Теория небесных тел

Натаниэль трясётся, сжимая мягкую футболку рядом. Его ужин покидает желудок с невиданной скоростью и, кажется, скоро его начнет рвать желчью, выворачивать наизнанку в тесной ванной от чувств, переполняющих новоиспечённого Ворона под номером три. — Эй. вы тут в порядке? Я принес воду и украл немного таблеток. — Из-за двери высовывается голова Кевина. Он опасливо оглядывается, будто прямо сейчас сюда ворвутся старшие, уже готовые привести в действие наказание за их проступки, но никого не видит. Второй закрывает дверь на защёлку и шагает к сокомандникам. — Спасибо, ты вовремя. — Благодарно кивает их капитан, мертвой хваткой держась за волосы ослабшего новичка. Он помогает выпить шипучую черную таблетку, залить в себя побольше воды и умыться. Натаниэля всё ещё потряхивает когда они возвращаются в комнату Мориямы и Дэя. В этот день, после первой его игры в составе Воронов, с жизнью рассталась Мэри. Бедная женщина, прогадавшая с выбором мужа, погибла прямо на глазах сына, под глухой смех Натана и насмешливое: — С первой победой, Натаниэль Абрам Веснински. Мой единственный сын. Старайся, иначе закончишь как она. С момента того прошло много времени, рыжий Ворон окончательно оправился, готовый возвращать долги, выручившим его однажды, парням. Сцена навевала воспоминания. Дрожащий от стресса, Рико выплевывал не сумевший перевариться ужин, а Кевин обеспокоенно маячил в поле зрения, ровно до момента, пока в воздух не взметнулась рука первого в останавливающем жесте. — Он прав, Кев, успокойся. Это нервы от прошедшей игры. Сейчас отдохнёт и будет в порядке. Так ведь, кэп? — Неуместно ухмыльнулся Веснински, приваливаясь боком к многострадальному капитану, уже на мягкой постели. С другой стороны к ним примастился Дэй, сцепляя их мизинцы и чуть сжимая, выражая немую поддержку. Так они и выживали, хватаясь друг за друга и грея в холода. Всё так, как и должно быть у партнёров, как должно быть у друзей. Рядом с этими парнями Морияме было спокойно. С ними он забывал обо всех проблемах и упреках дяди, ведь для них он всегда первый, единственный, неповторимый.