Номер девятнадцать

      Поднимая тяжелого Арсения, Антон думал: что первым выплюнет изо рта – мятную жвачку, которую жевал всё это время или свои легкие? ‒ Арс! Ты меня напугал до усрачки… – Видя, как открываются глаза капитана «Бланджет», проговорил тот. – Матч начнется с минуты на минуту, а ты тут лежишь в обмороке.       Голубоглазый, доковылял до двери, не без помощи худощавого, опираясь на все предметы мебели, попадающиеся под руку. ‒ Тренер, Попову плохо! Он еле живой. – Завидев Арсения, прокричал Захарьин.       Перехватив у соперника из рук своего друга, кидая косой взгляд, Антон донес капитана до трибун и посадив на лавку запасных, выбежал на поле, перешептываясь с командой. Попов так и остался сидеть половину игры на лавке, наблюдая, то за номером девятнадцать, то за своими товарищами. Никто другой его не интересовал.       Шастун кидая косые взгляды на голубоглазого, вышел за пределы поля, отбивая желто-синий мяч от паркета. Пересекая за считанные доли секунды своими длинными ногами площадку, он подпрыгнул и подал резиновый шар через сетку.       Мяч приземлился рядом с ногой Матвиенко. 24:24. Разочарованные возгласы с трибун, заставляли сомневаться в себе ещё больше. Армянин жалобно смотрел на Попова, пытаясь понять, какой чёрт их проклял.       В очередной раз Антон встал на место доигровщика. Пас от команды соперников, мяч летит в руки Илье, тот с легкостью поднимает его вверх, отбегая. Ваш подает желто-синюю резину прямо над головой Шастуна. Его дело всего лишь прыгнуть и отбить мяч, целясь, как можно удачнее, в самое незащищенное место своего врага.       Прыжок, ноги отрываются от земли. Паника начинает накрывать новой волной. Вот, он – решающий момент в его жизни. Либо сейчас ты герой, либо псина сутулая, которая ничего не добилась за все годы ежедневных тренировок.       Перебрав ногами в воздухе, он будто искал на что можно опереться, какую-то невидимую силу.       «Успокойся, всё на самом деле в голове!», - говорил себе Антон.       «Давай попробуем вместе», – думал шатен, сидя на лавке, где-то глубоко в сердце, болея за команду высокого. Со стороны он, наверняка, выглядел, как родитель на детском утреннике своего ребёнка, шепча губами стишок, который они оба учили до поздней ночи. Чувствуя, что сила притяжения опускает его обратно на паркет, Шастун выпрямил спину, вытянул руку и найдя глазами место на поле, ударил, что было сил. Разворачиваясь спиной к сетке, парень приземлился, сгибая колени. Зал ликовал, но зеленоглазый ничего не понимал и даже ещё не успел оглянуться, чтобы увидеть результаты своих трудов. И есть ли они, вообще? Его команда набросилась на бедного паренька, крича в уши, что казалось тотчас лопнет перепонка, обнимая и подбрасывая вверх в шесть рук. ‒ Шаст, мы выиграли! – Кричал Журавлёв, не веря даже самому себе и своим глазам, повторяя эту фразу ещё несколько раз. – Выиграли! Выиграли!

***

‒ Дамы и господа! Этот знаменательный матч для всех собравшихся здесь, для тех, кто смотрит нас по федеральному каналу и для близких и друзей этих замечательных, достойных победы команд! – Вопил в микрофон комментатор. – Команда «Бланджет» против команды «Даймонд», со счётом 26:24 побеждают ребята в синей форме! Поздравляем «Даймонд» и её капитана Антона Шастуна с заветной победой!       Кажется, высокий забыл обо всех проблемах и трудностях в своей жизни, настолько победа заволокла его мысли. Поворачивая голову на очередной оклик от тренера, он замечает радостного Попова, который смотрит на сияющего парня.       «Бланджет» уже ушла с паркета, явно ругаясь в раздевалке, потому что сыграть так, чтобы пропустить обычную подачу под сетку – нужно было умудриться!

***

‒ Поздравляю! – Пожимая руку, увешанную в кольцах и браслетах, сказал, улыбаясь парень. ‒ Спасибо, Арс. Это всё твой волшебный бутерброд!       Посмеявшись, ребята уселись за барную стойку, выпили по стакану виски со льдом, и кто знает, к чему в дальнейшем приведет эта дружба?