Маги в Советском Союзе

Все, кроме Гарри, расселись по креслам. Казалось, внезапность и окончательность смерти «Грозного глаза» Грюма поселились в этой комнате подобно призракам. — Я тоже должен уйти, — произнёс Гарри. Десять пар глаз уставились на него. — Не дури, Гарри, — сказала миссис Уизли. — О чём ты? — Я не могу здесь оставаться. — Он потёр лоб: шрам снова покалывало, так сильно он не болел вот уже больше года. — Пока я здесь, вы все в опасности, а я не хочу… — Но это же глупо! — воскликнула миссис Уизли. — Весь смысл этой ночи состоял в том, чтобы доставить тебя сюда невредимым, и, благодарение небу, так и случилось. И потом, Флер согласилась выйти замуж здесь, а не во Франции, и мы уже всё подготовили для того, чтобы каждый из нас мог остаться здесь и оберегать тебя… Она не понимала, что от её слов Гарри становилось не лучше, а хуже. — Если Волан-де-Морт узнает, что я здесь… — Да как же он узнает? — спросила миссис Уизли. — Существует дюжина домов, Гарри, в каждом из которых ты можешь сейчас находиться, — сказал мистер Уизли. — У него нет возможности выяснить, где ты скрываешься. — Я не о себе беспокоюсь! — ответил Гарри. — Мы знаем, — негромко произнёс мистер Уизли, — но если ты уйдёшь, все наши сегодняшние усилия обессмыслятся. — Никуда ты не пойдёшь, — пророкотал Хагрид. — Господи, Гарри, после всего, что ты пережил, чтобы добраться сюда? — Да, и как же моё кровоточащее ухо? — спросил, приподнимаясь на подушках, Джордж. — Я уверен, что… — Грозный Глаз не хотел бы… — Я ЗНАЮ! — рявкнул Гарри. Он чувствовал себя окружённым со всех сторон, подвергающимся шантажу. Неужели все думают, будто он не понимает, что они для него сделали, не понимают, что именно поэтому он и хочет уйти сейчас, прежде чем пострадает кто-то ещё? В гостиной повисло долгое, неловкое молчание, в котором шрам Гарри продолжал пульсировать и дёргаться от боли, точно его кололи иглами. Наконец молчание нарушила миссис Уизли. — А где Букля, Гарри? — словно стараясь задобрить его, спросила она. — Мы бы посадили её с Сычиком, покормили. Внутренности Гарри точно стиснул огромный кулак. Он не мог сказать ей правду. И допил, избегая ответа, остатки виски. — Вот погоди, всё ещё узнают, как ты опять его сделал, Гарри, — произнёс Хагрид. — Мало того что удрал от него, так ещё и отбился, когда он на тебя насел! — Это не я, — без всякого выражения ответил Гарри. — Это моя палочка. Она всё сделала сама. После нескольких секунд молчания Гермиона негромко сказала: — Но это же невозможно, Гарри. Ты, наверное, хочешь сказать, что совершил волшебство сам того не ведая, инстинктивно. — Нет, — возразил Гарри. — Мотоцикл разваливался, где находится Волан-де-Морт, я понять не мог, однако палочка повернулась в моей руке, отыскала его и выпалила заклятием, да ещё таким, какого я и не знал никогда. У меня золотистое пламя ни разу из палочки не вылетало. — Бывает, — сказал мистер Уизли, — что, попадая в безвыходное положение, человек начинает творить чудеса, о которых и не мечтал. Совсем маленькие, ничему не обученные дети нередко проявляют… — Все было не так, — сквозь сжатые зубы сказал Гарри. Шрам горел, Гарри испытывал гнев и разочарование, ему ненавистна была мысль о том, что все они воображают, будто он обладает силой, сравнимой с силой Волан-де-Морта. Все молчали. Гарри знал, что ему не поверили. Да и сам он, если говорить всерьёз, никогда не слышал о волшебной палочке, самостоятельно занимающейся магией. Шрам жгла боль, Гарри старался, как мог, не застонать. Пробормотав какие-то слова насчёт свежего воздуха, он поставил стакан на стол и вышел из гостиной. Когда он переходил тёмный двор, огромный скелетообразный фестрал поднял на него взгляд, прошуршал крыльями и снова вернулся к траве, которую подъедал. Гарри постоял у ведущей в огород калитки, глядя на чрезмерно разросшиеся растения, потирая лоб, в котором бухала боль, и думая о Дамблдоре. Дамблдор ему поверил бы, в этом Гарри не сомневался. Дамблдор понял бы, как и почему палочка Гарри сработала независимо от хозяина, потому что у Дамблдора имелись ответы на любой вопрос. Он многое знал о палочках, ведь рассказал же он Гарри о странной связи, существующей между его, Гарри, палочкой и палочкой Волан-де-Морта.… Однако Дамблдор, как и Грозный Глаз, как Сириус и родители Гарри, как его бедная сова — все они ушли, и теперь он никогда уже не сможет поговорить с ними. Он ощутил, как горло его обжигает нечто, никакого отношения к огненному виски не имеющее… И тут, совершенно неожиданно, боль в шраме усилилась, став невыносимой. А как только он стиснул ладонями лоб и закрыл глаза, в голове его завопил пронзительный голос: — Ты сказал, что проблему можно решить, используя другую палочку! — сказал Волан-де-Морт. И перед внутренним взором Гарри возник истощённый старик в тряпье, который лежал на голом каменном полу и издавал жуткие, протяжные вопли невыносимой муки. — Нет! Нет! Умоляю вас, умоляю… — сказал старик. — Ты солгал мне, Олливандер! — ответил Волан-де-Морт. — Ты хотел помочь Поттеру спастись от меня! — Клянусь, это не так… Я верил, что другая палочка сработает… — сказал Олливандер. — Так объясни же мне, что произошло! Палочка Люциуса погибла! — сказал Волан-де-Морт. — Я не могу понять… Связь существует только между вашими палочками… — сказал Олливандер. — Лжёшь! — сказал Волан-де-Морт. — Пожалуйста, умоляю вас… — сказал Олливандер. Гарри увидел, как поднялась держащая палочку белая рука, ощутил, как Волан-де-Морта окатила волна отвратительной злобы, увидел, как на полу забился в агонии слабый старик. — Гарри! — сказал Волан-де-Морт. Всё завершилось так же быстро, как началось. Гарри стоял в темноте, дрожа и вцепившись в огородную калитку. Сердце его бешено билось, шрам всё ещё покалывало. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что рядом с ним стоят Рон и Гермиона. — Пойдём в дом, Гарри, — прошептала Гермиона. — Ведь ты же не уедешь, правда? — Да, дружище, ты должен остаться, — сказал Рон и хлопнул Гарри по спине. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Гермиона, стоявшая к Гарри достаточно близко, чтобы видеть его лицо. — Вид у тебя ужасный! — Ну… — дрожащим голосом ответил Гарри. — Наверное, он всё же лучше, чем у Олливандера. Когда он закончил рассказывать о том, что увидел, Рон выглядел испуганным, а Гермиона и вовсе была охвачена ужасом. — Но ведь это должно было прекратиться! Твой шрам… Предполагалось, что больше он этого делать не будет! Не давай вашей связи установиться снова. Дамблдор хотел, чтобы ты закрыл для неё своё сознание! — сказала Гермиона. Гарри не ответил, и она стиснула его руку. — Гарри, он завладел Министерством, газетами и половиной волшебного мира! Не позволяй ему пробраться ещё и в твою голову! — сказала Гермиона. Последние слова услышала Джинни Уизли, подошедшая к «Золотому трио», но как только она подошла, из-за угла вылетел голубой луч и ударил в студентов, перенося их назад во времени и в другую страну. — Мой Лорд будет доволен, — зловеще прошептала Беллатрисса.

* * *

— Кто вы такие? — услышали ребята, когда пришли в себя в гараже. Перед ними стоял суховатый кареглазый мужчина лет пятидесяти. У него были светло-русые волосы, на голове почти не осталось волос, а на лице — щетина. Пришельцы только от удивления моргнули, а Гермиона поняла, что мужчина говорил на русском, хотя она его не понимала. — Валентин Сергеевич, может, дадим им высказаться? — сказала незнакомая ребятам хрупкая девочка с ангельским лицом. — Настя права, Валентин Сергеевич. Кто вы? — спросил их парень лет пятнадцати, который носил очки и имел голубые глаза. — Гермиона Грейнджер, — первой представилась каштановолосая девочка на чистом русском языке. — Рон Уизли, — представился рыжий парень. — Джинни Уизли, — представилась его сестра. — Гарри Поттер, — представился последний. — Анастасийка Сергушина, можно просто Настя, — представилась хрупкая девочка. — Валера Лагунов, — принял эстафету голубоглазый парень. — Лева Хлопов, — представился подросток пятнадцати лет среднего роста и спортивного телосложения. — Рита Шарова, — молодая девушка спортивного телосложения с каштановыми волосами и хвостиками, голубыми глазами. — Игорь Корзухин, — парень двадцати лет с короткими русыми волосами и карими глазами. — Валентин Сергеевич Носатов, — представился последний. — Простите за странный вопрос, но где мы находимся? Мы из Великобритании в 1997 году, а по тому, как я поняла, мы, возможно, в прошлом, — спросила Гермиона. — СССР, город Куйбышев, октябрь 1983 года, — ответил Валера. — Вы из будущего? Но спецотдел КГБ выдаёт маховики только магам и по разрешению свыше, — заметил Хлопов. — Замечательно, вампиры, маги. Может, ещё какая-нибудь фигня есть? — съязвил Носатов.