть первый поцелуй, да и еще и вызвать ГОН! Как он смог смутить тело и душу, ведь Лань Ванцзи так славился своей выдержкой, а тут сломился от мимолетного прикосновения! Возмутительно! Лань Ванцзи с небольшим трудом поднялся с подушки, сохраняя внешнюю невозмутимость, и отправился к дяде сообщить о том, что следующие несколько дней не сможет следить за омегой, так как будет в состоянии гона. С этим паршивцем, что опьяняющим запахом остался в носу, решил разобраться потом, потому что сейчас было опасно с ним контактировать, так как он очень плохо на него влиял. Доложив дяде о своем состоянии и что Молодой Господин Вэй откланялся в свои покои, умолчав об истинной причине начала гона, альфа ушел в свои покои, где принял подавители и сел в позу лотоса, чтобы помедитировать и привести мысли в порядок. Второй Нефрит старался очистить свои мысли от порочных желаний, заменив их различными трактатами и правилами, что должны были отрезвить ум. Но все было тщетно, каждый раз в его сознание возвращался один и тот же силуэт, что так точно отпечатался в его памяти, и что так явно остался в носу, что ему казалось, что он до сих пор чувствует это до боли притягательный запах мяты, рядом с которым было так хорошо. *** Просидев так три часа в попытках выгнать из своего сознания это недоразумение, отчаявшись, было принято решение пойти на источник. Ледяная вода точно должна помочь очистить разум и освежить сознание. Выйдя из своих покоев, он обнаружил, что было уже темно, а значит на улице уже никого не было, лишь только шум вечерней природы ласкал слух. Поэтому не раздумывая альфа отправился в путь. Проходя сзади домов, чтобы никто его не застал в таком состоянии, и чтобы его желание не распалилось еще больше, он резко остановился у одного окна и замер. Оттуда тянуло сладким запахом мяты, что обволакивал и смягчал сознание, заманивая внутрь. Лань Ванцзи даже не заметил, как забрался через окно в чужую спальню. Сложно было не догадаться, кто был источником этого аромата, несколько часов назад он мимолетно прикоснулся к коже альфы, а потом улетучился вместе с хозяином, оставив после себя лишь душистый шлейф. Обратив взгляд на кровать, Лань увидел тело, свернувшееся колачиком и тяжело дышащее, кажется у Вэй Усяня началась течка. Младшему Ланю было сложно сдерживаться от данной картины, он боролся со своими желаниями и мыслями, отодвигая сердце и придвигая разум. Нельзя трогать этого омегу, они не вместе и даже не друзья. Он не может сейчас сорваться только из-за своего глупого желания обладать таким привлекательным и вкусно пахнущим омегой, что так манил прикоснуться его, приласкать, чтобы им обоим стало легче. Стоило альфе более менее как-то привести мысли в порядок и развернуться к окну, как он услышал тихий стон… стон, просящий о помощи. - Пожалуйста… Он развернул свою голову и увидел, что омега проснулся и полными желания глазами смотрел на альфу. Во рту второго вмиг выделилось много слюны, отчего он взглотнул. Увидев это, Вэй Усянь с трудом встал с кровати, подошел к Лань Ванцзи и впился в его губы, что так манили. Как только Ванцзи забрался в комнату, Усянь тут же почувствовал его запах и проснулся. От такого действия младший Лань сильнее возбудился и понял, что ему конец. Все его труды по воздержанию и контролю пали крахом, он не оттолкнул течного омегу, а наоборот сильнее прижал к себе за талию и начал целовать с таким напором, что воздуха еле хватало. Запах мяты проникал сквозь кожу, будоража сознание и распаляя его. В то время как омега, так долго желавший вновь вкусить аромат сандала, что так притягивал его и окружал теплом, который и вызвал течку после мимолетной близости с Ланем, внутри изнывал от желания почувствовать внутри себя альфу, почувствовать себя желанным и нужным. Ему хотелось, чтобы им обладали, чтобы его хотели. И он этого получил, хотя совсем не ожидал. Лань Ванцзи начал продвигаться вперед к кровати, на которую в последствии уложил столь разгоряченное тело. Он покрывал лицо Вэй Усяня поцелуями, опираясь одной рукой о кровать, а другой гладя щеку омеги и шею. Альфа проследовал по щеке к уху легкими поцелуями и, достигнув цели, принялся вылизывать столь чувствительное место Вэй Ина, как он выяснил по очень тихим стонам, что начал издавать его омега. Стоп. Его омега? Альфа сначала немного испугался своих мыслей, но тут же отбросил угрызения и признал, что это ЕГО омега. Теперь он не отпустит его никуда, теперь он не сможет жить без него. Отстранившись, вслух же произнес лишь: - Тише, Вэй Ин, - нежно сказал Лань, - нас не должны услышать. - все-таки нотки разума еще были при нем. - Хорошо. - на выдохе произнес Вэй Ин и вновь притянул к себе Ланя. Их губы ни на секунду не размыкались, а языки только сильнее сплетались, не желая отстраняться. Первым оторвался Второй Нефрит, ему очень хотелось дальше исследовать столь желанное тело. Он начал проводить дорожку поцелуев от щеки, спускаясь к изгибу шеи, ключицам, что так яро источали запах. Ванцзи кусал, и сразу зализывал ранку. Теперь это его омега и он мог спокойно оставлять следы на его теле. Лань целовал, немного посасывая кожу, отчего оставались ярко красные следы, что к утру станут багрово-фиолетовыми. Альфа спускался ниже, пока не набрел на уже давно затвердевший сосок. Ни секунды не думая, он приник к нему и принялся посасывать и кусать, от чего с губ Вэй Ина сорвался стон: - Ах… Лань Чжань… - омега уже не знал, куда себя девать от накопившегося желания. Ему уже очень хотелось альфу внутри себя. Из его дырочки уже сочились естественная смазка, а член то и дело подрагивал, испуская новую порцию предэякулята. Он хотел, чтобы Лань вдалбливался в него, не останавливаясь ни на минуту. Он хотел, чтобы он повязал его и поставил метку, ведь ему было так хорошо с ним. Ведь он внутри своего сознания давно желал сломить этого альфу и завладеть его разумом. Услышав свое домашнее имя, сознание Лань Чжаня будто бы и вовсе потерялось в омуте разврата и желания, столь сладко и возбуждающе звучало оно из уст омеги. Теперь его было не остановить, он спустился поцелуями ниже, пройдя по животу и добрался до самого желанного. Он бесцеремонно вобрал в себя весь омежий член, что был не такой большой и почти полностью поместился во рту. Лань принялся медленно скользить вверх вниз, сжимая губы и языком проводя по всему члену и головке. Вэй Ин от такого действия и вовсе весь напрягся и судорожно задрожал от удовольствия. Он чувствовал, что уже близок. - Ах… Лань… Чжааань… пожалуйста… я больше не могу… - стоило альфе услышать это, как он стал быстрее двигать ртом, а омега схватился за его волосы, пытаясь оторвать от себя, чтобы не кончить тому в рот. - Нет… ты не должен… - только и мог произнести Усянь. Вэй Ин сильнее сжал рукой волосы Ванзци и излился ему внутрь, теряя последние нотки разума. Альфа принял все в себя, не оставив и следа, и проглотил. - Ты очень вкусный. - в губы прошептал он Вэю, забравшись снова повыше и облизнулся. - так и хочется вкушать каждую частичку тебя, не оставляя и кусочка не тронутой кожи. - от таких слов омега, недавно кончивший, стал вновь возбуждаться, что вполне нормально в период течки. - Не стоило. - вновь произнес Вэй, глядя своим помутневшим взглядом в глаза Ланя. - Стоило, мне очень понравилось. - Ванзци поцеловал губы Усяня столь нежно, что тот готов был расплавиться. - Мне нравишься весь ты. - сердце омеги забилось еще быстрее, хотя казалось бы куда. Желание внутри омеги лишь возросло. Он был готов молить своего альфу, что и сделал, прошептав на ухо: - Молю, Лань Чжань… возьми меня уже… я так этого хочу… Начиная от уха и по всему телу разлилась томная нега, которую вызвал этот омега, о котором юный альфа и в жизни бы не подумал, что будет с ним. Слов Ланю было больше не нужно, он провел пальцами по шее, груди, что так часто вздымалась, по животу, где можно было почувствовать намек на пресс, ведь омега тоже занимался тренировками, по члену, что уже почти затвердел и приблизился к заветному месту. Все это время он неустанно целовал Вэй Усяня, что так нуждался в ласке. Лань Ванцзи прикоснулся пальцами к доселе запретной плоти, погладил вокруг колечко, размазывая смазку, что стекала по ягодицам омеги, и проникнул внутрь на одну фалангу. - Ах… - сорвалось с губ Вэй Ина в губы Ланя и растворилось в комнате, в которой было уж очень душно от тяжелого дыхания двух людей. Почувствовав, что его пальцу ничего не мешает, Ванцзи протолкнул палец во всю длину, превозмогая желание накинуться прямо сейчас на омегу без подготовки. Но он так не мог, он не тот человек, что наплюет на чувства другого. Он ласкал пальцем влажное и горячее лоно Вэя, отчего тот тихо стонал в губы альфы, получая колоссальное удовольствие. Вслед за первым скользнул и второй палец. Лань начал растягивать Вэй Усяня, разводя пальцами и двигая ими в разные стороны. Исследуя новую для себя зону, он наткнулся на бугорок и провел по нему пальцем, отчего омега, прежде подавляющий громкие стоны, не смог сдержаться и застонал в голос. Такой сладкий голосок ласкал душу альфы, что он уже не мыслил, что их могут услышать. Вэй Ин же, больше не желая ждать, простонал: - Лань Чжань… я уже готов… пожалуйста… войди в меня… - забвенно говорил омега. А Ланя долго упрашивать и не нужно, он сам уже изнывал от желания, держась лишь на остатках своей воли. Он переместился к бедрам Усяня, раздвинул их пошире, приставил член и вошел до упора в столь желанное местечко. От такого напора омега сначала почувствовал неприятное давящее ощущение. Но к нему тут же прильнул альфа, целуя в губы. Запах окутал Вэя и ему стало легче. Ванцзи же совсем почти перестал соображать, когда почувствовал сильное сжимающее чувство, не дающее ни секунды продыха. Когда он почувствовал, что Вэй Ин уже начал расслабляться, альфа начал медленно двигаться, вытаскивая свой член почти до конца, и входя до упора снова. Обволакивающее чувство на члене так сводило с ума, что хотелось больше и быстрее. Но не успел альфа и спросить, как омега сам взмолил: - Аххх, гэгэ, быстрее… - словно услышав команду о старте, Лань начал наращивать темп. Его толчки выбивали с губ Усяня стоны, что разносились по комнате. Отстранившись от губ, Лань припал к шее Вэя, вдыхая его концентрированный запах. Из-за небольшого изменения тела член альфы теперь входил под немного другим углом, и задевал то самое место. Омега почувствовал еще больший прилив возбуждения, из-за которого громкие стоны стали только чаще. Лань Чжань вдалбливал Вэй Ина в кровать, приближаясь к моменту разрядки. - Да, Лань Чжань! Ахх… Кончи в меня! Пожалуйста! Аххх… - стонал омега, - я хочу от тебя детей! Аххх… - конечно все знали, что во время течек омеги преисполняются желания завести семью и просят своих альф о их семени. Конечно будь Лань Ванзци с чистым разумом, никогда бы не помыслили сделать нечто непоправимое, но сейчас его разум занимал лишь желанный Вэй Усянь, поэтому он позабыл о правилах и запретах. Спустя несколько толчков Лань Чжань повязал омегу, войдя до упора. Внутри вырос узел, из которого понемногу выходило семя. Они оба тяжело дышали и были на пике своего удовольствия, не задумываясь, что их ждет дальше. Вэй Ин, истратив столько сил, сразу же уснул, а вот Лань смог дождаться, когда узел спадет, и накрыв их одеялом, которое в процессе съехало на пол, приобнял своего омегу и уснул. *** Вэй Усянь проснулся и разлепил глаза. Все его тело болело, отчего при попытке присесть, он невольно прошипел. Когда глаза более менее смогли сосредоточиться после сна, он задался вопросом, что же с ним произошло. Воспоминания рекой начали возвращаться в сознание омеги, что уже с красным лицом сидел и не понимал, как такое могло произойти. Как такой камень, как Лань Чжань смог сломиться и отыметь его. Но и сам был хорош, чего он ему только не наговорил в беспамятстве. Второй Нефрит его даже обтер и одел с утра, пока омега сладко сопел. Неужели ему нравится этот Лань. Похоже, что да. Ведь от воспоминаний о ночи на сердце становится тепло и уютно, будто теперь он был в безопасности, так как с ним был столь сильный альфа. Хотя до этого Усянь рассматривал своего “надзирателя” лишь из интереса, не углубляясь в романтические чувства. В воспоминания также вернулся обрывок, где Ванцзи входит последним толчком и кончает внутрь. То таких событий даже стало немного страшно. Мысли о будущем начали волновать юный разум. Вэй Ин никогда не задумывался о детях, но всегда с ними хорошо ладил. Рассуждая, мысли о том, что он мог забеременеть от Ланя, не пугали его так сильно и не отталкивали. Но ему было интересно, где спутник, неужели он бросил его, ничего не сказав. Вдруг он в последний раз сделал одолжение ему, привел в порядок его тело и исчез. В голове Усяня начали уже появляться самые страшные исходы его жизни. От избавления от ребенка до одинокой жизни в какой-нибудь маленькой деревне, где его никто не будет знать вместе с его малышом. Но стоило таким мыслям начать развиваться, как в дверь постучали, но ничего не услышав, вошли без приглашения. Это был Лань Чжань. Он немного опешил, что омега уже проснулся и ничего ему не ответил. Но собрался и спросил: - Как ты себя чувствуешь? - Лань прошел и положил на столик поднос с едой и отваром. - Я принес тебе поесть и целебный отвар. Омега в этот момент наконец до конца пришел в себя. - Да что со мной будет, на мне все быстро заживает. - немного неловко произнес Вэй и улыбнулся. Альфа был рад, что тот не омрачен мыслями. Ванцзи смотрел на него теплым взглядом и даже немного улыбнулся - Что ж это, я что, увидел улыбку гэгэ! - воскликнул с радостью Вэй Ин и хотел привстать, но ноги его не удержали и он уже было полетел вниз, но его успел подхватить альфа. - Осторожно, тебе еще нужно отдохнуть. - он взял омегу на руки и понес к столику. - Нет, мне нужно кое-что другое. - ухмыльнулся Усянь и впился в губы Лань Чжаня прямо у него на руках. А он и не был против. Спустя пару мгновений альфа отстранился. - Тебе нужно поесть. - А гэгэ меня покормит? - игривым тоном спросил Вэй. - Покормит. - невозмутимо ответил Ванцзи и посадил омегу на подушку, отчего тот снова зашипел, так как то самое местечко теперь болело сильнее всего. Альфа непромедлительно вновь взял его на руки и вместе с ним сел, усадив того на колени. - О, а так даже лучше. - со своей широкой улыбкой порадовался Вэй Ин. - Кстати, а где ты был? - У дяди. - немного нахмурился Лань Чжань и больше ничего не сказал. - И что, ты ему все рассказал? - обеспокоено спросил омега. Ванзци кивнул. - Я рассказал ему о том, что между нами произошло, скрывать этого не было смысла. - Усянь вопросительно посмотрел на него. - Этой ночью ближайшие три комнаты с обоих сторон слышали, чем мы занимались, поэтому утром дяде доложили. Я сказал, что теперь мы вместе и я тебя никуда не отпущу. - от таких слов, обычно свободолюбивый Вэй, был очень тронут. Возможно на нем сыграла так его беременность, о которой они еще не знают. Нежно улыбнувшись, он продолжил слушать. - Также нам предстоит один день и одну ночь простоять у правил ордена на коленях после того, как ты восстановишься. - Что ж, это не самое худшее, что могло быть. - оценивая наказание, что дал им Лань Цижэнь. - А что твой брат сказал? - Он сначала удивился, но позже поздравил меня. На самом деле, он еще до этого предлагал мне подружиться с тобой, сказав, что это хорошей идеей. - от таких новостей Усянь рассмеялся. - Вот и подружился, очень даже близкими друзьями мы с тобою стали! - Да. - умиротворенно улыбнулся альфа. - Дядя разрешил тебе переехать в Облачные Глубины на основании моего возлюбленного и будущего жениха. - от такого Вэй Ин слегка опешил, но что-то внутри него так затрепетало, что спустя пару секунд он сильнее прижался к Ланю, вдыхая его аромат. - Это было такое предложение руки и сердца? - вновь расхохотался омега. - Нет. - серьезно ответил альфа. - Ладно, ладно, шучу. Я буду ждать трогательного предложения от Второго Молодого Господина Лань. - Вэй Ин поцеловал в губы Лань Чжаня. - И еще тебе надо будет провериться у лекаря. Шанс забеременеть был почти сто процентов. - столь же серьезно произнес Лань, ответив на поцелуй. - Хорошо, хорошо, но мне кажется можно уже об этом сказать на сто процентов, все-таки течка и гон у нас прекратились, а обычно идут 3-4 дня. - рассуждал омега, приложив палец к губе. Каждый знал, что если у альфы и омеги прекращаются гон и течка после сцепки, значит альфа смог зачать в омеге плод. - И то верно. *** После их диалога Лань Чжань все же накормил Вэй Ина и уложил обратно в постель. Позже к нему пришел проведать его брат, что был ошарашен такими новостями. Он никак не ожидал такого от брата. - Ну и высоко ты летаешь, аж целого Второго Нефрита захапал в свои руки. - оставшись наедине, съязвил Цзян Чэн. - А-Чэн! Вообще-то это ему пришлось умолять меня быть с ним! - немного приврал Усянь. - А что? Переживаешь, что не досталось? Так есть глава ордена - Лань Сичэнь! - лукаво уставился омега на брата. - Да конечно, по-любому только учуяв альфу сразу набросился на него, умоляя, а бедный Второй Молодой Господин Лань не смог бросить в беде такого, как ты! И чего это ты сюда приплетаешь главу ордена Гусу Лань! Ничего я не хочу! - снова съязвил Цзян Ваньинь, смутившись от последних слов Усяня. Конечно он был рад за брата, но не мог отказаться от возможности подколоть. - Цзян Чэн, если сейчас же не заткнешься, то я тебя поколочу! - пригрозил омега кулаком. - Ой ой, как страшно! В тебе сейчас мало сил, так что и пальцем до меня не дотянешься. - в ответ этому Вэй Ин ухватил брата за шею, сжал между локтем и начал лохматить волосы. - Ах ты мелкий! Как со старшими разговариваешь! - Да кто тут старше, всего на 5 дней раньше родился! Братья так увлеклись, что не заметили вошедшего Лань Чжаня и его страшего брата Лань Сичэня. - Вэй Ин, тебе нужно отдыхать. - приблизился к кровати альфа и обеспокоено взглянул на своего омегу. - Гэгэ! Спаси меня! Он меня обижает! - вскочил с кровати омега и забежал за спину возлюбленного, Второй Нефрит тут же напрягся. - Да лаааадно, я же шучу! Не переживай! - уже улыбнулся во все тридцать два зуба Вэй Ин, все-таки гнев Второго Молодого Господина Ланя может оказаться страшен. И чтобы он точно смягчился, чмокнул его в щеку. - Господин Вэй, рад, что вы себя хорошо чувствуете! - с мягкой улыбкой на лице произнес глава ордена. До этого не замечавший присутствие старшего Ланя Вэй Усянь смутился. - Глава ордена Гусу Лань. - произнес Цзян Чэн и поклонился. - Ох, не стоит, - Лань Сичэнь положил руку сверху рук Ваньиня и опустил их вниз, показывая, что не обязательно так кланяться. На что омега немного смутился. - Все-таки - Господин Вэй избранник Ванзци, скоро породнимся как никак. - И то верно! - воскликнул Вэй Ин, отойдя от смущения. Все-таки это было ему несвойственно. - Письмо в орден уже отправлено, так что можешь не переживать. - сказал Ваньинь и, быстро попрощавшись, удалился. Кажется его смущало присутствие главы ордена. - Что ж, я зашел проведать Господина Вэя. И раз с ним все в порядке, я пойду. - он тоже попрощался с двумя влюбленными и удалился. Как только дверь закрылась, омега повис на шее альфы и прошептал: - Вот мы и остались на едине. - на что альфа положил свои руки тому на талию и притянул ближе. Они слились в поцелуе, очень нежном поцелуе. Тепло разливалось по телу. В мыслях каждого был лишь один человек, что стоял напротив. Так только началась их непростая история.