Вновь приобретённое

Спокойная и нежная мелодия, имитирующая живой оркестр, играла в довольно внушающей студии. Всю область заполнили как действующие лица пьесы, так и фоновые персонажи - массовка. Подготовка к балу была одной из самых важных частей их выступления, так как балом пьеса начиналась и им же заканчивалась. Поэтому Фурине просто необходимо было проконтролировать каждое действие, эмоцию и слово. Доходило до того, что она вглядывалась в глаза танцующих, дабы убедиться в правильности показанных ими эмоций. Внимательно осмотрев всех присутствующих, пришло время уделить должное внимание и двум главным действующим лицам. Главным героям. Эти двое - Итэр и Лини, разумеется. Они тихонько танцевали около огромного зеркала, периодически останавливаясь, дабы рассмотреть в нём себя со стороны. Фурина невольно заметила, как её многоуважаемый друг Лини заметно похорошел: он стал более открытым к коллективу. Периодически кокетничал и шутил, что долгое время от него было невозможно услышать. Но вот что её удивило больше всего... Несмотря на то, что он действительно стал более свободным в плане поведения, эту самую свободу он проявлял находясь только в компании одно человека - Итэра. В остальных же случаях он вёл себя более сдержанно. Особенно на личных с ней встречах по поводу выступления. Девушка сама не заметила, как подошла к танцующей паре. До её ушей донёсся едва уловимый смех её друга, что вновь и вновь поправлял своего партнёра в его действиях. Заметив подошедшую, оба приостановили свой танец, уставившись на своего режиссёра. - Что-то не так? - Улыбаясь спросил Лини. - Нет... Нет, всё замечательно! - Тут же встрепенулась девушка, замахав руками. - Просто хочу понаблюдать. Не возражаете? Юноши переглянулись, но всё же кивнули, соглашаясь. Всё время своего наблюдения она толком то не следила за действиями танца. Её мысли занимало лишь то, с каким трепетом в глазах Итэр смотрел на своего партнера, пока тот тихим и вкрадчивым голосом старался всячески подправить его. Как нежно он держал его за руки, и как внимательно слушал. У Фурины даже возникло ощущение, что Итэр специально ложает, чтоб вновь услышать как его ошибки поправляет Лини своей неизменнно ласковой улыбкой. Взгляд Итэра действительно был полон теплоты по отношению к Лини. И он, сам того не осознавая, и правда ошибался намеренно. Это-то и привлекло внимание Фурины. - Извините, вынуждена прервать вас... - Начала Фурина, обращаясь к Лини. - Могу я на время забрать твоего партнера? Тот слегка удивился, но возражать не стал. Отстранившись от друга, где-то в глубинах его сознания возникла мысль, что он хотел бы побыть с ним подольше... Однако она исчезла так же быстро, как и появилась. Но странный осадок остался... Фурина схватила Итэра за рукав его толстовки, спешно утаскивая куда-то за дверь. - Не похоже, что ты притворяешься. - Серьёзно начала Фурина. - Что это значит? Девушка на мгновение выглянула за дверь, убеждаясь, что Лини не последовал за ними. - Ты... ты о чем? - Слегка тряхнув головой спросил Итэр, будто пробуждаясь ото сна. - Точно. Не придуриваешься. - Голос Фурины стал обеспокоенным, но не потерял своей твёрдости. - Что ты имеешь в виду? - Озадаченно повторил свой вопрос Итэр, приподнимая бровь. - Что ты чувствуешь к нему? Только не увиливай от ответа. Ему я не скажу. - Что... чего? - Вздрогнул Итэр, врезавшись в стену позади себя. - Он тебе нравится? Только не ври мне. Я по глазам вижу. Уж ложь мне распознать труда не составит. - Девушка скрестила руки на груди. - Это вполне нормально. Вы знакомы уже почти два месяца. Наверняка многое пережили... Особенно с его состоянием. Итэр замолчал, тупо уставившись на Фурину, погружаясь в свои мысли. - Ты знаешь о чём я. - Да, я знаю... - Вздохнул Итэр. - Но даже если это так, то что с того? - Пожалуй, я должна тебя поблагодарить. - Тут же улыбнулась Фурина. - Лини как-то упомянул, что в тот же момент, когда он вернулся в сеть, он увидел сообщение и от тебя. Благодаря тебе он смог переступить порог своего дома и стоять здесь. С нами. Фурина выдохнула, слегка хлопнув ладонью по двери в зал. От туда был слышны смеющееся голоса людей. В том числе и Лини. - Ну и? Что ты планируешь делать? - ... Ничего, полагаю. - Грустно пожал плечами Итэр. - Я останусь его другом. Ведь именно им он меня видит. - Ты дурак? - Резко спросила Фурина, что заставило Итэра опешить от удивления. - Ну точно. Дурак. - Чего? Почему? - Запинаясь спросил Итэр. - Да потому что не видишь очевидных вещей! - Раздражённо вскинула руки Фурина. - Иди сюда. Итэр почувствовал сильную тяжесть в шее. Девушка бесцеремонно схватила его за капюшон и немного приоткрыла дверь так, что для просмотра оставалась лишь тонюсенькая полоса. - Смотри внимательно. В зале на одной из лавочек сидел Лини, беззаботно болтающий о чем-то с Люмин. И даже при всём своем задорном некогда характере, вёл он себя весьма сдержанно. - Видишь? - Спросила Фурина. - Честно - нет... - В ту же секунду неожиданный толчок заставил его вскрикнуть от удивления, вваливаясь в комнату. И тут же всё внимание разговаривающего с Люмин Лини обратилось на вошедшего. Парень без колебаний оставил свою собеседницу и подбежал к Итэру. - Что тебе сказали? - Обеспокоенно начал Лини. - Ей что-то не понравилось? Только скажи, мы это исправим! Итэр в ответ лишь глупо хлопал глазами, не находясь с ответом. Благо отвечать ему всё же не пришлось, ибо его тут же затянула обратно за дверь рука Фурины, захлопывая её с той стороны. А ничего не понимающий Лини хотел было последовать за ним, однако вновь увлёкшая его беседой Люмин не позволила ему отойти. Хотя тот и пытался... - Ну? - Выжидающе уставилась Фурина. - Ты хотела этим показать, что ему важно репетировать со мной до идеала, чтоб ты не кричала на меня? - Его не волнует собеседник, если это не ты, идиот. - Вздохнула Фурина. - Люмин ему очень дорога. Она была с ним практически с самого начала его работы в актерской индустрии. Он бы не стал бросать с ней беседу, войди в комнату, к примеру, я. - Как по мне то, что ты говоришь - притянуто за уши. - Покачал головой Итэр. - Мне кажется, что это действительно ради того, чтоб подкорректировать мои ошибки. - У тебя их нет. - Отрезала Фурина. - ... А? - Переспросил Итэр. - Их у тебя нет. Дураку понятно, что ты придуриваешься. Итер замолк, непонимающе уставившись на Фурину. Та в свою очередь вновь издала страдальческий вздох. - Лини хороший учитель. Очень. - Сразу начала девушка, бросив добрый взгляд на дверь, точно на её месте был Лини. - Он многих актёров подготавливал в прошлой труппе... Что там твои два месяца? Он подготавливал за две недели. Конечно не главных лиц, но и это имеет значение. Думаешь, он не сможет распознать то, как ты неустанно строишь из себя дурака? - Не спорю. Так оно и есть. - Почесал затылок Итэр. - Учитель из него действительно что надо! Он всегда старался сделать обучение комфортным. Не возражал на счёт репетиций на улице или где-то ещё. - Дополнил он. - Но какое это имеет значение сейчас? - А такое. - Отрезала как по маслу Фурина. - Начнём с того, если бы ты был ему не интересен, он бы даже заниматься с тобой не стал. В плане учеников он очень избирателен. Он не станет учить того, кто пришёл повидаться с ним как со знаменитостью. Не станет учить того, кто использует его покровительство как выгоду. И да, он не пытается делать обучение комфортным для своих учеников и этому есть доказательство. А значит, в тебе он увидел не только потенциал, но и искреннюю заинтересованность. Если он и брал кого-то в ученики, то всё было строго. Без единой поблажки. - Так... Так сурово... ? - В миг по телу пробежались мурашки, как только Итэр воссоздал в сознании образ серьёзного и холодного Лини. - А что ты хотел? Он воспитанник Арлекино. - Её имя Фурина сказала тихо. Будто стоит его произнести, и она тут же нашлёт на себя проклятие. - Ну как? Описанный мной образ похож на того Лини, который тебя учит, м? - О-о да... Помню как он бил меня по рукам свёрнутым сценарием. Эх... Было время. Низкий мужской голос раздался точно на уровне уха Итэра. Тот тут же испуганно отстранился. В поле зрения сразу же сгромоздилась высокая и устрашающая фигура мужчины. - Ага, представляешь? Он мне по плечо, а такой суровости во время учёбы даже на репетициях Фурины не встретить. - Рассмеялся, как оказалось, Ризли. - Ты чего тут забыл? Разве ты не должен быть с Клориндой в паре сейчас? - Раздражённо глянула на незваного гостя Фурина. - Выдалась свободная минутка и я... Речь мужчины прервал чей-то язвительный голос со стороны двери: - Так, видимо, понравились уроки, что хотел бы повторить? - А вот и "Сенсей" показался! - Сделал акцент Ризли, облокотившись плечом о стену. - Хочешь меня научить манерам? Вперёд. Я весь внимание. В дверном проеме, скрестив руки, стоял Лини. Взгляд его не выражал ничего ни хорошего, ни плохого. Абсолютно холоден. Как непривычно... По спине Итэра вновь пробежалась шайка мурашек от вида "такого" друга. - Но для начала ты не забывай, пожалуйста, как учил её сам. - Хмыкнул мужчина. - И не подумай. Я не пытаюсь давить на больное. Но не думаешь ли ты, что это как-то некомпетентно? Даже к родной сестре ты... - Хватит! - Рявкнула Фурина на Ризли пока тот, вылупив глаза, уставился на неё. - Для чего ты устроил здесь этот цирк? - Наконец пришёл в себя Итэр, видя, как плечи Лини медленно теряют свою уверенность и иллюзию превосходства над оппонентом. - К чему ты решил упомянуть её? Так обижен на то, что с тобой обошлись сурово? - Что ты, друг мой! Вовсе нет. - Широко улыбнулся Ризли, разведя руки в стороны. - Лишь хочу увидеть то, каким он стал. - Каким я стал? - Криво улыбнулся Лини, сжав ткань рукавов своей одежды. Ризли на минуту замолчал, делая вид, что выбирает подходящее слово, потирая в раздумиях подбородок. Но тут взгляд острых как два кинжала глаз всё же остановился на Лини, как на помеченной им жертве: - Слабым. «Ничтожно слабым» «Арлекино воспитывала, говоришь? Где же тогда вся твоя суровость и рациональность? Почему же ты теряешь сознание, стоит мне упомянуть её?» «Неужели что-то случилось? Не хочешь открыть нам тайну? Всем нам? А своему ученику, с которым стал так близок?» «Твоя ложь отравляет тебя. Ты чувствуешь, что задыхаешься. Не можешь высказаться, от того и чувство боли не пропадает. Я прав?» «Отвратительно то, что ты строишь из себя жертву, при этом сам же являешься виноватым.» Нижняя губа Лини дрожит. В горле мгновенно пересохло, а дыхание и пульс участились. Ноги уже не держат. Тело слабеет. «Открой всем тайну. Кто знает, может тебе полегчает? Ведь до сих пор никому не известно, что же тогда случилось. Это же делает тебе в два раза больней. Ты ведь уже не раз слышал, как люди упоминают её? Интересуются...» Тут приблизившегося было вплотную Ризли грубым толчком отодвинул чужой локоть. Итэр без стеснения, и ничуть не мешкая, загородил собой пытающегося прийти в себя Лини. "В ушах звенит... " - Крутилось в мыслях Лини, пока он расфокусированным взглядом смотрел на Итэра и Ризли. - "Почему опять..." Ком к горлу подкатывал всё быстрее, пока кружащаяся голова только всё усугубляла. "Где они?... Точно... Я же решил, что теперь они мне без надобности..." - Шарился он по карманам своих брюк. Тошнота и боль становились всё сильнее. Фурина, что старалась достучаться до сознания ушедшего в себя Лини, обеспокоенно трясла его за плечо. Опираясь о стену, он маленькими шажками старался уйти. Скрыться где-нибудь и отдышаться. Не видеть других и не показывать себя снова таким. — - Ты знаешь, что это плохо. Холодный и раздражённый юношеский голос нарушил гнетущую тишину небольшой студии, в которой было всего двое. Двое практически идентичных друг другу людей... - ... Прости. Хлопок! В стену у окна прилетела кипа бумаг, что разбрелась по всей комнате от стоящего в ней сквозняка. - Ты даже не стараешься! - Закипал юноша, отвернувшись от девушки, с раздражением растирая переносицу. - Не правда. Я делаю всё, что ты говоришь, но... - Сидящая на полу замолчала, будто боясь продолжить. - Может, это действительно не для меня. Парень тут же развернулся к ней. В глазах был огонь ярости. Та братская любовь, что он к ней испытывал, улетучилась сразу же. Будто это всё было лишь ложью. - Что значит "Не для меня"? - Отчеканил он, сжимая оставшийся листок бумаги. - Ты думаешь, у нас есть выбор? У тебя? - Он есть всегда. Ты просто его не ищешь. - Хоть и страх в голове девушки пульсировал и рос, она знала, что её брат никогда ей не сделает больно. Он просто не в себе. Он слишком часто лгал. Настолько, что забыл, что есть другой выход. Настолько, что забыл то, кем он на самом деле является... - Скажи, какая это из всех масок, что ты надевал на себя, Лини? - Она поднялась с пола, устремив столь же холодный взгляд на брата. - Ты ведь не такой. Хватить лгать самому себе. Пыл парня поутих, когда его глазам предстала его же сестра, что непоколебимо стояла перед ним, взирая с тоской. - «Отцу» нужен тот, кто будет иметь влияние. Если что-то случится с нами - выбросит не раздумывая. - Понурив голову ответил Лини. Сквозняк ласково раздувал разбросанные по полу бумаги, а тело заставлял продрогнуть. - Не правда. - Твёрдо ответила она, сделав шаг к брату. - Она хочет, чтоб ты занимался этим лишь потому, что это твоя мечта. И так уж вышло, что от этого она получает ещё и пользу. Кулаки парня сжались крепче. Нервно облизывая уже изрядно потрескавшиеся губы, он невидящим взглядом устремил глаза в пол. Теперь уже она отчитывала брата. - Всё уже не так, как было раньше. Нас не используют насильно. Это делаешь ты. Ещё шаг. Теперь их разделяет друга от друга расстояние, что было куда меньше метра. - Хочешь, чтоб всё было идеально? Тогда исключи из плана меня. Лини, поражённый, отшагнул назад. Отчего-то слова не вязались. Напряжённое молчание росло, когда девушка сказала вновь: - ... Сейчас единственный, кто использует нас, это ты. Лини резко поднял взгляд на сестру. В её глазах не было ни единой эмоции. Полное спокойствие и уверенность в сказанных ею словах. Руки Лини задрожали. Сознание стало туманным. Он не знал, что делает... Как и не знал, почему его руку сковывает кольцо чужих рук у него над головой. - Ты невменяемый. - Процедил презрительно ему кто-то сверху. Сестра в ужасе стояла перед ним. - Зачем? - Её голос дрожал. "Что произошло..." "Почему так болит лицо?" "Что за металлический вкус у меня на губах?" Лини медленно развернул свой взгляд в сторону небольшого зеркала: его лицо было покрыто многочисленными синяками, пока с носа стекала тонкая струя крови. А на скованной руке были едва заметны небольшие гематомы. - Я... Я тебя ранил? - Дрожащим голосом спросил Лини у плачущей перед ним сестры. - Линетт... Он не успел договорить, как тут же уткнувшаяся в его плечо Линетт плакала навзрыд. От слёз даже немного намокла рубашка. Но девушка так и не проронила ни слова. Стоящий сзади мужчина с отвращением отпустил его руку, отвернувшись от юноши, которого держал. - Слишком вжился в роль? Что, чёрт возьми, это было? - вновь с осуждением бросил он сквозь зубы. - Я... Я не помню! Я не знаю... Я хотел... что я хотел? - Нижняя губа парня дрожала, пока он крепко вцепился в ткань одежды сестры, будто боясь, что та раствориться в воздухе. - Ты хотел её эмоций. - Фыркнул человек. - Ты их получил. — - Лини! - Трясла его за плечи девушка - Фурина. Наконец он пришел в себя. Сбивчивое дыхание и стук сердца не желали приходить в норму. С распахнутыми глазами он озирался по комнате, выискивая что-то. Или кого-то? До плеча коснулась чужая рука. Резко развернув голову в сторону прикосновения, он увидел обеспокоенное и напуганное лицо Итэра. Прямо как в воспоминаниях... Прямо как она. Парень тут же прижал златовласого к себе так крепко, как будто это последнее, что у него осталось. - Он ушёл... Всё хорошо. Всё будет... хорошо. - Итэр неуверенно опустил свою руку на макушку Лини. В ответ тот вжался в плечо друга сильнее. Обратив внимание на рядом стоящую Фурину, на лице которой было буквально написано: "вот видишь?", Итэр с тем же сомнением гладил по спине трясущегося то ли от страха, то ли от усталости Лини. - Думаю, на сегодня хватит репетиций. Что думаешь? - Тихо и осторожно спросил Итэр у Лини. Тот ничего не ответил. Лишь едва кивнул головой. - Выступаем через 3 дня... Последняя репетиция будет проходить в самом театре Эпиклез. Надеюсь... надеюсь что к тому времени тебе, Лини, станет легче. - Сказала Фурина, бросив последний взгляд на Лини, перед тем, как зайти в танцевальный зал. Оттуда до сих пор раздавалась музыка. Когда юноши остались в коридоре одни, сжимающий в своих объятиях Итэра Лини так и не сказал ни слова за всё прошедшее время. В груди было больно. Сердце билось до сих пор, а глаза снова начали неприятно щипать. - Давай уедем отсюда? Я провожу тебя. - Наконец нарушил тишину Итэр. Всё-таки Лини пришлось отпустить его, разрывая образовавшееся тепло между ними. - Мне жаль. - Лини закрыл лицо рукой, будто почувствовал сильную боль. - Мне так жаль, что ты увидел это. Снова. - Тебе не нужно извиняться за это. - Слабо улыбнулся Итэр. Однако от этого Лини не стал чувствовать себя менее виноватым... Итэр это понимал. - Если что-то тебя так сильно беспокоит, и ты посчитаешь, что можешь мне доверять... то я буду готов выслушать тебя в любое время. — Покинули студию они молча. Лини неуверенно плёлся следом за Итэром, устремив взгляд в пол. Итэр же пытался как-то начать разговор, однако Лини всегда отвечал односложно и незаинтересованно, что заставило Итэра бросить эти бессмысленные попытки. Прямо у ворот своего дома он замер, глядя пустым взглядом на ручку калитки. Знакомая ситуация. Лини слегка повернул голову назад: сзади по-прежнему стоял Итэр. Кажется, он совсем не торопится уходить, терпеливо ожидая, когда его друг скроется за металлической массивной дверью. - Я... - Хрипло начал Лини, сжав ручку калитки. Итэр тут же поднял голову и устремил свой взгляд на Лини, дабы узнать, что же тот скажет. - Наверное, я доставил тебе уйму проблем и изрядно потрепал нервы... - Улыбнулся он. - ... Но я рад, что ты был со мной всё это время. Правда. Спасибо тебе. В глубине души Итэра зародился комочек беспокойства. Он хотел что-то ответить, но, как на зло, всё было тщетно. Слова вертелись на языке, но ни одно из желанных фраз так и не были произнесены. - Я не хочу, чтобы так было и дальше. Не хочу создавать для тебя ещё больше проблем. Я надеюсь... - Лини на мгновение замолчал, сомневаясь: - Я хочу, чтоб после выступления ты обо мне больше не вспоминал. Приходи, когда... когда я буду более уравновешен? Ха-ха... - Что за чушь ты несёшь? - С явным недоумением в голосе задал вопрос Итэр, останавливая Лини перед тем, как он скрылся бы из его виду. - Я имею в виду... Я не хочу. Нет... Я не собираюсь. Рука Лини, держащая ручку калитки, сжалась крепче на холодном металле. От чего-то сердце вновь забилось чаще. Но страха не было... - Я не собираюсь тебя оставлять. - После сказанного щёки Итэра побагровели, когда он осознал то, как это звучит. - Ты... В общем, я хочу быть рядом с тобой. Рядом с тобой в любом твоем состоянии. Для меня ... это важно. Мгновение спустя, после этих слов, Лини почувствовал, как дыхание его учащается. Сердце готово было вырваться из груди и бить в большие барабаны. Ледяной металл калитки тут же стал точно раскалённая лава. «Что это...» - Задал он себе вопрос, на который пока не знал ответа. - Поэтому не выдумывай глупостей! После выступления мы и дальше будем вместе! - Просиял на секунду Итэр. Однако всё же подправил себя: - Разумеется, если ты будешь не против... В ответ на слова Итэра, Лини улыбнулся. В глазах проснулась надежда. Он ничего не сказал Итэру. Однако тому и не нужно это было. Он понимал, что после выступления ничто не будет завершено. Они точно ещё встретятся. И не раз. — - Что это? - Послышался леденящий душу голос. Снова. Но... Но он не осуждал и не упрекал. - Ты... Участвуешь в главной роли на выступлении в театре? - ... Да. - Сглотнув, ответил Лини. Арлекино сидела на чёрном кожаном диване гостиной, внимательно читая что-то в своём телефоне. Временами она бросала взгляд на стоящего перед ней Лини, а потом снова возвращала его на экран. - П-правда? Лини, это... - Рядом стоящий Фремине прикрыл рот руками от удивления и, несвойственным для себя громким голосом, продолжил: - Это же просто замечательно! Лини поёжился, следя за реакцией «отца». Однако в её взгляде не было абсолютно никаких эмоций. Она лишь облегчённо выдохнула, убирая телефон в сторону, поднимаясь с дивана. - Ты... молодец. - Сказала она, кладя руку на плечо своего воспитанника. - Я рада, что ты смог переступить через себя. Я... Я тобой горжусь. - Последние слова были трудны для Арлекино. При этом она никогда не была скупой на похвалу для своих детей. Но что-то в словах поддержки заставило её смутиться, ибо она не знала точно, какие слова будут уместны. Лини опешил, услышав это от «отца». Он уставился на неё удивлёнными глазами, раскрытыми так широко... Точно монетка. - И я... Я тоже горжусь тобой. - Фремине крепко обнял своего брата за плечи. И тут же из-за дверного проёма высунулись две маленькие головы: это были Фольц и Фильоль. - И мы! Правда мы пока не уверены, за что мы гордимся, но мы гордимся! Ты молодец, братец! - Выкрикнули дети, налетев на опешившего от неожиданности брата. -Это значит, что братец больше не будет плакать? - Спасибо... Я думаю... Думаю да. - Неловко улыбнулся Лини, скованный объятиями семьи со всех сторон. Но «отец», что не удивительно, в этом не участвовала. Однако её ласкового и доброго взгляда было вполне достаточно, чтоб почувствовать, что она тоже испытывает радость. - - - Мрак комнаты поглощал. Пугал. Казалось, будто из тёмных её углов выскочат искаженные силуэты из кошмаров. Лини обнял колени, вжимаясь в стену сидя на кровати. Совсем один. После сегодняшнего видения его весь день бросает в дрожь. Моментами в голове возникают странные мысли, о которых сам Лини никогда бы думать не стал... Спина обливалась потом. Открытая форточка развевала тюль, пугая своей призрачной прозрачностью, создавая нежеланные жуткие образы знакомых ему людей из снов и воспоминаний. Лини вздрогнул, когда на прикроватной тумбе что-то загорелось белым светом. Точно мотылёк, парень подполз к свету телефона, схватив его так, будто он был единственным его спасительным островком. На ярком и слепящим экране было лишь одно сообщение, что заставило бешено бьющееся от страха сердце успокоится. Тепло сразу же разлилось в груди, а на лице выступила легкая улыбка. - "Привет. Спишь...? Мне вот не спится. Как насчёт поболтать перед сном?" Сообщение было, очевидно, от Итэра. Сам удивившийся тому, как быстро уравнялся ритм его сердца после прочитанного им сообщения, Лини, ни секунды не мешкая, ответил: - "Буду очень этому рад." Во мгновение ока пугающая темнота комнаты стала мирной и даже успокаивающей. Страшные образы тут же рассеялись. А с его лица до самого утра не сходила улыбка. «Что это за... чувство?»