Серебряная ниточка

— Что-то... ай... — вздохнул Джим, криво сгибаясь в капитанском кресле. — Спину защемило... — А я тебе говорил, что ты раструхлявился, — буркнул Боунс, стоящий прямо перед ним.  Тонкие, мягкие, уверенные руки с тупыми ногтями легли на спину Джима. За мгновение прощупали зажим. Сжали на нерв, растерли мышцу, надавили всей плоскостью... Джим облегчённо вздохнул.  — Спасибо, мистер Спок, — даже не задумавшись, произнес он.  Руки со спины никуда не пропали, но вот Спок появился прямо перед ним, сжимающий двумя руками падд. Его раскосые глаза были широко распахнуты, а уши, если бы могли, вращались бы сейчас полицейским локатором.  Джиму хватило ума сдержаться от последнего разоблачающего "ой".  Он обернулся назад, лучезарно улыбнувшись.  — О, старшина Ренд! Кто бы ещё мог своими прелестными руками... * * * — О-о-о боже... Да, сделай так ещё раз, — застонал Джим. — Твои руки — это нечто. Выходи за меня. Я женюсь на каждой отдельно.  — На самом деле, мы уже в браке. Ты знаешь это.  — Ради этого я готов повторить... — снова застонал Джим, утыкаясь носом в подушку, когда ладони Спока так великолепно прошли по маслу от середины спины вверх и по лопаткам. Мышцы под пальцами таяли, как желе. От удовольствия на глазах едва не выступали слезы. — Твои руки собирали на небесах... О да... Спок хмыкнул. И переместился выше, на шею. Джим благодарно всхлипнул.  У Спока были без преуменьшения самые великолепные руки, какие Джим только знал. И не только потому, какой потрясающий массаж они делали. Ладони были длинные и тонкие, но сильные и уверенные. Изящные, без узловатых косточек и непропорциональных уплотнений. Музыкальные пальцы. Тонкие запястья.  Джим собирался при ближайшей возможности купить т'хайла браслет: что-нибудь тонкое, незаметное, как серебрянная нить, чтобы слегка свисало с руки. Чтобы когда Спок чуть подтягивал рукава, ниточка путалась в волосках и подчеркивала архитектурное великолепие его рук.  Даже инструменты в них были прекрасны. Такие руки не делали грубой работы. Даже поднимая камень, они поднимали его словно кончиками. Так тонкие вилки металла обнимают камень в медальоне.  Джим был безнадежно в них влюблен.  И все же, он умудрился спутать их с тонкими женскими ручками старшины. Вот же черт!