still monster

      по настойчивым рекомендациям джеюна сонхун решил остаться дома, за несколько дней до полнолуния. оставалось только сидеть в четырех стенах и надеяться, что время пролетит незаметно за чтением книг и чашками любимого чая. первое время так и было, однако никакие таблетки от боли уже не помогали. как бы сонхун не пытался отвлечься от навязчивых мыслей, головной боли, легче не становилось, лишь изредка, в такие моменты он пытался хотя бы немного поспать. изредка пак выбирался на прогулки, но только ночью, когда людей на улицах почти нет. ему нравились безлюдные дороги, пустые магазины и тихий парк у дома.       приятный вечерний ветер обдувал лицо, помогая снять боль, но совсем немного, в теплом майском воздухе стоял запах недавно прошедшего дождя. каждый раз, смотря на пробивающуюся сквозь облака луну, хун задумывается, почему именно он заслужил все это? неужели все было предначертано задолго до его рождения? оставленный в младенчестве ребенок вдруг узнает, что не является человеком, правда, лишь на половину. был ли тогда сонхун к этому готов? точно нет, да и вряд ли когда-либо смог смириться со своей участью. все дети в приюте были нормальными, тогда почему именно он? и есть ли такие какие же? за всю его жизнь накопилось немало вопросов, но не было того, кто бы мог дать ответы.       возможно, когда-нибудь они появятся, а может сонхун так и останется в неведении. это подвластно лишь судьбе, но стоит ли ей доверять?       завтра наступит полнолуние – худший день, когда хочется бесследно исчезнуть, чтобы никто не вспомнил о существовании какого-то пак сонхуна. как бы хун не старался не думать о подобных вещах, поделать он ничего не может, сейчас он особенно слаб. пучина мыслей затягивала все больше, пока не послышалось уведомление. взяв телефон в руки, пак мягко улыбнулся. неосознанно, просто вошло в привычку.

ким сону

добрый вечер, хен! как себя чувствуешь?

привет, сону-я

скоро станет лучше

я рад, такое чувство, будто не видел тебя вечность без тебя скучно

а я прям веселю?

конечно но ты выздоравливай для начала

спасибо

а ты сейчас где?

скоро с работы уходить буду, стоолько людей сегодня было, ужас

могу позвонить?

звонить? а зачем?

проводить я тебя не могу, так хоть спокоен буду, что ты до дома добрался

куда ж я денусь.. ну давай       немного переждав, сонхун нажал на трубку. почему-то только сейчас до мозга дошло осознание, что говорить вот так по телефону без особого плана, очень волнительно. и вот что толкнуло его написать это?       тихое "ало" послышалось по ту сторону. от чего-то стало так радостно слышать знакомый голос, что все сомнения ушли, будто их никогда и не было. и как этому парню удается так влиять на сонхуна? еще один вопрос, на который хун хотел бы найти ответ. — снова привет, — пак откинулся на спинку скамейки, — уже вышел? — почти, осталось выключить свет и дверь закрыть, — через несколько секунд в подтверждение слов зазвенели ключи. — ты сегодня поздно, — сонхун взглянул на время. обычно они выходили из магазинчика минут на 20 раньше и это уже было довольно поздно. — да народу сегодня дофига, а еще завоз решили устроить прям на мою смену, — сону устало выдохнул, — ну хотя бы на месте не сидел. — сильно устал? — терпимо, — сонхуну кажется, он на расстоянии увидел грустную улыбку младшего, резко захотелось это исправить и угостить сону чем-нибудь вкусным, что, к сожалению, осуществить крайне тяжело, тем более сейчас, — а ты на улице что ли? — ага, вышел подышать. — хён, уже прохладно, ты оделся? — обеспокоенный голос сону заставил сонхуна улыбнуться, — ты же так не выздоровеешь. — все в порядке, одет я тепло, не стоит волноваться, — забота от кима выглядела крайне забавно, но не менее приятно. с каждой минутой сонхун будто физически ощущал тепло, исходящее от младшего, хотя это невозможно через телефонный разговор, ведь так? — как не стоит, тебя даже подлечить некому, один живешь.. если бы не работа, я бы лекарств хоть занес. — все в порядке, правда, — "да и не помогут мне эти лекарства", — лучше расскажи, что там в школе, я не попаду на контрольную по математике? — хмм, вроде не должен, сейчас расскажу, что там было.       сонхуну кажется, он бы мог вечность так сидеть на лавочке в темном парке и слушать сону. что бы он не сказал, старшего успокаивал его голос, странно, да? никакие таблетки больше не спасают от головной боли, а ким сону да. если так посудить, сону и в правду является своего рода витамином счастья, будто солнышко, что пробивается сквозь темные тучи в дождливый день.       к сожалению, спустя каких-то минут 10 младший уже подошел к своему подъезду, пак всегда думал, что дорога занимает больше времени, все же на расстоянии время идет иначе. тем не менее, он рад, что ким добрался до дома в целости и сохранности.       пожелав спокойной ночи, сонхун нехотя сбросил трубку, вновь стало холодно. почему сейчас ему больше всего на свете хотелось оказаться в комнате сону, маленькой, чутка захламленной, но такой уютной. однако, сонхуну ничего не остается кроме как вернуться в свою квартиру, тихую и пустую. раньше он любил личное пространство, тишину, а сейчас находиться в собственной квартире становится все сложнее. неужели это опять влияние сону?

***

— ты чего такой кислый? — джейк переступает порог чужого жилища с пакетами в руках. — мне действительно стоит отвечать на этот вопрос? — сонхун поднимает на друга измученный взгляд. в его глазах нет ничего кроме усталости и отвращения. отвращения к себе. — прости, я тут заранее в аптеку заскочил и еще мороженое купил, чтобы ты не грустил, — шим подбадривающе похлопал хуна по плечу, — все будет хорошо, как всегда. — это в принципе нельзя назвать "хорошо", — сонхун сел за стол и начал массировать виски. боль не уходила с 4 утра, ни таблетки, ни свежий воздух, ни ромашковый чай не помогали избавиться от мигрени, оставалось только ждать завтрашнего дня, когда все закончится, — а тебе ничего не будет за пропуск тренировки?       сонхун прекрасно знает, как джейк отдается своему хобби, как ему это нравится и как он хочет добиться чего-то большего, чем небольшие турниры, но сейчас ему приходится сидеть здесь, только потому, что сонхун такой. — я сказал, что приболел, так что вопросов быть не должно, — джеюн выложил содержимое пакетов на стол и поставил чайник, — сам знаешь, болею я редко. — но метко. — это другой вопрос, — шим начал хозяйничать на кухне, даже по голосу было понятно, что пак сейчас не способен ни на что, а позаботиться о близком человеке ему никогда не сложно, — тебе как обычно? — да, в моей кружке.       хун вздохнул и лег на стол, пока шим открывал и закрывал ящики, чтобы заварить чай и выложить еду на тарелки. от каждого звука боль в висках пульсирует все сильнее, каждый раз одно и то же, ничего не меняется уже много лет, неужели сонхун вынужден всю свою жизнь теперь это? — как думаешь, как там другие ребята? — голос пака казался отстраненным и слишком усталым. сейчас джейк сделал бы все, лишь бы поделить всю сонхуновскую боль пополам и забрать себе часть, но подобными навыками он не обладает. — какие ребята? — с которыми мы много лет находились под одной крышей. — с чего ты вдруг спрашиваешь? ты вроде никогда ни с кем тесно не общался. — да так, интересно стало.. — у нас нет ничего, что могло бы связать сейчас, ни телефонов, ни адресов, только имена и воспоминания. — разве это не грустно?       джеюн обеспокоенно посмотрел на друга. хун не любил говорить об их прошлом, о приюте, о других детях, почему же сейчас решил вспомнить? — да, грустно, но я рад, что мы с тобой не потерялись в этом огромном мире, — шим поставил кружку горячего чая перед другом, — выпей, может станет легче, а там уже и до полуночи недалеко. — не станет, но спасибо, — блондин сделал глоток обжигающей жидкости, — знаешь, джейк. — м? — парень поднял вопросительный взгляд на друга. — а я бы хотел потеряться, тебе тогда было бы легче. — не начинай, сонхун, я уже много раз тебе повторял, все хорошо и вообще.. — ничего не хорошо, — пак резко вскочил со стула, — я ненормальный, ты понимаешь? мне никогда не ужиться среди людей, среди этих тварей тоже, меня нигде не примут, — от эмоций голова разболелась еще сильнее, если бы не ближайшая холодная стенка, сонхун бы упал, но инстинкты не позволили встретиться головой с холодным кафелем. — ты в порядке? — джейк обеспокоенно осмотрел друга. подобное случалось часто в такие дни, но пугало каждый раз как в первый. видеть такого сонхуна было больно, еще больнее от осознания, что никакие слова или действия тут не помогут. — не в порядке, — прошептал пак, — хочу уже оставить это все, разве я не заслуживаю ничего хорошего? — джейку подумал, что ему показалось, но, если зрение его не обманывает, то по щеке сонхуна действительно скатывается слеза. до этого он видел слезы друга лишь единожды, и это по-прежнему тяжело. — кончено заслуживаешь, вся жизнь еще впереди, стольких людей еще встретишь замечательных, — найти подходящие слова сейчас не под силу даже шиму, смотря на слезы сонхуна, хочется плакать тоже, — и я всегда буду рядом, помогать тебе. — прости, тебе приходится возиться со мной как с ребенком, — глаза блондина стали пустыми, сложно было разглядеть что-то кроме отчаяния. нет, сейчас с сонхуном точно что-то не так. — херни не говори, ты мой брат, я хочу помогать тебе. — вспомни прошлый год, — голос пака стал тихим, но тревога никуда не ушла, — ты ходил в больницу и сдавал кровь, потом отдавал мне, чтобы я не подох в америке. — мне было не сложно.. — ага, я же видел, каким ты бледным потом стал, и все из-за меня. — нет же, я рад, что помог тебе тогда, ты 4 полнолуния продержался в другой стране, это же здорово. — это омерзительно. я ужасен!       джейк приобнял друга, сердце сонхуна бешено стучало, а дыхание стало прерывистым, нужно было убедиться, что из-за этого ему не станет еще хуже. стало страшно, не за себя, а за сонхуна. он будто не в себе, лишь однажды джейк видел его таким, так лет 5 назад он чуть не покончил с собой. от одной лишь мысли об этом сжималось сердце. — это не так, надеюсь, когда-нибудь ты это поймешь.       к наступлению полночи сонхун успокоился, но апатичное состояние сопровождало его все это время. ненавистная ему часть прошла быстро, металлический вкус был так приятен и омерзителен одновременно, что хотелось кричать, но пак себя сдерживал. он помог джеюну обработать рану и грустно улыбнулся, глядя на пробивающиеся сквозь белый бинт две красные точки. — прости что накричал, мне жаль, — блондин кинул взгляд на полную луну, свет которой освещал комнату, — спокойной ночи. — спокойной.       джейк проводил друга взглядом до двери и плюхнулся на диван. место укуса немного болело, но сонхуну сейчас больнее, а значит шим должен быть сильным, потому что пак родной, ближе него нет никого на свете. — и я ничем не могу помочь..

***

      проснулся джейк довольно рано, так как школа его находилась дальше, чем сонхуна. он убедился, что пак себя чувствует намного лучше, приготовил завтрак, пока второй был в душе, и ушел, оставив записку "не смей винить себя и поешь нормально, отпишись, когда доберешься до школы". — я ребенок что ли? — нахмурился хун, но все же улыбнулся.       ему стыдно за свое вчерашнее поведение, а оправдание, что в таком состоянии контролировать эмоции почти невозможно, не работает в собственных глазах. и как джейк его терпит? ради шима он готов горы свернуть, а ради себя.. наверное, ничего.       сонхун чувствует себя ребенком из-за подобной заботы, будто он беспомощный и ничего не может сам, это раздражает. но все же он послушался и все съел, а по приходе в школу написал другу, что все хорошо и чувствует себя отлично, только в физическом плане, само собой. — о, хён, ты пришел! — сону радостно заулыбался, когда увидел старшего. он не будет скрывать, что успел соскучиться еще в первый же день отсутствия пака, хотелось каждую перемену что-то написать, но приходилось сдерживать себя, чтобы не тревожить больного. — доброе утро, сону-я, а ты не спишь как обычно на моем месте, даже непривычно как-то, — хун мягко улыбнулся и сел за свою парту. — времена меняются, тут несколько поколений сменилось пока тебя не было. — ого, — пак усмехнулся и достал учебник по английскому из рюкзака. из-за головной боли сделать домашку не вышло, но уж на этом предмете выкрутиться он точно сможет, а значит и переживать не о чем, — я что-то важное пропустил? — только контрольную по математике, она вчера была, — сону последовал примеру пака и начал готовиться к уроку, убирая свой альбом и карандаши, — так что тебе повезло. — ну хоть где-то, — блондин грустно улыбнулся. — ты же себя уже лучше чувствуешь? — ким внимательно осмотрел друга, пытаясь найти намеки на остатки болезни, но выглядел сонхун вполне здоровым, даже стал более красивым, хотя куда еще? либо же сону просто давно его не видел. — да, я полностью здоров, не переживай, не заражу. — а я и не боюсь, рад, что с тобой все хорошо, — младший улыбнулся. усталость сильно сказывалась на нем, но сейчас он выглядел действительно счастливым. от этого и паку становилось лучше. еще немного и сонхун действительно придет к выводу, что сону это большая батарейка для настроения. от одного взгляда на него заряда на день хватит точно. — спасибо.       сонхуну оставалось лишь неловко улыбнуться. странно осознавать, что кто-то тебе рад, кто-то переживает за твое состояние, все это так непривычно. может оно было всегда, но хун просто не замечал?       за всю его жизнь он считал родным и близким человеком только джеюна. ему можно было доверить почти все на свете, обсудить что-то, пожаловаться, раскрыться и в конце концов получить поддержку. и сонхуну было достаточно одного джейка, но появление сону, который искренне интересуется всем, что у пака в голове и на душе, вводит в ступор.       маленький мальчик, что привык быть один, уверяет, что нужно доверять только себе, верить только в себя, потому что мир слишком жесток. но разве он прав?       правильного ответа нет. никто не знает как жить, кому отдавать частичку себя, а от кого скрываться, знать все – невозможно. теперь сонхун понимает, что он не всесилен, и даже если он ошибается, открываясь ким сону – милому парнише за соседней партой, то он готов рискнуть. впервые в жизни стать слабым и показать все, что скрывал так много лет.