Наследие чистокровных

      Вот уже 4 год, как я обучаюсь в Хогвартсе. Сегодня начало учебного года и все ученики сидят в общем зале, наверстывая время с друзьями. После моего ужасно долгого лета с Дурслями, я был рад увидеть Рона и Гермиону, в спокойствии пить тыквенный сок и заполнять мой пустой желудок после трех дней голода.       Мне было тяжело опять привыкнуть к этим удушающим феромонам вокруг. Как же я ненавижу свою сущность омеги с ее чувствительным обонянием. Пока мои мысли и чувства приходили в порядок, неожиданно раздался оглушительный голос директора Дамблдора, привлекший к себе все внимание. — Дорогие ученики, в этом году состоится «Турнир трех волшебников» между школами Дурмстранг, Шармбатон и нашей. В нем смогут принять участие только студенты достигшие 17 лет. Отбор участников будет проводиться уже с завтрашнего дня. Вам нужно будет кинуть листочки со своими именами в Кубок огня и он выберет трех чемпионов для турнира. Я всем желаю удачи, а пока давайте поприветствуем гостей из других школ, — закончил свое объяснение директор.       И тут же в зал вошли прекрасные ученицы из академии Шармбатон и грозные ученики из института Дурмстранг со своими директорами. Мы все были заворожены их представлением. Я впервые увидел студентов других школ и уже не мог дождаться начала турнира, но... не только меня поразили их отточенные движения, как я заметил по лицам своих друзей и однокурсников. И пока мы предавались всеобщему волнению, в дверях появилась группа людей, которая значительно отличалась своим видом от учеников. Неожиданно все начали шептаться еще больше, а Рон воскликнул: — Морган и Моргана, да это же группа “The Queens”! — Кто? — спросила Гермиона. — Да вы что, не знаете их?! — недоумевал Рон, — Это же самая популярная музыкальная группа, которая попала на все заголовки журнала «Зачарованный». У них влияния не меньше, чем у Министерства Магии, —восторженно проговорил Уизли. — Не может быть! — расплескивая руками, ахнула Гермиона, — Министерство отвечает за все законы, причем не только в магическом мире. — Наш братишка прав, — вторят Джордж с Фредом, — Их песни и уникальный стиль начали новую моду, они занимаются не только музыкой, но и поддерживают много благотворительных организаций, а еще участвуют в разных мероприятиях с чистокровными аристократами.       Пока они обсуждали их, меня посетили сомнения и опасения, вдруг они заодно с Волан-де-Мортом. Но мои мысли оборвал голос Дамблдора: — Тишина! Позвольте представить нового преподавателя по Защите от Темных искусств - Натаниэль Веснински, — профессор поклонился всем и спокойно сел за свое место. От него веяло силой и таинственностью, в это время директор продолжил, — А также музыкантов, которые будут выступать на Святочном балу этой зимой: Виктория Джостен, Эндрю Миньярд, Аарон Миньярд, Кевин Дэй и Никки Хэммик. Они будут проживать в этом замке в период турнира. — Благодарю директор, зовите меня, пожалуйста, Вики. Как вы и услышали мы будем жить в стенах этого старинного замка, надеюсь на ваше понимание, прошу не ломится к нам и не отвлекать от написания песен, которые мы будем исполнять эксклюзивно для бала, — завершила свою речь девушка.       Все пребывали в глубочайшем шоке и не верили в происходящее. Они несомненно произвели фурор у учеников и даже некоторых преподавателей, но мне все это показалось подозрительным. Я не доверял им и пока все радостно пировали в честь приветствия, мне было неспокойно. За ними нужно проследить, чтоб удостовериться в том, что они ничего не замышляют.       Вдруг меня окутал приятный запах, омега внутри затрепетала, я сразу понял что позади стоит Драко, подавив свой феромон насколько возможно, я повернулся: — Чего тебе, Малфой? — раздраженно спросил я. — Ничего особенного, Поттер, просто интересно что ты опять вытворишь. Может опять станешь избранным и будешь чемпионом в турнире, — съязвил Малфой, а свита рядом с ним тихо посмеялась. — Заткнись, Малфой! — крикнул Рон, а Гермиона рядом с ним грозно зыркнула на слизеринцев. — Тебе слова не давали, Уизел. И тут меня пронзил тяжелый феромон альфы, все мое нутро поддалось ему, чтобы успокоить, но я держался из последних сил. Хорошо, что таблетки еще действовали, а то бы уже лужицей растекся перед ним. И как же угораздило меня оказаться истинным этого напыщенного и надменного слизеринца.       Пока я боролся со своей сущностью, Малфой стал разглядывать мою скромную персону. Под его взглядом мне стало еще беспокойнее. — Хм, Поттер, а я думал, что ты не сможешь стать еще больше похожим на скелет, — подметил Драко. — На себя бы посмотрел! —ответила Гермиона. Но Малфой на это фыркнул, с грацией развернулся и покинул зал вместе со свитой. Меня очень задели его слова, но он был прав, я был слишком худым и низким, даже для омеги. Не таким себе представляют будущего героя Британии. Моя омега заскулила от потери этого сильного альфы, который окутывал безопасностью и спокойствием, но я проигнорировал этот порыв и стал потихоньку выдвигаться к башням Гриффиндора. Мои друзья с беспокойством в глазах быстро последовали за мной.       Мы в тишине дошли до входа в общую гостиную львиного факультета. Я уже собирался к себе, отдохнуть, как вдруг друзья заговорили. — Не слушай его Гарри, он просто не понимает какого это быть голодным и не обсеченным всем, чем только он пожелает, — сказала Гермиона. — Она права, не слушай этого ублюдка, оно того не стоит, — поддерживал Рон. — Спасибо вам, но я не могу не слушать, все во мне пытается добиться его одобрения. И это ужасно раздражает, что мне не удается не идти у него на поводу, — с усталостью ответил я. — А может ты ему все таки скажешь о том, что он твоя пара? — осторожно спросила Миона. — И как вы себе это представляете, после стольких лет вражды просто подойти.. и сказать... да он не поверит ни единому моему слову и просто пошлет куда подальше! Уж лучше продолжать огрызаться друг на друга, хоть так я могу быть рядом с ним.       Друзья выдохнули от моего заключения и оставили в покое. С тяжестью на сердце я пошел к себе в койку и задернул полог, чтобы меня не беспокоили. Уже не в первый раз мы затеваем этот разговор, но я просто не могу по другому, потому что банально боюсь, что если расскажу, меня просто высмеют, а этого мое сердце не выдержит. И в тяжелых раздумьях я все же уснул.